0
758
Газета Поэзия Печатная версия

17.06.2020 20:30:00

Я строил дом

Стихи о Хлебникове и нашем сегодняшнем Куликовом поле

Тэги: поэзия, философия, лирика, хлебников, история, куликово поле


22-14-1350.jpg
И с трудом после сна поднимаются веки…
Рисунок Леона Гутмана.
* * *

Я строил дом – казалось,

на века;

я строил стих – казалось,

на мгновенье;

но получилась легкая строка

прочнее древесины и каменьев,

которым знал я истинную цену

и находил, что та – невысока

для всех, кто расставляет

облака,

кто собирает звезд цветные

тени,

кто терпеливо созидает стены

воздушных замков, замков

из песка,

кого несет незримая река

к нибытию,

пока...

пока.

пока


Наследники дождя

Осень.

Ночь.

Только пятна размытого

света

и мгновенные вспышки дождя.

К современности сразу сквозь

сон не дойдя,

я глаза открываю –

в семнадцатом веке.

Время – смутное.

Капель полет неизбежен,

безнадежен: сверкнуть –

и исчезнуть во тьме…

Это – ночь.

Это – дождь.

Только видится мне,

это – люди: оружны, и конны,

и пеши,

всё летят и летят,

устремляясь туда,

где ничто не напомнит о свете

и веке,

где шумит за окном дождевая

вода,

и с трудом после сна

поднимаются веки.


Девочка-осень (Предчувствие гражданской войны)

Девочка в красном пальто

и берете

медленно движется мимо

деревьев,

мимо – опавшего золота

листьев,

мимо – сгоревшего вороха истин,

запаха дыма,

в белесую просинь –

мимо и мимо

с букетиком астр,

с бледно-лиловым холодным

букетом,

девочка в красном пальто

и берете,

девочка-осень…

Дальше – зима.


Китай-город

У стены пятнадцатого века,

вросшей в землю сотни лет

назад,

снова дети, старики, калеки,

словно бы на паперти, стоят.

Им бросают мелочь

и бумажки,

но в глаза позору своему

не глядят, спешат стыдливо

дальше,

запрещая сердцу и уму

видеть их картонные

скрижали:

«Поля Куликова. 8 лет.

Мама умирла. А папы нет.

С братиком ночуим на вокзале.

Братику Сиреже скоро 6.

Памагите. Очинь хочим есть».

Дети – есть хотят.

Расти.

И выжить –

даже в этой безнадежной тьме.

С каждым часом подступает

ближе

их расплата к тем, кто,

в ложь и смерть

душу запродавши, веселится.

«Мене! Текел! Фарес!» на стене.

Красит кровь останкинские

листья,

слышен тихий разговор теней:

«Сквозь огонь, и воду,

и по трубам

брошены до срока в мир иной,

мы у вас – навеки за спиной,

хоть вы и прошли по нашим

трупам.

Вот где – наше Куликово Поле:

наша дочка, Куликова Поля.

Наша правда обернется сталью.

Ваша сила расточится в чад...»

«За Непрядвой лебеди кричали,

и опять, опять они кричат!»


Открытие Хлебникова

И –

все изменилось…

Корова

полем свой короб влекла,

исполненный млека

и всякого влажного блага,

лопнуть готовый,

чтоб солнцем излиться

на травы –

отверстые ветру и свету

врата

творенья цветов и корней,

буравящих норки

и верноподобных зверью

полевому,

чьи тропы – плетенье племен

и азы языка,

где имя имати и слова веслом

пенить бытийные воды,

вскачь запуская

времени веретено…


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


По щучьему веленью

По щучьему веленью

Евгений Лесин

Поэт Юрий Ряшенцев пишет не про Емелю, не про сказки, а про нынешнее время, сегодняшнюю Россию

0
1921
Общество взаимного обожания

Общество взаимного обожания

Мартын Андреев

Эмигранты между Франко, Сопротивлением и Гитлером

0
340
Одиночка во всех партиях

Одиночка во всех партиях

Андрей Мартынов

От марксизма к консерватизму

0
652
Кто придумал компас

Кто придумал компас

Кирилл Рожков

В реальности все не так, как на самом деле

0
541

Другие новости

Загрузка...