Вахтанговцы сыграли Платонова

Герои Платонова – чудаки и праведники (на переднем плане юродивый Юшка – артист Денис Бондаренко). Фото Валерия Мясникова

В Театре имени Евгения Вахтангова на сцене «Студия» состоялась премьера спектакля «Платонов. Рассказы». Первая современная студия Вахтанговского театра открылась в 2012 году и просуществовала шесть лет; в начале 2019 года стартовал новый ее этап как экспериментальной площадки для молодых. Драматические этюды по рассказам Андрея Платонова режиссера Анны Горушкиной – вторая по счету постановка обновленной «Студии».  

…Темную камерную сцену озаряет прямоугольник света, словно кто-то открывает дверь в другой, неизведанный мир, и этот светлый островок один за другим заполняют актеры. По одной манере держать чемодан можно составить портрет каждого героя: кто-то держит его как ненужный предмет, кто-то, словно прячась за ним, обхватывает двумя руками и несет перед собой, кто-то, наоборот, уверенно сжимает ручку, а кто-то выносит, как малого ребенка, любовно качая. Актеры замирают, будто готовясь к общему фотоснимку. Немую сцену прерывает буквально выкатывающийся из-за их спин человек: «Вообще-то звали его Ефимом, Ефимом Дмитриевичем. Но все люди называли его Юшка». Это Денис Бондаренко, играющий юродивого Юшку. И наконец перед зрителем, словно на фотоснимке, проявляется сценическое пространство, по краям которого выстроены  деревянные скамейки поезда. Пассажиры уже заняли свои места в вагоне, смотрят в прямоугольники световых окон, а поезд, покачиваясь, везет каждого в его рассказ: «Неизвестный цветок», «Невозможное», «Песчаная учительница», «Река Потудань», «Семен», «Юшка». 

Появление образа поезда, конечно, не случайно. Он, как и в платоновской прозе, является ключевым для понимания происходящего. По сути, это судьба, где не только сам поезд, но и дорога приобретают философски-метафорический характер. И кажется, что фоном звучит известное стихотворение Андрея Платонова «Поезд»: «Вьется, вьется, вьется/ Путь стальной змеей –/ Встречный лес смеется/ Дружною семьей./ Стучат, бегут колеса/ По рельсам чрез мосток./ Быстрей вагон понесся,/ Послышался свисток./ Льется, льется, льется/ Стон груди стальной/ И звонко раздается./ Песнею родной…» Или только ощущается  его дух?..

«Я мечтала о прозе Платонова и боялась его, – говорит режиссер Анна Горушкина. – Это особенный, евангельский автор. Его удивительный язык, его образы не даются, ускользают сквозь пальцы. Его герои – чудаки и праведники. Они трогательные, милосердные, любят, прощают… Мелодика речи платоновских героев завораживает. Меня радует, что молодые актеры услышали и поддержали меня, заинтересовались этим автором. Для меня эта работа – интереснейший опыт и освоения прозы Платонова, и работы с молодыми, талантливыми, неравнодушными актерами».

На протяжении полутора часов перед зрителями возникает шесть историй, шесть жизней, шесть особых судеб – постановка-мозаика, в которой рассказы Платонова, соединяясь, предстают перед зрителем в необычной интерпретации. В спектакле постоянно присутствует эффект ожидания переигранного финала. 

Несомненно, сама мысль о возможности того, что герои рассказов могли бы столкнуться друг с другом и изменить ход знакомых всем платоновских историй, будоражит воображение. Однако режиссер только ненадолго сталкивает героев, чтобы они передали эстафету повествования следующим. Так, Юшка в какой-то момент превращается в рассказчика сказки-были о неизвестном цветке. Он говорит, картавя, присев к девчонке, лица которой зрителю не видно, видны лишь две косички, перекинутые через лавку. И вдруг сказка обрывается – Юшка пытается чихнуть и на слове «цветок» начинает, будто заевшая пластинка, заикаться. Девочка накидывает платок и в одно мгновение превращается в сварливую бабу, которая прогоняет его. Юшке подает платок следующая героиня – он чихает, поезд резко останавливается, в вагоне темнеет, и в освещенном центре оказывается Мария Нарышкина, или «Песчаная учительница» (Евгения Ивашова). Так начинается новая история, где скамейки поезда заменяют стулья и парты для учеников Марии Никифоровны, а необходимые по сюжету сосновые и шелюговые посадки возникают из чемоданчика учительницы.  

Очень выразительным и трогательным получился драматический этюд рассказа «Река Потудань», в котором  любовь Никиты (Сергей Батаев) и Любы (Ирина Смирнова) начинается со звонкого гудка поезда, в данном контексте – символа начала искренних и светлых отношений. В этой зарисовке чувства трехмерны, любовь постепенно проступает из темноты – вдруг появляются огни и голос любимого человека: «Люба, я пришел». 

Мужчина с патефоном (Алексей Петров) из рассказа «Невозможное» читает историю о своем друге, для которого смерть лучше земной любви: «Ни губы, ни груди мне не нужны. Я хочу поцеловать ее душу... Нет, тут ничего невозможно». 

Рассказ о семилетнем мальчике Семене представлен   актером Николаем Романовским, все остальные персонажи – лишь тени, которые делают фигуру главного героя более объемной и живой. Для этого  создан настоящий театр теней, где на первом плане – Семен, а позади него, на белом экране, тени рожающей матери, отца, сестренки, старухи Капишки… Фантазии маленького мальчика о доме на краю леса, где он работает царем у волков, также представлен театром теней, и это обоснованный ход для воссоздания мира ребенка. 

Под конец спектакля вновь появляется Юшка – действие приобретает цикличность, возвращается в точку отправления. Его история завершается случайной смертью и появлением Девушки (Екатерина Жаркова), которой он помогал всю жизнь. А разговор  Девушки и Безымянного (Ян Гахарманов) о Юшке и о неизвестном цветке становится завершающим аккордом в этой дорожной хитросплетенной симфонии.