Игорь Наумов. Несмотря на все ухищрения властей, зарплата по-прежнему не воспринимается чиновничеством как основа их благосостояния. На днях к десяти годам строгого режима был осужден сотрудник Минфина Денис Михайлов, получивший «гонорар» в виде дорогого авто стоимостью 87 тыс. евро за то, что передал коммерсантам интересовавший их секретный документ. Этот пример не единственный в своем роде. Департамент экономической безопасности МВД рапортует о повышении раскрываемости таких дел. Год от года растет количество чиновников, попавшихся на взятке, чья вина впоследствии была доказана в суде: в 2003 году к уголовной ответственности были привлечены 2913 человек, в 2004 году – 3796, а в 2005-м – 3125.
Однако у этой статистики есть и оборотная сторона. Председатель комиссии Госдумы по противодействию коррупции Михаил Гришанков признал, что выявляется один процент всех случаев взяточничества. Эксперты Европейского банка реконструкции и развития считают, что средняя частота взяток в России за последние три года выросла с 38,72% до 39,30%, а в докладе Transparency International нашей стране было отведено позорное 126 место в мире по уровню коррупции. По данным эксперта фонда ИНДЕМ, ежегодная мзда российских чиновников превышает 316 млрд. долл. Причем резкий рост (в 13 раз) произошел за последние пять лет.
«Мы боремся не с причиной, а со следствием. Не с коррупцией, а с коррупционерами», – заявил вчера «НГ» директор департамента стратегического анализа ФБК Игорь Николаев. По его мнению, административная реформа в части создания мотивации для добросовестного исполнения служащими своих обязанностей «полностью провалена». Ставка на то, что с ростом зарплаты у чиновников появится желание бескорыстно радеть за интересы государства, себя не оправдала. «Зарплата у госслужащих за два года резко выросла, но вырос и уровень коррупции», – подчеркнул эксперт.
Следует признать, что зарплата чиновников выросла неодинаково. У высших должностных лиц рост произошел раз в десять, у рядовых сотрудников всего в 2–3 раза. Официально оклад федерального министра всего около 18 тыс. руб., у заместителя и того меньше – 5 тыс. руб. Однако благодаря различным премиям и надбавкам они получают много больше. Впрочем, жалованье для некоторых не единственный источник существования. Есть и члены правительства, неплохо зарабатывающие на банковских вкладах и продаже акций принадлежавших им когда-то компаний и т.п. Скажем, министр транспорта Игорь Левитин задекларировал доходы за 2004 г. в размере 4,85 млн. долл., министр природных ресурсов Юрий Трутнев – почти 110 млн. руб.
В ряде случаев чиновники, представляющие интересы государства в советах директоров госкомпаний, также могут рассчитывать на весьма приличное вознаграждение. Это «выходное пособие» становится доступным им, когда они оставляют госслужбу. Подавляющее большинство госслужащих, конечно, не располагают легальными возможностями обогащаться. Некоторые из них используют «административно-статусную ренту», чтобы поправить свое материальное положение. Игорь Николаев поделился личными наблюдениями: возродившимся институтом «кормления» развращены даже студенты. Молодые люди рассматривают должность на госслужбе как некую собственность, которую можно конвертировать в дензнаки. Они твердо уверены, что через год-два после прихода в органы власти теневые доходы избавят их от необходимости думать о величине официальной зарплаты. Для них принципиален вопрос, не какую должность занимать, а какими деньгами распоряжаться.
С учетом усиливающейся роли государства в экономике России – и в сфере управления, и в сфере инвестиций – прогнозы неутешительные. «Ситуация очень тревожная, – резюмировал Игорь Николаев. – Во всех мировых рейтингах по коррупции мы резко откатываемся назад. Чем больше неэффективного государства в экономике, тем больше проявлений коррупции».
