Светлана Гамова Минувшая неделя прошла под знаком выяснения отношений России с ее партнерами по Содружеству Независимых Государств. Но вопреки известной пословице, по которой сор из избы выносить неприлично, а порой и вредно, пикировки Москвы с Тбилиси, а также с Киевом велись на самой что ни на есть публичной площадке – в ООН.
В конце недели Совбез ООН, по инициативе Грузии, обсудил ситуацию в этой стране в свете ее отношений с Абхазией и Южной Осетией, поведение которых, как утверждают в Тбилиси, напрямую зависит от настроения Москвы. Москва, как известно, относится к непризнанным республикам, как любили говорить еще в Российской империи, с особым пиететом. Правда, это не означает признания независимости самопровозглашенных образований, чего больше десятилетия добиваются Сухуми и Цхинвали. Как не предполагает и включения их в российский бюджет. Против чего абхазы и южные осетины также не возражали бы. Прозвучавшее из Москвы обещание выстроить прямые отношения с двумя регионами можно толковать как угодно. Потому что конкретного наполнения российских посулов не наблюдается. Зато очевидны их наступательный характер и направленность.
Москва предупреждает Грузию: наведение конституционного порядка в ее собственных регионах может закончиться военным отпором. При поддержке России. Потому что Москва намерена теперь защищать своих граждан, как США – своих: в любой географической точке и от любых посягательств. При этом ничего не говорится о соизмеримости весовых категорий двух стран. На самом деле никто воевать не собирается – ни за Абхазию, ни за Южную Осетию. Цель московской риторики – остудить горячие головы в Грузии. И, поторговавшись на абхазском базаре, заставить Тбилиси пойти на уступки. Главная из них – отказ Грузии вступить в НАТО. Или, на худой конец, перенос этой перспективы.
Антинатовскую направленность носят и заявления, которые недавно российские официальные лица сделали в адрес Украины. Категоричность предупреждений о том, что сделает Россия, если ее ближайшая соседка вступит в НАТО, заставила Киев поставить об этом в известность ООН. Соответствующий документ в конце прошлой недели был размещен на сайте этой организации. Смысл апелляции – не мешайте нам двигаться куда хотим, то есть на Запад, иначе отвадим от украинского дома по-другому. В субботу министр иностранных дел Украины Владимир Огрызко сообщил своим соотечественникам, что в Москве прислушались к тому, что говорят в Киеве. По словам Огрызко, «антиукраинские заявления российских высокопоставленных лиц относительно суверенитета и территориальной целостности Украины сняты с повестки дня и больше не будут звучать». Об этом сказал украинскому «Зеркалу недели» министр, он договорился с Сергеем Лавровым. Но если все же, заметил Огрызко, «у кого-то в который раз не выдержат нервы и они (заявления) все-таки будут появляться, мы оставляем за собой право применять все необходимые международно-правовые рычаги». Механизмы воздействия, по его мнению, есть. Украина, как и Грузия, может обратиться в Совбез ООН.
Но если Киев надеется мирно договориться с Москвой, то Тбилиси, как к крайней мере, прибегает к тактике угроз. Вчера и.о. министра иностранных дел Грузии Давид Бакрадзе пообещал России серьезные проблемы в отношении с ЕС и США, если она не откажется от военной риторики в диалоге с Тбилиси. При этом грузинский министр сослался на слова спецпредставителя МИД РФ Валерия Кеняйкина, сказанные на пресс-конференции в субботу, о поддержке Абхазии. В Грузии их истолковали как предоставление региону российских военных гарантий. Спираль конфликта Москва–Тбилиси раскручивается так, что становится очевидным – без третейского судьи сторонам не обойтись. Вопрос лишь в том – кто будет третьим?
