Градоначальницы и клопы покорили книголюбов

Произведения Салтыкова-Щедрина интересны еще и иллюстрациями. Постер 166-го заседания клуба «Библиофильский улей»

Председатель НСБ Михаил Сеславинский выступил с обзором редкостей из своей библиотеки, других частных собраний и на антикварно-букинистическом рынке. Главный предмет его гордости – автограф на «Мелочах жизни» для публициста и редактора журнала «Вестник Европы» Михаила Стасюлевича. Надпись лаконична: «Михаилу Матвеевичу / Стасюлевичу / Автор». Зато Салтыков-Щедрин с присущей ему дотошностью собственноручно исправил в книге опечатки. «Вот он, подлинный редакторский перфекционизм-с! – прошептал кто-то из собравшихся. – Представляю, что бы он написал на полях наших современных изданий». Затем публике была показана книга стихов Николая Некрасова с дарственной надписью Салтыкову-Щедрину на авантитуле: «Мих. Евгр. Салтыкову / от автора». В те времена Некрасов был совладельцем журнала «Современник», где Салтыков работал редактором. Будто оба истратили все красноречие на страницах журнала…

Но истинный карнавал начался, когда речь зашла об иллюстрациях. Литографии «Щедринских типов» художника Александра Лебедева из «Стрекозы» вызвали оживление. Пробные отпечатки автолитографий-иллюстраций к «Господам Головлевым» художника Владимира Милашевского с авторскими подписями и монограммами заставили задуматься о вечном. Немецкое нумерованное издание «Анфисы Порфирьевны» с иллюстрациями Бориса Григорьева было единодушно признано «безусловно редким, но не самым щедрым на визуальную усладу». Завершился доклад цитатой: «Утверждали, что при новом градоначальнике процветет торговля и что под наблюдением квартальных надзирателей возникнут науки и искусства».

Леонард Чертков представил книголюбам сюиту крупноформатных мастерски выполненных автолитографий Александра Самохвалова к «Истории одного города», часть из которых не вошла в окончательный вариант книги. Особенно радостно библиофилы встретили заставку с букетом портретов героинь к главе «Сказание о шести градоначальницах». Полосная иллюстрация, где изображены Всадница (Штокфиш) и обезумевшая от водки Клементинка, была встречена аплодисментами. Собравшиеся вспомнили, что поначалу Амалию Карловну толпа встретила недоверчиво, но когда неустрашимая немка приказала выкатить атаманам-молодцам три бочки пенного, из толпы раздались совсем другие речи: «Вот она! вот она, матушка-то наша Амалия Карловна!» «Классический сюжет борьбы за власть», – вздохнул в зале кто-то.

Всеобщую любовь завоевала еще и, как ни странно, Дунька-толстопятая. Сцена ее героической обороны на клоповном заводе и трагической гибели от собственных «союзников»-клопов вызвала живой отклик. «Глубокомысленно!» – восклицали библиофилы. И высшая награда «Гран-при» на Международной выставке 1937 года в Париже, которую за эту сюиту получил Самохвалов, – тому доказательство.

В общем, библиофилы сошлись в единодушном мнении, что мир Салтыкова-Щедрина, сурового сатирика и беспощадного летописца глуповских нравов, оказался неиссякаемым источником вдохновения для художников и неутолимой страсти для коллекционеров.