0
1180
Газета Non-fiction Печатная версия

30.06.2021 20:30:00

Сослан на Байконур

Белые пятна русской и зарубежной фантастики

Тэги: критика, история, фантастика, кино, владимир одоевский, фаддей булгарин, вера крыжановская, александр беляев, кир булычев, жюль верн, тургенев, москвакассиопея, отроки во вселенной, планета бурь, комикс, байконур


24-14-12250.jpg
Евгений Харитонов. Апокрифы
Зазеркалья (Этюды
о фантастике).– СПб.:
АУРАИНФО & Группа МИД,
2020. – 336 с. (Лезвие бритвы)
Эпиграфом к этой книге могли бы быть сегодня звучащие комично строки из газеты «Московские губернские ведомости» за 1848 год: «Мещанина Никифора Никитина за крамольные речи о полете на Луну сослать в отдаленное поселение Байконур»…

В сборнике статей и очерков «Апокрифы Зазеркалья» перед читателями открываются неизвестные страницы истории русской фантастики. Поэт, литературный критик Евгений Харитонов посвятил много лет исследованию позабытых сегодня родоначальников отечественной фантастической прозы. В книгу вошли результаты его работы и изысканий, занявших более четверти века. Часть представленных материалов уже публиковалась ранее, однако единой книгой они выходят впервые. «Все это оказалось чертовски интересно читать», – говорит в своем предисловии к «Апокрифам Зазеркалья» киносценарист и писатель Александр Бачило.

В первой части книги, озаглавленной «Вселенная за околицей (Записные книжки Ф-Архивариуса)», содержатся очерки о русских фантастах XVIII и XIX столетия: Михаиле Чулкове, Михаиле Попове, Василии Левшине, Владимире Одоевском, Фаддее Булгарине, Вере Крыжановской и других писателях, ныне почти забытых широкой аудиторией. Между тем оказывается, что базовые для фантастического метода художественные допущения свободно применялись русскими авторами ничуть не в меньшей степени, чем зарубежными классиками фантастики. Более того, русская проза непознанного высоко ценилась европейскими читателями, была конкурентоспособна и востребована за рубежом наравне с русской реалистической прозой.

«Если бы мы бережнее относились к родной истории (в том числе литературной), то, вероятно, гораздо реже придавали бы выражению «Россия впереди планеты всей» язвительно-иронический окрас...» – пишет Харитонов в предисловии к очерку «Сказка, спрыснутая мыслию».

Из записок «Ф-Архивариуса» можно также узнать кое-что новое о таких столпах романистики, как, скажем, Иван Сергеевич Тургенев. Свой очерк «Эти странные, странные истории» Евгений Харитонов начинает провокационным заявлением: «Знакомьтесь: писатель-фантаст Иван Тургенев», – а затем обстоятельно рассказывает о том, что признанный классик и реалист Тургенев любил читать фантаста Жюля Верна и сам не без удовольствия писал фантастику и мистику, которую именовал таинственной прозой. За эти «фокусы» Иван Сергеевич, кстати, получал бурю негодования от российских критиков. На него как на популярного автора с азартом выплескивали весь суповой набор: от поверхностности и мелкотемья до неактуальности и эскапизма. Так что пренебрежительное отношение к «литературным фантазмам» в наше время – недуг старый и привычный, можно сказать, наследственный.

Отдельное место в книге посвящено исследованию деталей биографии одного из первых советских фантастов Александра Беляева. В очерке «Неизвестный Беляев» Харитонов рассказывает о двух жизнях этого выдающегося русского писателя, невозвратно разделенных тяжелой болезнью, совпавшей с фундаментальным изменением общественного строя. Харитонов говорит о том, что, несмотря на широкую известность и востребованность Беляева как автора, многие его произведения неизвестны читателю, поскольку публиковались лишь однажды в периодических изданиях. Притом что в «утерянном багаже» были и пьесы, и реалистическая проза, и детективы. Во время войны погиб архив писателя. Многие нити попросту оборвались.

«Обидно, что наши издательств, зачастую неоправданно, «реанимируют» творчество западных поденщиков, позабытых даже на их собственной родине, но обходят стороной отечественную литературу», – сетует Евгений Харитонов.

Стоит обратить внимание на серию очерков «Книгофильмы» и «Герои советского кинокосмоса», посвященных отечественной кинофантастике. Оказывается, и здесь есть немало белых пятен. Чего стоит печальная история выдающегося отечественного кинорежиссера Павла Клушанцева и его грандиозного фильма «Планета бурь» (1961). Благодаря этой ленте Клушанцев приобрел мировую известность, а на родине был при жизни похоронен чиновниками отечественной киноиндустрии и недобросовестными критиками. Харитонов также рассказывает о судьбе знаменитых советских фантастических фильмов «Москва – Кассиопея» (1973) и «Отроки во Вселенной» (1974) и замечательном дуэте фантаста Кира Булычева (Игоря Можейко) и режиссера Ричарда Викторова.

Вторая часть сборника «Русское поле утопий (историко-литературные этюды)» посвящена исследованию русской утопической прозы и ее развитию во времени. В своих очерках Харитонов показывает, что русская утопия и русская литература в целом формировались в одно и то же время, и демонстрирует, как менялся фокус авторских интересов и тон рассуждений вместе с глобальными политическими и социальными переменами в нашей стране и мире. Читатели узнают, о чем мечтал в далеком 1819 году писатель и декабрист Александр Улыбышев, каким видел будущее империи князь Одоевский в 1835-м и как видели перспективы родины советские писатели в 40-е и 60-е годы ХХ века. Не обойдены вниманием и постсоветские утопии.

Третья, заключительная часть книги, озаглавленная «Девятое искусство (Зарубежный фантастический комикс)», знакомит читателя с нетрадиционным для нашей страны взглядом на визуальное искусство, и прежде всего комиксы. То, что многие наши соотечественники привычно относят к несерьезным детским забавам, на поверку оказывается сложным и многогранным явлением мировой культуры, претендующим на эстетическую и идейную самостоятельность. Харитонов знакомит читателя с главными действующими лицами комикс-индустрии на Западе, а также рассказывает о европейском графическом романе и его отличиях от американских комиксов.

Благодаря Евгению Харитонову и другим исследователям фантастики современный читатель может существенно расширить рамки восприятия отечественной жанровой литературы и даже полностью изменить свое представление о ней.

И в завершение. Приятно отметить, что книгу по достоинству оценило и экспертное сообщество: 21 июня этого года «Апокрифы Зазеркалья» были удостоены одной из значимых наград в области жанровой литературы – Международной премии им. Аркадия и Бориса Стругацких (АБС-Премии).


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Бенедикт Камбербэтч сходит с ума по кошкам

Бенедикт Камбербэтч сходит с ума по кошкам

Наталия Григорьева

Актер сыграл в биографической картине про британского анималиста Луиса Уэйна

0
921
Фото недели. Киноэкипаж завершил съемки в космосе

Фото недели. Киноэкипаж завершил съемки в космосе

  

0
633
Элементарно, Ватсон!

Элементарно, Ватсон!

Ольга Рычкова

140 лет со дня рождения – нет, не сэра Артура Конан Дойля, а сэра Пелама Гренвилла Вудхауса

0
3527
Киты, спруты и Христофор Колумб

Киты, спруты и Христофор Колумб

Максим Артемьев

Откуда Жюль Верн узнал о Моби Дике Германа Мелвилла

0
1360

Другие новости

Загрузка...