Глеб Шульпяков Crossing Centuries. The New Generation in Russian Poetry. Edited by John High, Vitaly Chernetsky, Thomas Epstein, Lyn Hejinian, Patrick Henry, Gerald Janacek, Laura Weeks, Edward Foster, Vadim Mesyats, Leonard Schwarz. - Talisman House, Publishers, Jersey City, New Jersey, USA, 527 pp.
84 самых разнообразных поэта - от Геннадия Айги до Ольги Зондберг - собраны под одной обложкой с храмом Христа Спасителя в полный рост. На тыльной стороне книги заявлена ее тема - представить современную русскую поэзию в критические для нее дни эпохи Брежнева-Горбачева. В период, когда великая русская литература, по словам составителей антологии, "окончательно себя исчерпала".
Вот этой исчерпанной литературой и занялись американские переводчики. Помогали им в этом сами поэты, публикуя в антологии автопереводы: например, Станислав Львовский переводил свои стихи - ни много, ни мало - сам. Если верить подписи, конечно.
Остальные переводы выполнили Джим Кейтс, Джон Хай, Джеральд Смит, Томас Эпштейн и другие переводчики, знакомые по антологии, которая вышла в английском издательстве "Bloodaxe" год назад.
Сравнение напрашивается само собой. Англичане год назад собрали в книгу немногочисленный, но первый и старший ряд русской поэзии - случайные персонажи вроде Фазиля Искандера попадали в нее именно случайно. Плюс - английская антология вышла на двух языках: поэтому качество и поэзии, и перевода оценить можно тут же. Американцы же собрали в книгу обширный background - то есть выдающиеся тексты встречаются в ней реже второстепенных.
Но нет ведь худа без добра: если выдающиеся тексты практически непереводимы и о величии русской поэзии на английском языке можно только догадываться, то второстепенные тексты очень легко переносят процедуру перевода. Иногда русские стихи второго ряда даже выигрывают в переводе - особенно когда автор придерживается "postmodern sensibilities".
Еще одна новость этой книги в том, что американцы со всей своей страстью к классификациям расставили наконец русских поэтов по полкам своего супермаркета. Теперь у нас наконец появилась гей-поэзия - список прилагается, а также женская поэзия, поэзия за МКАДом, поэзия пустот, поэты-полистилисты, метареалисты, концептуалисты и прочие отряды и подразделения. То есть все по-американски: в Америке же нет вообще поэзии, а есть масса разных поэзий: черная, белая, желтая, розовая, голубая и в клеточку, поэзия бензоколонок и семидесятых улиц, поэзия восточного побережья и западного, поэзия кухонная, прихожая и поэзия заднего двора. Под каждую поэзию написан врез, где объясняется, кто есть кто, - причем со ссылками на Серебряный век: мол, так уже все было, а потом задавили. Единственное, о чем молчат авторы вступительных слов, - так это о том, что Михаил Кузмин был просто большим поэтом, а потом уже геем, а Софья Парнок, Поликсена Соловьева или Зинаида Гиппиус были второстепенными поэтами, и никакие мужские псевдонимы их от этого не спасли.
Оказывается, с нашей поэзией можно сделать тоже самое.
То есть американцы сделали в переводах себе подобное. Поэтому отбор был далеко не случаен - современная кризисная русская поэзия действительно в переводах очень сильно напоминает американскую поэзию - только двадцатилетней давности. Понятное дело, почему Рейн, Лосев или Кибиров в эту книгу не попали, а Гандлевский выглядит случайным гостем: слишком они отличаются от американских стандартов и требуют очень больших усилий в переводе. А вот Скидан, Литвак, Гримберг, Лавут и Кутик переводятся на английский почти без проблем.
Зато справочный аппарат в книге - уникальный: подробные сведения о всех участниках книги набраны мелким шрифтом в конце антологии. Так что приобретая антологию, очень абстрактный американский читатель получает вроде как две книги: стихи и энциклопедию русской жизни вместе взятые.
Дарья Гармоненко