0
1818
Газета Печатная версия

27.05.2019 18:47:00

Приставка «пост» уже никого не радует

Пик упадка пройден

Сергей Вохлачев

Об авторе: Сергей Васильевич Вохлачев – блогер, сетевой аналитик.

Тэги: постмодернизм, литература


107-10-2_t.jpg
Человек эпохи постмодерна управляем.
И он лишен ясных ценностных ориентиров.
Иллюстрация Depositphotos/PhotoXPress.ru
На этот раз мне, как уже известному редакции блогеру, было заказано сделать подборку высказываний литераторов о постмодернизме в художественной культуре. Что я и сделал.

Дмитрий Быков: «Никакого постмодернизма как литературного течения нет и никогда не было, его придумали. «Пост» – значит «анти». Некоторый антимодернизм в культуре ХХ века действительно был, это фашизм. Помнится, я делал доклад в одном американском университете – «Постмодернизм как высшая стадия фашизма». 

Постмодерн, как мы его понимаем, – всего лишь освоение массовой культурой приемов и сюжетов культуры высокой, сложной. Например, «Любовник леди Чаттерлей» – модернизм, а «Пятьдесят оттенков серого» – постмодерн. 

Что может ждать эстетику вырождения? Вырождение – то, чего уже дождались. Слава богу, в мире этот этап уже преодолен, начался новый цикл, у которого будет свой пик и свое вырождение. Поскольку сейчас Россия живет в условиях отложенной, задержанной истории, у нас эти тенденции не так заметны, но, судя по молодой прозе, которую я сейчас читаю, скоро все встанет на свои места».

Макс Фрай: «Писатель или, хуже того, критик, заявляющий, что «книга написана в стилистике постмодерна», ничего не смыслит ни в стилистике, ни в постмодернизме. Потому что постмодерн – это не элемент стилистики, а мироощущение. И единственное корректное употребление этого термина – «книга написана в ситуации постмодерна», то есть с таким ощущением, когда все уже сказано и написано и сочинителю остается только перекомпоновывать имеющиеся тексты и взламывать культурные коды.

К концу 2010-х читатели и писатели, казалось, окончательно устали от хитромудрых интерпретаций и стали прорываться к «новой искренности», «новому реализму» и т.д. Но остались и такие авторы – причем еще относительно молодые, – для которых ситуация постмодерна продолжается».

Геннадий Муриков, литературный критик: «Человек эпохи постмодерна – это прежде всего человек управляемый, лишенный ясных ценностных ориентиров, эмоционально возбужденный и склонный излишне чувствительно реагировать на предложенные ему через СМИ ситуации и решения. Относиться к ним рационально он уже не в состоянии.

Парадокс в том, что сознание человека эпохи постмодерна одновременно и критично, и некритично к действительности. Теоретики постмодернизма и его практики – художники, писатели, кинематографисты – сами являются и борцами, и жертвами своего раздвоенного мышления. Скажем, отрицая истину «вообще», считая ее продуктом тоталитарности, они незаметно впадают в ложное противоречие. Ведь такое отрицание само претендует на всеобщность, а потому, видимо, тоже ошибочно. Господствующие идеологии, завладевая СМИ, навязывают индивидуумам свой язык, свою систему ценностей, «дискурсов». Так создается «индустрия культуры». Но при этом забывают, что наиболее опасна идеология «деидеологизации», идеология массового потребления как высшей ценности, в рамках которой человек превращается в придаток к механизму накопления».

И наконец, мой любимый писатель. Курт Воннегут: «Мне представляется отвратительной и комичной присущая нашей культуре особенность ждать от любого человека, что он всегда в состоянии разрешить все свои проблемы. Имеется в виду, что проблема всегда может быть решена, если ты приложишь еще чуть больше усилий, чуть больше борьбы. Это настолько не соответствует истине, что мне хочется рыдать – или смеяться. Опять же в соответствии с культурной традицией американцы не имеют права плакать. Поэтому я не очень много плачу – но очень много смеюсь… Я занимаюсь написанием анекдотов. Шутка – это малоформатное искусство. У меня к этому природная склонность. Можно сравнить это с установкой мышеловки. Вы ставите мышеловку, взводите ее, и – бац! Мои книжки по большей части мозаики, сложенные из целого вороха крохотных кусочков, и каждый такой кусочек – анекдот. Они могут состоять из пяти строк, могут из одиннадцати. Если бы я писал в трагическом ключе, это было бы постоянным извержением словесного потока. Вместо этого я сочиняю анекдоты. И одной из причин, по которой я пишу так медленно, как раз и является то, что я стараюсь вложить смысл в каждый анекдот».  


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


95 лет Айболиту, Мойдодыру и Мурзилке

95 лет Айболиту, Мойдодыру и Мурзилке

Лариса Панибратцева

Фестиваль детской литературы имени Корнея Чуковского в Переделкине

0
314
Меткий удар по пьянству

Меткий удар по пьянству

Андрей Мирошкин

Книжные плакаты 1920-х агитировали за чтение и новый быт

0
2505
Шерсть дыбом

Шерсть дыбом

Александр Гальпер

Рассказы о Довлатове, Джоконде и сексе в зоопарке

0
3145
Постмодернизм до постмодерна

Постмодернизм до постмодерна

Андрей Краснящих

«Ничейная территория» в литературе XX века

0
2876

Другие новости

Загрузка...
24smi.org