Архилох А Питер, господа, опять впереди. На переднем, так сказать, плане борьбы с чумой нашего времени. То есть с коррупцией. В свете выступлений президента Медведева. Причем там не просто борются, абы как, бессистемно. Нет, господа, там, на берегах Невы, с этой заразой собираются бороться по науке. Сначала конкурс проведут на выполнение научно-исследовательской работы по теме «Исследование коррупциогенности (так!) системы государственного управления и законодательства СПб и разработка комплекса мер, направленных на устранение коррупции». Всего за 1,8 млн. рублей. Исследуют, а потом и бороться начнут. Все по-взрослому.
Правда, моя любимая, несравненная губернатор Матвиенко уже как бы лишила смысла эти будущие исследования за 1,8 млн. рублей. Поскольку объявила: в Питере коррупции меньше, чем секса в СССР. Чем, признаюсь, поставила меня в тупик.
Обычно смысл речей Валентины Ивановны я понимаю. Даже если не понимаю разумом, то сердцем чую. Но в данном случае споткнулся.
Положим, секса в СССР не было. А что было?
Мне вот коллеги подсказывают, что именно было. Но воспроизвести не решаюсь. Все-таки обсценная лексика. Еще оштрафуют чего доброго.
Давайте рассуждать логически. Если вместо секса в СССР было то самое, что на газетной полосе воспроизвести нельзя, что же в таком случае у них, в Питере, вместо коррупции?
Может, коррупциогенность? Хоть слово дико, но мне ласкает слух оно. По крайней мере приличное, хотя, конечно, не очень понятное. Прямо неологизм какой-то. А может, не неологизм, а наоборот – эвфемизм. Для чего-то обсценного. Не знаю, господа, не знаю...
Рассмотрим процесс подробнее. Конечно, он несколько проще, чем то, что было в СССР вместо секса. Но похож. Сначала, как и положено, прелиминарии. Взяткодатель и взяткополучатель искусно возбуждают друг друга. Типа объятиями и поцелуями. Потом фрикция и собственно коитус, объединяющий, так сказать, наслаждение души, разума и тела. Коитус, конечно, несколько растянут во времени, в силу специфики. Но завершается оргазмом, секунды на три. То есть непосредственно передачей средств. В смысле бабла. После чего партнеры отворачиваются друг от друга. И даже как бы испытывают взаимное отвращение. Примерно так.
Впрочем, сравнения и сопоставления далеко завести могут. Туда, откуда не возвращаются...
А вывод, господа, такой: бороться с коррупцией – все равно что бороться с тем, что было в СССР вместо секса. Так я понимаю губернатора Матвиенко.
Дарья Гармоненко 