Судебная контрреформа

Осенью Госдума одной из первых рассмотрит законопроект, внесенный под занавес весенней сессии комитетом по обороне. Документ предусматривает новое ограничение компетенции суда присяжных – исключение из нее категории дел, содержащих сведения о государственной тайне.

Сегодня, согласно Уголовно-процессуальному кодексу (УПК), рассматривать дела, в которых есть сведения, составляющие гостайну, могут суды присяжных. Авторы законопроекта уверены: эта ситуация угрожает безопасности государства, и поэтому вердикт должен выносить профессиональный судья. Сомнений в том, что законопроект будет, нет. Но станут ли поправки к ст. 31 УПК РФ шагом к утверждению справедливого и независимого правосудия или же приведут к окончательной профанации самой идеи и назначения института присяжных заседателей?

Любопытна история принятия нормы об отнесении дел, содержащих сведения о государственной тайне, к компетенции суда присяжных. Указанный закон был принят в 2003 году – по результатам мониторинга, проводимого думским комитетом по законодательству совместно с администрацией президента РФ. Официальный отзыв правительства был положительным: «Проект обеспечивает совершенствование правоприменительной практики». И вот теперь некоторые депутаты обнаружили, что участие присяжных заседателей в рассмотрении дел, в которых есть сведения, составляющие гостайну, «существенно снижает эффективность механизма ее защиты».

Между тем до сих пор не было ни одного судебного процесса по обвинению присяжных в нарушении подписки о неразглашении сведений о гостайне. Судебная статистика таких данных не содержит, в пояснительной записке к законопроекту таких фактов не приведено. Вывод: данная инициатива преследует цель дальнейшего ограничения компетенции суда с участием присяжных заседателей в угоду интересам правоохранительных органов, недовольных оправдательными вердиктами суда присяжных.

Проводимая в стране судебная реформа вызывает много дискуссий о целях и задачах, о формах и методах совершенствования судебной системы, однако в качестве ее основной цели и приоритетной задачи неизменно рассматривается обеспечение каждому лицу права на судебную защиту, гарантированного Конституцией, реализация которого подразумевает беспрепятственное обращение в суд и справедливое рассмотрение дела беспристрастным и независимым составом суда. Именно достижение этой цели и реализации этих задач, определенных в Концепции судебной реформы в РСФСР 1991 года, преследовало возрождение в 1993 году в России института присяжных – специфической формы организации судебного процесса, в котором коллегия из 12 граждан, не являющихся профессиональными судьями, решают вопрос о виновности или невиновности подсудимого, руководствуясь собственной совестью, разумом и жизненным опытом и принимают вердикт, на основании которого суд выносит приговор.

Согласно данным судебной статистики, около 20% обвиняемых ежегодно заявляют ходатайства о рассмотрении их дел с участием присяжных, и эта динамика является стабильной. Оправдательные вердикты в 2009 году составили 18,7% от рассмотренных судом присяжных дел (в Европе – 17%). В целом суды в 2009 году вынесли 2,4% оправдательных приговоров. Тот случай, когда цифры красноречивее любых доводов и комментарии излишни.

Как показала практика, такая демократизация, или, пользуясь современной терминологией, модернизация уголовной юстиции, наглядно продемонстрировала непрофессионализм следствия и беспомощность государственного обвинения в судебных процессах с участием присяжных заседателей. То есть там, где обвинению и защите предоставляется реальная возможность состязаться и убеждать суд (уже в составе не трех, а 12 присяжных) в правоте своей позиции.

О реальном отношении граждан к суду с участием профессиональных судей наглядно свидетельствуют различные опросы общественного мнения.

18–22 июня с.г. Левада-Центр провел интересный опрос. Выяснилось, что 63% респондентов убеждены – в случае спора между представителем власти и рядовым гражданином в России суд останется на стороне власть имущего вне зависимости от ситуации. 17% уверены, что все решает взятка. Лишь 11% граждан считают, что суд вынесет справедливое решение. При таком отношении граждан к суду становится очевидным, что только профессиональный суд, без присяжных, не может способствовать укреплению авторитета судебной власти и повысить доверие к правосудию.

Давно подмечено, что из всех функций, присущих государству, лишь правосудие не может усиливаться без возрастания активности и свободы человека. Признаком сильного государства является отсутствие стремления получить преимущество в суде, уважение к нему, беспрекословное подчинение судебной власти, исключение давления на суд. Необходимо признать, что существование института присяжных заседателей полностью отвечает такой модели взаимоотношений. В отличие от профессиональных судей формирование состава коллегии присяжных, соответствующей требованию независимости и беспристрастности, является результатом специальной процедуры отбора с участием заинтересованных участников процесса. Результат: истинная свобода в оценке доказательств, которая, в случае вынесения оправдательного вердикта, становится предметом критики и лежит в основе обвинений в непрофессионализме.

Еще в 2001 году фонд «Общественное мнение» провел исследование, в ходе которого респондентам был задан следующий вопрос: «В последние годы в России появились суды присяжных. Одни считают, что практику судов присяжных в нашей стране следует расширять. Другие считают, что этого делать не следует. С каким мнением – с первым или со вторым – вы согласны?» Результат: с первым мнением свое согласие выразили почти 62% опрошенных, со вторым – 21%.

Примечательно, что упомянутая Концепция судебной реформы в РСФСР провозгласила право каждого на рассмотрение его дела судом присяжных, если ему грозит лишение свободы на срок свыше одного года (!). Эти иллюзии романтиков от юриспруденции разбились о суровую прозу необъявленной, но реально проталкиваемой судебной контрреформы, которая приведет к тому, что доверие граждан к суду и к власти будет подорвано и судебная система в нашей стране не будет соответствовать общепризнанным европейским и мировым стандартам.