0
622
Газета Non-fiction Печатная версия

11.11.2020 20:30:00

Шагнувший в вечность

Летопись одной семьи на фоне большой войны и большой страны

Тэги: память, война, репрессии, история, россия, революция


память, война, репрессии, история, россия, революция На войне атеистов не бывает… Фото Евгения Лесина

Повесть о настоящих людях

Константин Победин

В свое время Лев Толстой и Александр Блок, писатели очень разных эстетических пристрастий, всерьез утверждали, что в будущем на смену каким бы то ни было «сочинениям» придут истории жизни действительно существовавших людей, поскольку для человека будущего значимым станет сам человек, а не персонаж, образ или какой угодно ловко сфабрикованный литературный фантом.

Мы живем в будущем Толстого и Блока. Пришла наша пора выбирать, о чем читать, какими судьбами восхищаться, от чего негодовать, чему радоваться, какими мыслями наполнять свое сознание. В основе книги «Я вернусь в этих письмах с войны...» – фронтовые письма старшего лейтенанта Андрея Леонидовича Комана. Все до единого сохраненные родственниками этого красивого, умного, мужественного и честного человека. В самом прямом смысле этого довольно казенного выражения «павшего смертью храбрых» – поведя в разведку боем своих бойцов, по долгому фронтовому опыту зная, что исполнение подобных приказов практически равносильно смертному приговору.

Судьба Андрея Комана одновременно и необычна, и типична в ряду судеб миллионов его сверстников. Родился этот русоволосый голубоглазый малыш в семье евреев-политэмигрантов в славном городе Париже, запросто и подолгу сиживал на коленках у будущего главного украинского коммуниста Петровского, наблюдая за тем, как папа Леня и мама Муся о чем-то бурно дискутируют с будущим руководителем штурма Зимнего дворца Антоновым-Овсеенко. В 1918 году семья возвращается на родину, где достаточно быстро, с фантастической прытью начинают происходить, увы, непридуманные события. Отец, работник ВЧК, человек скорее авантюрный, чем идейный, по какой-то необъяснимой причине освобождает из Херсонского следственного изолятора бывшего царского генерала. Вместе с ним бежит за кордон, в Чехию, оставив (и явно подставив под удар) жену, троих детей и своих пожилых родителей. Позднее старшей его дочери Фене, тихой, нежной, абсолютно аполитичной девушке, дамской парикмахерше, мстительные чекисты придумают заведомо нелепое обвинение в шпионаже. Ее расстреляют. Зловещая тень этой смерти, как черный ворон, будет потом кружить над судьбами брата, сестры, ее супруга, а позднее и подросших племянников.

Подлое, но формально узаконенное убийство дочери полностью рассеивает иллюзии матери, Марии, бывшей праведной революционерки, человека не только глубоко чувствующего, но и серьезно мыслящего. Тем не менее своих младших детей она воспитывает в духе образцовой лояльности по отношению к советской власти, и, когда начинается война, ее сын не раздумывая идет в военкомат и записывается добровольцем, хотя может работать инженером на оборонном предприятии в глубоком тылу, в городе Молотове (прежней и нынешней Перми).

Письма с фронта в основном Андрей адресует матери, иногда сестре, реже племяннику Але (Александру Калмыкову, одному из соавторов книги). В этих строчках, написанных ровным уверенным почерком, порой шутливо-ироничным слогом, очень мало чего-то экстраординарного, тягостного, страшного. Сын не хочет огорчать маму, пугать близких. Зачем? Им в тылу и так несладко и тревожно. В комментариях, перемежающих обильные выдержки из писем, перед вдумчивым читателем раскрываются кое-где едва упомянутые, а порой весьма детально обрисованные ужасы довоенной, военной и послевоенной сталинщины – мрачного названия, придуманного не какими-то внешними злопыхателями, а теми, кому довелось пережить эту страшную, безжалостную, могучую и судьбоносную пору в истории нашего Отечества.

В книге такой фоновой «исторической фактуры» немного, но она весьма впечатляет. Чего стоит хотя бы предложение особиста написать под его диктовку донос на собственную жену мужу сестры Андрея, Павлу, комсомольцу-авиамеханику на подмосковном Монинском аэродроме. Или его послевоенная работа завхозом на зоне для совершивших тяжкие уголовные преступления инвалидов Великой Отечественной войны, для которых лагерный барак был единственным на всем белом свете жизненным пристанищем…

