Закат диомидовщины

Бывший епископ Диомид (Дзюбан), осужденный в начале октября иерархами Русской православной церкви за возбуждение раскольнических настроений среди верующих, теряет последних своих сторонников. 22 ноября на заседании Синода Украинской православной церкви, которая является самоуправляемой частью Московского Патриархата, украинский сподвижник бывшего чукотского иерарха епископ Ипполит (Хилько) покаялся за поддержку «диомидовских раскольников» и «клеветников священноначалия Русской православной церкви».

Чуть менее года назад епископ Ипполит был отправлен в отставку (но не лишен сана) за ту же деятельность, которая вменяется в вину Диомиду. Они призывали верующих отказываться от паспортов и всех документов со штрих-кодом, а также обвиняли церковную иерархию в вероотступничестве, приверженности экуменическим идеям и отказе от восстановления православной монархии. Диомид и Ипполит стали живыми иконами внутрицерковной оппозиции, которая считает своим идеалом дореволюционный период в истории Русской Церкви. Теперь епископ Ипполит обещал отозвать свое благословение на издание крамольной литературы и предать анафеме свою прошлую деятельность. То есть он совершил то символическое покаяние, которого ждали от его чукотского единомышленника.

А что же Диомид? После того как его разжаловали в рядовые монахи, он как будто ушел в тень, прекратив общение с прессой. Однако постановлению о лишении епископского сана он не подчинился. 10 ноября в интернете был распространен его указ, в котором объявляется о воссоздании Святейшего Правительствующего Синода, каким он был до революции – то есть без Патриарха. Правда, в составе этого учреждения оказались только сам Диомид и его родной брат. За исключением небольшого прихода в поселке Мыс Шмидта на севере Чукотки, где Диомид начинал служить священником, никакой поддержки его Правительствующий Синод не получил. Ситуация получилась комедийная.

Все это позволяет говорить о закате диомидовщины – яркого и противоречивого внутрицерковного движения. Как приступ лихорадки, эта болезнь возникла внезапно, без явной причины и быстро охватила ту часть верующих, которые настроены и консервативно, и достаточно критично по отношению к церковному начальству. За консерватизм в Церкви, конечно, никого не осудят. «Демократия в аду, а на небе царство», – неоднократно озвучивалось вполне лояльными Синоду иерархами. Диомид был осужден, конечно, не за свой фундаментализм, а за открытое неповиновение «митрополитбюро». Именно после провозглашения анафемы в адрес Патриарха Алексия II Диомид стал терять сторонников, которые не захотели идти на открытый раскол. Затем он осудил за «антимонархический бунт» Патриарха Тихона (Белавина), а уж его авторитет не оспаривается даже в самых маргинальных православных группах. По сравнению с июньской демонстрацией «диомидовцев» во время Архиерейского Собора, пикет сторонников опального иерарха в Чистом переулке 6 октября выглядел совсем уж жалко. Им не удалось убедить сколько-нибудь значительное число верующих, что Диомид и есть последний хранитель чистоты православия. За ними никто не пошел.

Лихорадка вызывает у человека температуру, близкую к критической, но часто проходит так же быстро, как и начинается. Похоже, нечто подобное произошло и в Русской православной церкви. Несмотря на угрожающие симптомы, которые проявлялись этим летом, крупномасштабный раскол ей все же не грозит. Однако это чудесное исцеление – вовсе не заслуга иерархии, остающейся в большинстве своем недосягаемой для простых верующих, а скорее свидетельство опрометчивости самого Диомида. Раскол не состоялся во многом потому, что государство не стало вмешиваться в дела Церкви (в отличие от событий середины XVII века) и тем самым подталкивать всех недовольных церковной бюрократией в объятия мятежного епископа. В таких ситуациях высшая мудрость – недеяние.