Александр Спирин
Коллизии (столкновения) галактических масштабов отнюдь не редкость. Фото NASA
В связи с этой звездой уместно вспомнить династию Гершелей, первый из которых прибыл на берега Темзы вслед за приглашенным королем из Ганновера. Он стал первым директором королевской обсерватории и прославился открытием Урана. Его сын, сэр Джон, усовершенствовал методы определения звездных масс, поэтому нет ничего удивительного в том, что европейцы, запустившие на орбиту инфракрасный телескоп, назвали его Herschel.
Линзы этого телескопа хороши тем, что регистрируют свет в инфракрасной области спектра. Маломощное это излучение практически не взаимодействует с веществом, поэтому он позволяет увидеть то, что не удается с помощью других телескопов. Отчет о наблюдении за Бетельгейзе опубликовали недавно на страницах журнала Astronomy and Astrophysics специалисты университетов Лувена, Амстердама, Денвера и Вены, а также Университетского колледжа в Лондоне. Особенно удачными получились «композитные» изображения звезды в области длины волн от 70 до 160 микрон (микрометров). С их помощью удалось определить, что звезда несется в пространстве со скоростью порядка 30 км/сек.
При этом она «гонит» перед собой самую настоящую стену из космической пыли и газа, форма которой, вполне возможно, определяется силовой линией локального магнитного поля Галактики. Ученым также удалось разглядеть, что передний фронт движущейся звезды образован как минимум тремя дугообразными слоями, форму которых ученые сравнивают с дугой большого лука. Эти «луки» образованы веществом, выбрасываемым самой Бетельгейзе прямо перед собой (шоковые волны впервые увидели чуть более полутора лет назад).
Температура вещества в самой наружной дуге варьирует от 40 до 140 градусов Кельвина, внутренняя же волна не однородна, а образует некие скопления, природа которых не совсем ясна. Одно из предположений связано с тем, что это так называемые ячейки обычной конверсии вещества, выбрасываемого звездой. Комковатость ячеек отражает неравномерность выбросов звездного вещества в прошлом. По крайней мере именно об этом говорит компьютерное моделирование с использованием гидродинамических моделей.
Подобно тестовому автомобилю, несущемуся с датчиками и манекенами в бетонную стену, Бетельгейзе должна вскоре догнать пылевую стену, на что уйдет около пяти тысяч лет. Если стена будет оставаться неподвижной, то сама звезда врежется в нее через 12,5 тыс. лет. Несмотря на то что наш сосед видится как довольно тусклая оранжево-красная звезда, ее масса как минимум в тысячу раз больше нашего Солнца, а светимость в 100 тыс. раз сильнее. Вполне возможно, что в скором будущем она, выработав водородный ресурс, сколлапсирует, после чего взорвется как сверхновая. Это не очень желательно, учитывая ее весьма близкое соседство с Землей.
Подобно молниям во время грозы, в облаке-туманности, окружающем звезду, время от времени вспыхивают яркие зарницы непонятной природы. Еще одно предположение касается «стены», которая на самом деле может оказаться краем межзвездного облака, освещаемого лучами, идущими от Бетельгейзе. (Что-то вроде стены дома, выхваченной в ночи фарами пролетающего мимо автомобиля). Теперь ученые знают, как с помощью весьма продвинутого инструмента наблюдать за волнующей эволюцией ближайшей к нам звезды. Хочется надеяться, что человечеству хватит ума, чтобы сохраниться в течение хотя бы ближайших 5000 лет, а там, глядишь, и 12 с половиной протянем…
Дарья Гармоненко 