Иван Родин.
Сняв мундир прокурора, Колесников через год, возможно, вольется в депутатские ряды.
Фото Артема Житенева (НГ-фото)
Успешно противодействовать коррупции невозможно без возвращения в российское законодательство института конфискации – причем значительно расширенного по сравнению с сегодняшним. Этот тезис стал лейтмотивом вчерашнего думского круглого стола, проведенного под эгидой думского комитета по безопасности и комиссии по борьбе с коррупцией. Мероприятие почтили своим вниманием некоторые высокопоставленные чиновники правоохранительных и контролирующих органов.
Как выяснилось, участники по-разному понимают институт конфискации, а главное, путаются в вопросе о том, что, собственно, должно конфисковываться. Например, выявились противоречия между главой Счетной палаты Сергеем Степашиным и заместителем генерального прокурора Владимиром Колесниковым. И если первый согласен с необходимостью конфисковывать неправедно нажитое имущество, то второй смотрит на вещи шире, полагая, что у преступников вообще не может быть законно приобретенной собственности.
Заметим: именно такое противоречие привело к тому, что горячо поддержанный всей Думой в первом чтении законопроект, возвращающий в российское законодательство понятие конфискации, застрял на стадии подготовки ко второму чтению. Даже среди депутатов фракции «Единая Россия» нет единства в этом вопросе.
Открывшая вчерашний круглый стол первый вице-спикер Любовь Слиска эту ситуацию достаточно ярко проиллюстрировала. Она заявила, что работа над этим законом «как будто уперлась в стену», и подчеркнула, что во многом в этом виноваты представители правительства и «некоторые юристы» из администрации президента. А Владимир Колесников вообще усмотрел в документе «неприемлемый подход»: «Появляется опасность, что принятые новации, наоборот, приведут к либерализации законодательства по сравнению даже с сегодняшней ситуацией».
По мнению заместителя генпрокурора, в борьбе с коррупцией «стержневой вопрос – это возвращение института конфискации». Колесников не стал скрывать: в Генпрокуратуре продолжают считать, что бремя доказательства чистоты имущества и собственности должно лежать на обвиняемом. А так как обыкновенно невозможно разделить находящееся в одних руках имущество на преступно и легально нажитое, то, полагает он, имущество должно быть конфисковано чохом, причем – даже в том случае, если обвиняемое лицо успело перевести собственность на родственников.
Как выяснилось, Владимир Колесников понимает, что эти его заявления скоро могут потерять статус официальных. Вчера сам чиновник признался, что работать в этой системе он будет еще не больше года. «А потом, может быть, пойду в депутаты», – пообещал Колесников, сообщив, что вполне может заняться политической деятельностью. Журналисты сначала восприняли его слова как шутку, но он достаточно серьезно пояснил, что хотя пока не может сказать, по списку какой партии он предполагает баллотироваться, но уже присматривается к некоторым из них.
