Рождественские стихи Бродского и прозу Капоте читали в театрах Москвы

Владимир Кошевой и Кирилл Солдатов декламировали стихи Бродского в Бетховенском зале Большого театра.  Фото Дамира Юсупова/Большой театр

Ирину Михееву, российско-британского режиссера, публика двух российских столиц открыла в прошлом году. Тогда сенсацией танцевального сезона стала постановка пластической драмы «До поезда осталось» по роману Льва Толстого «Анна Каренина», интерпретированному как откровенное описание природы любовного безумия, с блистательными артистами из Петербурга и Москвы Дарьей Павленко и Владиславом Лантратовым. Михеева обратилась к творчеству маргинального классика американской литературы Трумена Капоте и его рождественским рассказам. Вместе с компанией 2Sisters (с ней же она выпускала дебютный российский проект по Толстому) и коллективом Электротеатра Михеева создала семейный спектакль «Воспоминание об одном Рождестве», переводя богато декорированный поэтический английский одноименный рассказ Капоте на фантазийный язык детства, когда на сцене в буквальном смысле оживают предметы, упомянутые в более чем взрослом в плане лексики оригинале Капоте.

Главные герои спектакля – мальчик Дружок (в исполнении взрослого артиста Ильи Стапрана) и пенсионерка Подружка (нееловского склада актриса Татьяна Циренина), – как и в рассказе Капоте, занимаются на сцене тем, что закупают дорогущие ингредиенты для выпечки рождественских пирогов, которые затем отправят разным людям, в том числе президенту Рузвельту, размышляют о заготовленных для них близкими подарках, разочаровываются в своих ожиданиях относительно этих самых подарков и вдохновляются вновь, радуясь тому, что в итоге имеют.

Инсценировку режиссер написала в соавторстве с артистом Театра сатиры Мгером Закаряном. Спектакль Михеевой начинается даже не в фойе театра, украшенном присутствием тапера, наигрывающего джазовые импровизации, а прямо на улице, где маленьких зрителей встречает гигантская вязаная собака. Первоначально театр планировал только рождественский блок спектаклей, но, глядя на успех предприятия, поставил в февральскую афишу новые показы.

В Большом театре представили перформативный концерт «Рождественские стихи Иосифа Бродского». Актер Владимир Кошевой прочитал со сцены Бетховенского зала 19 разнокалиберных (от крошечного подношения пианистке Елизавете Леонской «В воздухе – сильный мороз и хвоя» до громадной «Речи о пролитом молоке») стихотворений Иосифа Бродского, имеющих отношение к теме Рождества. Он выступил в паре с трубачом Кириллом Солдатовым (музыкальная программа была составлена из переложений, в том числе авторских, произведений Монтеверди, Телемана, Баха, Скрябина, Паулса, Альбинони, Дэвиса, Вивальди и Арлена для трубы). Режиссером концерта, выстроенного по принципу байопика (трактуя в своих стихах Рождество, Бродский как будто рассказывает о самом себе, о своем чудесном рождении и важном миссионерском предназначении в контексте русской истории и литературы), выступил Михаил Елисеев. Художником по видеоконтенту – Надежда Бушуева из Электротеатра, ученица Бориса Юхананова, художником по свету – Елена Копунова.

Превращенный в псевдоримский амфитеатр Бетховенский зал давно стал культовым местом для проведения самых необычных музыкальных мероприятий – от вручения пафосных премий до концептуальной лаборатории современной режиссуры. Но перформативный концерт, в котором постановщики смогли задействовать уникальную архитектуру зала (видеодизайн, накладываясь на классические формы задника сцены, создавал ощущение живых и реалистичных декораций к спектаклю о жизни Бродского и убедительно иллюстрировал его стихи), видится наилучшим и наиболее востребованным сегодня жанром для этого пространства.

Может показаться, что тема христианского празднования, объединяющая «Рождественские стихи» Бродского и «Воспоминания о Рождестве» Капоте – двух авторов столь разных, – создает цельность той единой интонации, столь присущей христианству в целом, в том числе в его повседневном, деритуализированном отображении. Именно это позволяет говорить о двух постановках в одной рецензии. По отношению к Рождеству и христианскому канону поэзия Бродского оказывается ближе, чем рассказ Капоте. Взаимодействие с Евангелием, обращение к образам Младенца Христа, Иосифа и Марии, фигурам волхвов в вертепе и очертаниям зверств Ирода за безмятежностью Рождества становится для Бродского центральным. Но религиозные коды и смыслы для поэта служат преимущественно знаками, за которыми скрываются значения, наполненные духом и чувственностью «каждодневных» переживаний. Чтение стихотворений Владимиром Кошевым, раскрывающее полноту и многообразие авторского творчества, позволяло слушателям в зале насладиться тонким сочетанием автобиографического оттенка «квартирности» с вселенской полнотой вертепа.

Чувство цельности в Рождестве, где два начала – личностное и космогоническое – становится краеугольным камнем спектакля Ирины Михеевой «Воспоминание об одном Рождестве». Ее авторский стиль выделяется полнотой изобразительных средств и готовностью рассматривать разные решения. В инсценировке рассказа Капоте Михеева смогла выявить ключевую тему причастности к великому, по-настоящему религиозному триумфу Рождества, представляя его не как обмирщение сакрального, а как сакрализацию повседневного. Сохранить Рождество и пронести его через еще один год, оставив след Тайны и Спасения в своей душе – это вызов, который предлагается каждому причастному к этому празднику. Если в рассказе Капоте детские дни маленького рассказчика, а в поэзии Бродского призраки прошлого своими касаниями принимают на себя христианское облачение по-настоящему высокого образа, то пусть свечение Рождества напомнит нам ту победоносную над смертью строчку из стихотворения обожаемого Бродским римского писателя Секста Проперция, венчающую могилу великого поэта: Letum non omnia finit («...и не все кончается со смертью»).