Сергей Станкевич
Фото Reuters
В ночь на пятницу, 13 июня 2025 года, правительство Израиля во главе с Биньямином Нетаньяху начало военную операцию против Ирана, которая втайне (под прикрытием переговоров) готовилась не менее года, а многие ее элементы – гораздо дольше.
За первые несколько суток Израиль, используя эффект неожиданности, глубоко внедренные диверсионные ячейки и дроновые закладки, сумел нанести Ирану значительный урон. Тем не менее вопреки победительной эйфории, царящей в израильском интернете и сочувствующих пабликах, никакой решающей победы Нетаньяху над персами не просматривается. Зато в некотором отдалении видны нежелательные последствия операции «Восставший лев», опасные для всего мира.
Что мы реально наблюдаем? Никакого военного разгрома Ирана со стороны Израиля нет и уже точно не предвидится.
Потери в руководстве армии и силовых структур Ирана быстро восполняются, а следом за счет внешних поставок уже пошло частичное восстановление систем ПВО и арсенала дальнобойных ракет. Поток поставок по разным каналам в помощь «жертве агрессии» будет нарастать. Подземные (точнее, подскальные) ядерные объекты уцелели, несмотря на применение Израилем американских глубинных бомб, секретно завезенных при администрации Трампа.
Вопреки апелляции Нетаньяху к населению Ирана («Мы за ваш народ, но против режима»), никаких признаков внутренней дестабилизации в стране не наблюдается. Потенциал уличного бунта или дворцового переворота близок к нулю.
Конфликтный сценарий Нетаньяху был явно рассчитан на рефлексивное управление. Ожидалось, что в ответ на прямую агрессию с нападением извне и изнутри и на персональный террор Иран объявит Израилю войну, выйдет из ДНЯО, вышлет из страны представителей МАГАТЭ, откажется от каких-либо переговоров по ядерной программе, перекроет Ормузский пролив и – самое главное – нанесет удары по военным базам США. Бинго! У израильско-американского тандема и пула их западных союзников развязаны руки и нет красных линий.
Военный разгром Ирана был возможен только при полномасштабных совместных действиях Израиля и США. Совместное решающее наступление «льва и орла» было и пока остается главной частью сценария. Президенту США Дональду Трампу для принятия решения о вступлении в войну нужен был очевидный и убедительный предлог – атака на американские объекты и потери личного состава.
У американцев на Ближнем Востоке сейчас примерно 40 тыс. военных как минимум на 19 объектах, находящихся под командованием CENTCOM. Некоторые контингенты особенно уязвимы – в Сирии, Ираке. Самое крупное присутствие – в Катаре и Бахрейне, значительное – в Саудовской Аравии, Арабских Эмиратах и Кувейте. Есть две американские базы и на территории Израиля.
Операторам «восставшего льва» для перехода к главной фазе войны (силовая смена режима в Тегеране) крайне необходима встречная агрессия Ирана: угрозы в адрес США и союзников, теракты и прямые нападения. Чтобы Трамп получил юридический и моральный мандат на вмешательство в войну, сasus должен быть максимально belli.
Пока что Тегеран ведет международную линию, безупречную с точки зрения канонического международного права: говорит о неизменной верности СВПД-2015, отрекается от намерения иметь ядерное оружие и от попыток его получить, остается в рамках ДНЯО и продолжает работать с МАГАТЭ. Усиливая свое мирное наступление, Иран заявил о готовности оформить вечное отречение от ядерного оружия в виде специального гарантийного договора.
Международная реакция на персидский поход Нетаньяху смешанная и у многих пока выжидательная. Позицию прямой поддержки Ирана занимают лидеры Пакистана и Алжира. О немедленной практической помощи Ирану как жертве агрессии говорит лидер КНДР Ким Чен Ын.
Важно, куда сейчас качнется арабский мир. Предсказуемо спряталось в раковину маленькое королевство Иордания. А вот руководство Египта и суннитский лидер Саудовская Аравия «решительно осудили» то, что они назвали вопиющей израильской агрессией. Наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед бин Сальман в телефонном разговоре с президентом Ирана Масудом Пезешкианом выразил иранцам личные соболезнования и поддержку. За этой линией вскоре потянутся и остальные члены Лиги арабских государств.
Россия и Китай призвали к остановке военных действий и возврату к переговорам. При этом Россия публично, в том числе в Совбезе ООН, осудила израильские действия в давно не звучавших резких выражениях. Возможно, резкости Москве добавило разительное сходство в диверсионных операциях с дроновыми закладками: оказалось, что киевские диверсанты действовали в РФ 1 июня во многом так же, как израильские 13 июня в Иране. «Смутные сомнения» тут вполне естественны.
Военная операция Израиля сейчас на перепутье. Без быстрой наземной операции, направленной на силовую смену руководства в Тегеране, Нетаньяху не решит ни одной своей главной задачи. Но без прямого и полномасштабного участия Соединенных Штатов такая операция провалится. При отказе Трампа от соучастия она просто не состоится. Очевидно, что Иран, оставаясь в рамках международного права, получит нарастающую международную помощь, а Израиль, продолжая разносить «беззащитный» Иран, столкнется с ширящимся осуждением.
Россия во исполнение Договора о всеобъемлющем стратегическом партнерстве с Ираном (от 17.01.25) уже официально предложила свое посредничество в переговорах США и Ирана по урегулированию разногласий вокруг ядерной программы ИРИ. Судя по реакции Трампа, мир для него предпочтительнее опаснейшей военной авантюры, да еще на фоне нарастающей в США внутренней смуты.
Похоже, персидский поход Нетаньяху завершится для него по большому счету безрезультатно. После чего премьеру и правительству предъявят счет политические оппоненты.
Отдаленные последствия могут быть гораздо хуже. Нетаньяху впервые продемонстрировал готовность осуществлять силовые смены режимов в исламских странах, комбинируя масштабные диверсии – обезглавливающие и обезоруживающие – с массированным внешним нападением. Эту новую угрозу, несомненно, учтут все арабские и исламские режимы. И тоже задумаются: а так ли уж неправ Тегеран с его ядерной программой? Болезненная тяга к атомному щиту может распространиться.