Судьба Андрея Комана, героически шагнувшего в вечность, не оставив по себе ничего, кроме благодарной памяти, эхом отражается в воспоминаниях о поисках места его захоронения на территории современной Эстонии, написанных его племянником, внуком и правнуком. В их рассуждениях о ценности солдатского подвига, о самом смысле освободительной войны в тех краях, где освободителями наших бойцов почти никто не считал и не считает, немало мудрой горечи, но нет места для осуждающего гневного чувства. Все мы, люди, живые и жившие, – разные. Одинаковые только в одном: у каждого своя правда. Правда одних – забиться в житейскую укромную щель и долгие годы, робея, ждать неизбежной кончины. Правда других – выйти навстречу смерти с сознанием, что «отдать жизнь за други своя» – не только христианская, но и универсальная мужская доблесть. Нормальным людям не нужны войны. Никому не хочется пожелать посмертной воинской славы. Но если внутреннее чувство подсказывает, что в нашем народе на самый крайний, трагический случай найдутся мужчины и женщины, подобные непридуманным героям этой книги – тогда не так страшно, тогда справимся. Без оглядки на начальство. С верой в себя и в тех, кто в мирной жизни вроде бы люди как люди, а не Андреи Болконские и не таинственные Незнакомки. Потому что они – настоящие.

41-9-16250.jpg
Александр и Михаил Калмыковы.
Я вернусь в этих письмах
с войны… Документальная
семейная хроника. Париж–
Одесса–Прага–Херсон–
Запорожье–Самара–Геленджик–
Лимассол–Москва. 2000–2020 гг.
М.: Издательский проект Андрея
Калмыкова, 2020. – 316 с.
Еду с комфортом…

Евгений Лесин

Авторов у книги значительно больше, чем написано в выходных данных. Потому что перед нами семейная хроника большой семьи. Хотя и вокруг имени одного человека. «Основой для этой документальной семейной хроники, – написано на задней стороне обложки, – послужили фронтовые письма старшего лейтенанта Красной Армии Андрея Комана. Ее авторы – племянники главного героя книги. Героя в прямом и переносном смысле… Он, погибший в бою за Родину, любящий муж, сын и брат, самым явным и бесспорным образом остается живым! Не только в строках своих писем и в памяти близких, но и живым примером того, как следует жить и жертвовать собой настоящему мужчине, если он в ответе за свою семью и за свою страну… Издание дополнено воспоминаниями младших родственников Андрея Комана».

Книгу завершают главы, написанные Катериной Коман («История нашей семьи») и Любой Калмыковой («Из Самары, с любовью»), Андреем Чернышевым («Мой прадед Андрей Коман») и Андреем Калмыковым («Близка к завершению почти десятилетняя работа над книгой, о выходе в свет которой так мечтает мой отец, Александр Калмыков. Очень скоро готовый макет уйдет в типографию…»).

Но главное – письма. Письма старлея. Письма солдатика, погибшего в 1944-м. Во время разведки боем. Письма короткие, простые. Главная цель которых – успокоить. Донести до родных самое важное: все в порядке, я жив.

«Дорогие мои!

Пишу погрузившись уже в эшелон – значит, уезжаю….

Еду с комфортом для условий военного времени. В части питания также дело обстоит очень хорошо…»

Да уж, конечно. Но по-другому родным ведь не станешь писать. Не жаловаться же? Родным, поди, тоже несладко. Вот он пишет матери: «Напрасно ты обо мне беспокоишься, вспоминая мое плоскостопие, ведь я за время пребывания в армии настолько закалился и восстановил свое природное идеальное здоровье, которым ты меня наградила, что абсолютно не замечаю никаких трудностей, да здесь, по-моему, их нет…»

Чеканная формулировка.

Казалось бы, все просто, все правильно. Если, конечно, читать письма, ничего о той войне не зная. Ничего не зная вообще о войне. О какой бы то ни было. Где тебя элементарно могут убить. Где зверски холодно даже летом, а пот прошибает в мороз. Где все время хочется есть и спать. А надо идти. А еще и стреляют.

А он: напрасно ты беспокоишься…

Книжка богато иллюстрирована – фотохроникой ТАСС, фотоархивом журнала «Огонек», семейными и другими фотографиями.

Перед нами и хроника, и воспоминания, и собственно письма. Но прежде всего перед нами – памятник.

Одному человеку.

Одной семье.

Одной стране.

Одной войне и одной судьбе.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Вопросы разоружения глазами советского генерала

Вопросы разоружения глазами советского генерала

Виктор Литовкин

Опыт переговоров с заклятыми партнерами

0
512
Возможна ли локальная ядерная война

Возможна ли локальная ядерная война

Владимир Иванов

Перспективы развития ситуаций в Афганистане, Пакистане и Индии

0
993
Белорусские тюрьмы превратились в концлагеря

Белорусские тюрьмы превратились в концлагеря

Антон Ходасевич

Международный комитет констатирует факты пыток и "негуманного содержания"

0
2951
Станет ли аэродром в Карабахе для России новым Хмеймимом

Станет ли аэродром в Карабахе для России новым Хмеймимом

Владимир Мухин

Пока Анкара пытается вытеснить Москву из Закавказья

1
4711

Другие новости

Загрузка...