Элина Билевская
Владимиру Путину не привыкать управлять летательными средствами.
Фото Reuters
На этой неделе первые лица страны не только избавляли страну от пожаров, но и, по версии отдельных СМИ, спасали свои подгорающие рейтинги. Их снижение якобы зафиксировали социологические службы. Эксперты, правда, сочли, что речь идет не о падении, а о сезонной коррекции уровня доверия тандему. Последние данные Фонда общественного мнения фактически это подтвердили.
Первые лица страны, между тем, активно работали на электорат. Глава правительства не стал изобретать велосипед и воспользовался испытанным методом, который уже однажды принес ему немало дивидендов. В самый разгар избирательной кампании 2000 года Путин поразил всех полетом на истребителе Су-27. Он прилетел в Чечню в кресле второго пилота. На прошлой неделе премьер вновь всех удивил. Он принял участие в тушении лесных пожаров в Рязанской области с борта противопожарного самолета-амфибии Бе-200. Председатель правительства занял место второго пилота. Он управлял забором воды и ее сбросом на горящие леса. За полчаса Путину удалось потушить два очага пожаров.
Президент Дмитрий Медведев также не стал искать новые подходы и решил выступить в привычном ему амплуа. Он поразил воображение россиян обнародованием информации о том, как обстоят дела с госзакупками. Начальник Контрольного управления президента Константин Чуйченко продемонстрировал главе государства схему ценообразования на медицинскую технику, которая закупается на бюджетные деньги. Выяснилось, что цена производителя томографа – 34,5 млн. руб. Посредник продает его российской компании за 71,7 млн. руб. А государство приобретает у нее аппарат за 90,39 млн. руб. «Это абсолютно циничное, хамское воровство государственных денег. Это терпеть больше нельзя. Это то, что вызывает, во-первых, дикую ненависть наших людей и, во-вторых, создает отрицательный авторитет страны», – не скрывал негодования Медведев.
Критикой госсзакупок на этой неделе глава государства, впрочем, не ограничился. На совещании, посвященном социально-экономическому состоянию в Дагестане, у него неожиданно вырвалось: «Надо заниматься реальной борьбой с коррупцией, а не торговлей должностями. Иначе результата не будет». Президент в очередной раз дал понять, что его совершенно не устраивает сложившаяся система управления регионами посредством распределения финансовых ресурсов. Вот только как ее переустроить, он, похоже, пока не знает.
Региональные лидеры, между тем, восприняли заявления Медведева в силу собственного видения политического процесса. Реформировать систему управления они предложили следующим образом: в нашей стране должен остаться только один президент – глава государства. Должности президентов республик следует упразднить. Первым с подобной инициативой в четверг выступил глава Чеченской Республики Рамзан Кадыров. «Я готов принять любой термин, обозначающий должность главы субъекта, кроме названия «президент». Кадыров предложил варианты: «глава республики», «глава администрации» и «губернатор». Инициативу чеченского главы тут же подхватили другие северокавказские лидеры. Глава Карачаево-Черкесии Борис Эбзеев заявил: «Я хорошо помню 1993 год, мне довелось быть участником Конституционного совещания, тогда я настаивал на том, что мы федеративное, но единое государство... Предопределяется принцип: единое государство – один президент. Полагаю, что позиция Рамзана Кадырова заслуживает самой решительной поддержки». Готовы расстаться со званием президента и глава Кабардино-Балкарии Арсен Каноков, и ингушский лидер Юнус-Бек Евкуров. Упразднением собственной должности северокавказские главы решили не ограничиваться. Они также предложили изъять из названий региональных парламентов словосочетание «Государственная Дума». Правда, насколько переименование должностей и представительных органов власти поможет изменить природу российской управленческой системы, остается под большим вопросом.
Дарья Гармоненко 