Споры о сингулярности и электрификация мозга

Футуролог Рэй Курцвайль заявил о грядущем всего лишь через 30 лет бессмертии человека.
Фото Reuters

Все помнят, что женщина-мать – «мария» по-арамейски, – положила своего первенца в ясли, то есть в выдолбленную колоду, из которой бычки и коровы ели свои «яства». Над младенцем, лежащим в яслях, воссияла, звезда, упоминание о которой наталкивает астрономов на мысль о том, что она была одной из сверхновых, время от времени вспыхивающих на небосклоне. В свою очередь, сверхновые представляют собой мощный взрыв, сопровождающийся всплеском гамма-излучения в единую точку сведенной в результате гравитационного коллапса сингулярности┘

Не так давно известный футуролог Рэй Курцвайль, заявивший о грядущем всего лишь через 30 лет бессмертии человека, оповестил мир о близящейся сингулярности. Вообще-то это латинское слово «сингулярность» означает всего-навсего единицу, одиночество. Футуролог же трактует это слово, не совсем понимая его значение, как некий взрыв инновационных технологий или скорость прогресса, возрастающую до бесконечности. Только в этой ипостаси его сингулярность отчасти совпадает с «обычной», понимаемой как бесконечное возрастание «схлопывающейся» в результате коллапса материи, превращающейся в точку, не имеющую физических размеров. В будущем предполагается мирное сосуществование антропоидных роботов и кибернетически-модифицированных людей.

Но футуристическая сингулярность придумана не для провозглашения нашего незавидного будущего, а для «оправдания» ее основного продукта, а именно – бессмертия, которое будет иметь две формы – биологическую и электронно запрограммированную. Электрификация мозга даст сознание-когницию, которую можно будет подключать к искусственному разуму (АI – Artificial Intellect). Последний возьмет на себя всю науку и развитие технологий, что приведет к стиранию граней между городом и деревней, простите – между человеком и машинами.

Жизнь в таком раю позволит воплотить в реальность принцип LLE – Live Long Enough – «Живи столь долго, как тебе захочется». Исходя из этого принципа, футуролог спокойно отрицает ценность религии, но не с атеистических позиций отрицания существования Бога, а потому, что она «приучает» людей мириться со смертью. Этот вполне разумный постулат вместе с тем противоречит тому, что мы знаем сегодня о циклах рождения и смерти во Вселенной. Она сама когда-то родилась в результате взрыва сингулярности, и в ней постоянно нарождаются молодые звезды, а старые, закончив термоядерный цикл, гаснут и поддаются гравитационному «уплотнению» до состояния нейтронной звезды или черной дыры.

Основной сценарий звездообразования подразумевает, что образовавшаяся после Большого взрыва первоначальная Вселенная подверглась резкому расширению, то есть «инфляции». Взрывы сингулярности приводят к гамма-всплескам, энергию квантов-фотонов которых невозможно даже вообразить (при них выделяется энергия миллиардов и миллиардов солнц). Поэтому неудивительно наличие в инфляционной стадии-фазе огромной ионизирующей радиации, воздействующей на образовавшийся водород, гелий и темную материю иже с ними. Столь мощное энергетическое воздействие радиации приводит к возникновению волн и нестабильности, запускающей образование звезд.

Память о тех волнах и нестабильности мы видим сегодня в неравномерности, или анизотропии, космического микроволнового фона (СМВ – Соsmic Microwave Background) или неравномерности фонового излучения, которое за прошедшие миллиарды лет успело остыть с миллионов до 2–3 градусов Кельвина. Открытие CМВ явилось величайшим достижением теоретической астрофизики и космологии, которые после него стали науками экспериментальными.

Когда-то Карл Маркс констатировал в свойственной ему дидактической манере, что до него «философы лишь по-разному объясняли» мироздание. То же самое он мог бы сказать и об этих двух науках, если бы они существовали в его время. Теперь же околоземное и околосолнечное пространство бороздят аппараты, задача которых – пристальное наблюдение за космосом и стремящейся к своему пределу Вселенной с ее мириадами галактик. Следствием этого наблюдения во всех мыслимых спектрах явилось не только открытие гамма-всплесков, но и черных дыр, стремящихся к сингулярности. И вряд ли ученые, чьими глазами и ушами являются эти удивительные машины, согласятся с вольной и несерьезной трактовкой этого благородного и четкого термина.