Александр Спирин
Лукас Кранах Старший. Борьба Самсона со Львом. 1525. Веймарский замок, Германия
В седьмой по счету библейской Книге Судей в главе 14-й рассказывается об отважном, но иногда обуреваемом гневом простом парне Самсоне, имя которого можно толковать как «Человек Солнца». Этот самый человек увлекся хитроумной и коварной красавицей Далилой (Далидой), отрезавшей спящему герою его длинные волнистые волосы. Знойная филистимлянка знала, что в них его недюжинная сила, лишение которой привело к пленению Самсона. Сцену отрезания волос можно видеть на прекрасном полотне Лукаса Кранаха Старшего. Враги заковали его в цепи и выставили на всеобщий позор, но на короткий миг сила Самсона вернулась к нему, и он, напрягшись в последний раз, вызвал «потрясение столпов». Под обрушившейся кровлей погибли все его враги, число которых было весьма велико…
Археологи Тель-Авивского университета на протяжении многих лет ведут кропотливые раскопки у деревни Бeт-Шамеша, или Самаша. Селение находится между известными по Библии городами Зора и Эштаол, Экрон и Тимнах (последний стоит на левом берегу текущей к морю реки). Если верить Книге Судей, именно в Тимнахе родился и похоронен Самсон. Недавно ученые сообщили о находке очередной древней печати диаметром полтора сантиметра, на поверхности которой древний мастер вырезал сцену убиения льва, знакомую нам из описания подвигов героя.
Печать была найдена вместе с другими древними артефактами при раскопках, ведущихся в одном из раскрытых учеными домов. Внешний вид находок указывает на XII век до н.э. Именно в те времена израэлитам пришлось столкнуться с так называемыми людьми моря, прибывшими в этот район откуда-то с северных берегов Эгейского моря. «Находка позволяет привязать литературную историю к конкретному археологическому месту, – заявил по этому поводу профессор Шломо Бунимовиц, руководящий раскопками. – Если мы правы, то проведенная нами датировка совершенно верна».
Место, где теперь стоит современная деревня, некогда являлось фокусом притяжения самых разных народов и культур – израэлитов и хананеев, а также «поморян»-филистимлян. В то незапамятное время у самих иудеев, покинувших Египет и пришедших из-за Иордана, не было даже царей, а только судьи, по которым книга и получила свое название. Самсон принадлежал древнему роду Дан, но, подобно свободному охотнику, забредал и в Газу с господствовавшими в ней филистимлянами. Много позже сюда придут римляне и назовут регион провинцией Палестина (а филистимлян – на свой лад – палестинцами).
Самсон вызвал недовольство родителей, связавшись с женщиной чужого роду-племени. По пути на мальчишник с холостыми друзьями филистимлянами герой столкнулся со львом и после короткой борьбы разодрал тому пасть. Однако в другой раз, страшный во гневе на тех же друзей, Самсон уложил тысячу филистимлян ослиной челюстью.
Зви Ледерман, коллега Бунимовица, считает, что это типичный «сборник» пограничных сказаний о столкновениях между двумя соседними и не слишком-то мирными народами (что-то вроде про нашего Илью Муромца и Соловья Разбойника или Тугарина). Отсюда бросающееся в глаза противоречие: Самсон легко заходит в Газу, но в то же время постоянно ввязывается в какие-то не совсем приятные для него стычки. «Вы входите на вражескую территорию, поэтому вынуждены сталкиваться и с врагами, и с опасными животными-бестиями, – продолжает пояснять Ледерман. – Это истории пограничных контактов и конфликтов, которые сами по себе несут оттенок больше культурных несоответствий, нежели политического конфликта».
Филистимляне были пришлым народом, о котором можно прочитать даже в египетских папирусах. По всей видимости, люди моря досаждали нильской империи своими пиратскими набегами на ее торговые суда (много позже с пиратами Эгейского моря пришлось столкнуться и Юлию Цезарю, попавшему к ним в плен). «Поморяне» селились в пределах плодородной приморской долины в районе нынешних Ашдода и Аскалона-Ашкелона, Газы и Экрона. Неудивительно, что богатый и воинственный анклав постоянно делал набеги на израэлитов. Можно вспомнить юного пастушка Давида и филистимлянского гиганта Голиафа.
Немаловажно подчеркнуть, что представители всех трех случайно оказавшихся в соседстве народов рьяно оберегали свою культурную и религиозную идентичность. Ханаане верили в бога плодородия Ваала и его любвеобильную жену Астарту-Аштар, память о которой сохранилась много позже в рассказах об Афродите и Венере (изменявшей своему мужу с Марсом). Может статься и так, что именно ханаане, первыми столкнувшиеся с людьми моря и много натерпевшиеся от них, сложили красивую сказку-легенду о могучем силаче, голыми руками раздирающем пасть могучему льву.
Но вполне возможно, что рассказ о Самсоне и льве пришел из междуречья Тигра и Евфрата (по-гречески Месопотамии), где был создан величественный эпос о Гильгамеше, начавшем свои «серийные» подвиги с убиения гигантской кошки (и Геракл, также убивший Лернейского льва). Подобно египетским фараонам, герои надевали после победы над зверем его шкуру, придававшую им еще большую силу…
Сотрудники Управления израильской античности cообщили в июле 2012 года об открытии уникального мозаичного пола древней синагоги IV–VI веков близ городка Хукок, что лежит у северо-западного берега Галилейского озера. Помимо художественных портретов мужественного Самсона с длинными волосами и пока еще не опознанных учеными женщин на мозаике можно видеть двух бегущих лисиц с огнями на хвостах, также упоминаемых в библейском рассказе о Самсоне.
Дарья Гармоненко 