Зачем фантастам свой союз?

Под Москвой с 15 по 18 февраля проходил "РОСКОН-2001", гордо названный первым конвентом фантастов в третьем тысячелетии. Причем с равным правом можно назвать его и московским, и российским, и международным. Первое и второе понятно, а третье следует из того, что на всем пространстве бывшего СССР читательское поле остается единым, и отделить харьковских или киевских писателей от читателей, скажем, Сибири, невозможно. К тому же поляк Сапковский, почетный гость этого мероприятия достаточно популярен и у нас в стране.

Конвент, собравший несколько сот писателей, критиков, издателей и любителей фантастики, получился отнюдь не скучным мероприятием. И не только потому, что там показывали короткометражную кинофантастику - стильную и интересную (один фильм даже по Пелевину), не только потому, что там спорили о роли критика и идее империи (на семинаре фантастиковедения Дмитрия Володихина), влиянии электронных публикаций на тиражи, ролевых играх и фэнтези (на семинаре Ольги Елисеевой) и научной фантастике (семинар Эдуарда Геворкяна). Семинаров было множество - еще и киносеминар, переводческий, сетевой┘

Было и другое обстоятельство - в первый же день после официального открытия писатель Андрей Валентинов сделал доклад с примерно таким названием: "Союз нерушимый фантастов свободных". Доклад был явно провокативный, (к тому же начат он был "во здравие" гипотетической организации, а закончен явно "за упокой"). Но еще несколько дней разные люди говорили о том, нужна ли подобная организация. Между тем вопрос об организационных свойствах фантастического сообщества отнюдь не так прост. Представить себе, что авторы детективов, причем пишущие для совершенно различных издательств, собираются несколько раз в год на встречи друг с другом и со своими читателями, довольно трудно. Представить себе несколько десятков прозаиков, пишущих для толстых журналов, пьющих пиво вместе со своими читателями и издателями те же несколько раз в год, тоже довольно тяжело. Фантасты организованы лучше всех. Оргкомитеты нескольких конвентов общаются друг с другом, одни и те же люди считают привычными для себя Харьков и Петербург, Москву и Томск. Связи налажены, налажена сетевая поддержка. Гигабайты художественных текстов на русском языке и их сетевых обсуждений постоянно путешествуют по пространству России и ее соседей. Количество сайтов в Интернете прямо или косвенно связанных с фантастикой куда больше сайтов, связанных с другими популярными жанрами.

Еще один шаг - и вот он, Союз писателей-фантастов, красивые членские билеты и тому подобная бюрократическая радость.

Но ясно, что это приведет к тому, что одним писательским союзом просто станет больше. Живой образ фантастики, а она сейчас самый динамичный жанр, остается живым именно благодаря аморфной организации - что-то вроде Интернета, в котором сбой одного из узлов не нарушает устойчивости системы.

Есть и другое обстоятельство - любой из писателей этого жанра чрезвычайно болезненно воспринимает противопоставление фантастики всей остальной литературе. Или больше всех раздражает инерционное отношение к ней как к вторичному, развлекательному чтению. Причем наиболее радикальные фантасты-критики и фантасты-писатели ставят знак равенства между литературой и фантастикой, вплоть до перевода fiction как "фантастика". Например, на конвенте, о котором идет речь, с десяток номеров номинационного списка занимал Павел Крусанов с "Укусом ангела" и текстами из книги "Бессмертник". Попала туда и сетевая "Паутина" Мери и Перси Шелли, несколько рассказов Б.Акунина. Размытость границ жанра как раз и способствует его популярности и жизнеспособности. А если включать в фантастику все, что хоть чуть-чуть затрагивает тему невероятного, то объединительная организация, основанная на такой идее, просто обязательно становится тождественной СП СССР. Или пытаться регулировать Интернет с помощью специального министерства.

Размышляя на лестнице, как говорят французы, понимаешь, что противостоять объединительной тенденции бессмысленно. Но скорее общие структуры, которые должны возникнуть прежде всего, структуры информационные, а не организационные. Или, скажем, некий координационный комитет, что будет способствовать проведению конвентов, помогать желающим попасть в другой город, а то страну, причем помогать не только писателям, но и читателям. Ведь конвенты проходят в десятках стран, а количество гостей от нашей страны там несправедливо мало.

И наконец, о розданных на "РОСКОНе" слонах - в этот раз было вручено шесть призов оргкомитета. Анжею Сапковскому присудили "Большой РОСКОН" - почетную награду за заслуги перед фантастикой. А в результате ступенчатого общего голосования из шести с половиной сотен произведений номинационного списка "Золотой РОСКОН" получил роман Сергея Лукьяненко и Владимира Васильева "Дневной дозор", "Серебряный РОСКОН" достался книге "Алая аура протопарторга" Евгения Лукина, а "Бронзовый РОСКОН" присудили первой книге романа "Одиссей, сын Лаэрта" Генри Лайона Олди. Аналогичные награды за критику и публицистику получили Андрей Синицын и Дмитрий Байкалов за статью "Ровесники фантастики" из сборника "Фантастика-2000" и Эдуард Геворкян за "Последний бастион", опубликованный в журнале "Если". В ходе конвента был вручен также специальный приз "Алиса" - приз лучшему автору фантастики для детей. Писателю Андрею Саломатову "Алису" присудило специальное жюри под председательством Кира Булычева. Василию Головачеву же дали особый "Золотой Шлем" - вполне годный к носке золоченый хоккейный шлем, от "фонда развития Фантастики" Вячеславу Рыбакову - меч - премия от литературно-философской группы "Бастион". Были вручены и специальные грамоты от "Бастиона" - Ольге Елисеевой и Дмитрию Янковскому.

Но самое главное, конечно, не в раздаче заработанных слонов. Дело в живой структуре конвентов, где из-за дверей несется звук гитары, по коридору идет критик в обнимку с писателем, издатель тащит вслед за ними ящик с пивом, а фэны с книжками в руках мешают проходу.