Живой журнал в СССР

У входа в Музей ART4.RU хрипуче наигрывал старенький патефон. Одна парочка даже скромно сделала несколько танцевальных па. Другие уминали пирожки с мясом и капустой. Вкусные, правда, не домашние, покупные. Эмалированные кружки с успехом заменили большими советскими чашками. Ностальгический чай из пачек со слоном – чаем из пакетиков. А вообще завтрак с Ильей Кабаковым проходил без него самого. Оказалось, что он в Нью-Йорке и не очень любит светские рауты. Впрочем, говорят, что художник серьезно готовит свое возвращение в Россию. А презентация инсталляции «Воспоминания о коммунальной кухне» – первая серьезная примета одиссеи.

В каком-то смысле легендарная инсталляция была сделана в 1992 году в Париже специально для галереи Дины Верни и имела большой успех. И неудивительно. Ведь она появилась на волне интереса, возникшего к нашей стране после развала Союза. Крайне любопытно было узнать, а как они там жили за железным занавесом? Примечательно, что с 1992 года выставка так там и хранилась, и, собственно, российская публика видит ее впервые. Музей приобрел восемь больших досок объявлений, около сотни рисунков и восемь стендов с артефактами коммунального быта 1980-х. Учитывая, что стоимость работ Кабакова достигает нескольких миллионов долларов, выставка досталась вполне дешево.

«Товарищ Абалкова! Прекратите беготню и игру в мяч ваших детей в коридоре. Невозможно целый день слушать», «Товарищи жильцы! Просьба не бросать ничего жидкого в мусорное ведро! От этого и вонь, и зараза всякая! Замеченные виновные будут занесены на доску позора», «Снегирева! Закрывайте дверь, когда выходите из уборной. Никому не интересно дышать вашим┘». На досках объявлений можно найти и графики мытья полов, и расписание пользования духовкой, и объявления о пропаже вещей, и рисованые плакаты на тему борьбы с алкоголизмом. «Алкоголь – здоровью враг! Пьяницам – позор!» Тут же оппонентом приписано: «И тебе сука!».

Удивительно то, что это не подлинные раритеты из московских квартир. Эту летопись Илья Кабаков сочинил сам. Любовно и тщательно воссоздав советский быт, он как бы намеренно утрировал и сгустил краски. В этом написанном от руки пестром разрисованном коллаже есть что-то от кричащих плакатных слоганов Маяковского, что-то от мещанского быта Зощенко, а абсурдность некоторых текстов вызывает в памяти опусы Хармса. А еще доски объявлений сильно напоминают Живой Журнал и другие блоги в интернете. Тематические дискуссии на форумах, правда, написанные шариковой ручкой на альбомном листке.

Под стеклом с лихорадочной страстью Плюшкина разложены мятые железные кружки, закопченные крышки, выщербленные пуговицы, значки с Лениным, горлышки от бутылок, кусочки тесьмы, пачки шпилек и еще что-то настолько воздушно эфемерное, что даже и не разберешь. Тем не менее под каждым предметом – история, вроде того, что вот эту самую юбилейную монетку Ангелина Ивановна подарила Ивану Христофоровичу на его день рождения. А вот на этом гвоздике Марья Петровна повесила фотографию своего покойного мужа, а потом она упала, а гвоздик закатился под шкаф. Вдобавок все тексты переведены на французский.