Фото Reuters
Пуск ракеты, произведенный по дому в Тегеране, где находился глава политбюро ХАМАС Исмаил Хания, поставил точку в целом этапе нескончаемого арабско-еврейского конфликта. Видимо, израильтяне – а сомнений в том, что убийство их рук дело, похоже, не имеют ни на Востоке, ни на Западе – на это и рассчитывали. На втором этаже того же дома находился лидер Палестинского исламского джихада Зияд ан-Нахале. Но точечный, явно тщательно наведенный удар настиг не его, непосредственного организатора многочисленных убийств и захватов заложников из числа израильских граждан, а именно Ханию, того, кто ассоциировался, так сказать, с политическим крылом ХАМАС.
С ним израильтяне и не только вели переговоры по самым разным темам. Он был гостем международных мероприятий и официальных дипломатических учреждений. Своим образом жизни миллиардер Хания, проживавший в Катаре в весьма комфортных условиях, убеждал (и судя по тому, какой неожиданностью для всего мира оказались события 7 октября 2023 года, очень многих убедил), что ХАМАС уже не тот. Убит тот, кто выглядел зримым воплощением договороспособности палестинской организации, наглядным свидетельством перемен, которые под влиянием времени и международных усилий произошли на Ближнем Востоке.
Но как раз поэтому израильтяне и решили его убрать. Правительство Биньямина Нетаньяху, утомленное долгими и безрезультативными переговорами об обмене удерживаемых лиц, решило продемонстрировать, что играть в игру «добрый полицейский – злой полицейский» более не намерено. Непосредственные ли организаторы нападения 7 октября Яхъя Синвар и Мохаммед Дейф, прячущиеся где-то в тоннелях сектора Газа, или живущие в дорогих отелях и особняках политические лидеры ХАМАС, – все вы будете уничтожены: таково послание, которое направили ракетой, убившей Ханию, израильтяне.
Нетаньяху в плане повышения собственной популярности внутри Израиля от такого смещения акцентов, конечно, выиграет. А внешние игроки (в первую очередь США и Евросоюз), сделавшие ставку на скорейшее окончание конфликта в секторе Газа, озадачены. Понятно, что со смертью Хании ХАМАС не исчезнет. С момента ликвидации его создателя шейха Ясина движение перестало быть вождистской структурой. Лидеры ХАМАС взаимозаменяемы, а структуры на местах обладают широкой автономностью. Поэтому не исключено, что Хания действительно ничего не знал о подготовке атаки 7 октября.
С его убийством и заменой на кого-то другого в ХАМАС принципиально ничего не изменится. Разве что заметно сгладятся существующие в каждой террористической организации трения между ее руководителями, находящимися на местах и в эмиграции. У них всегда есть претензии друг к другу. Одни рискуют головой, другие находятся в безопасности и при этом норовят отдавать указания. Теперь никто не находится в безопасности, ни живущие в Катаре, ни прячущиеся в секторе Газа. И их всех, оказавшихся в одинаковом положении мишеней для израильтян, Байдену и любому его преемнику – Харрис ли, Трампу ли – надо поскорее как-то хоть временно, хоть не всерьез примирить с Израилем. Слишком большие проблемы создает война в секторе Газа для внутренней американской и европейской политики. Слишком много сил она отвлекает от того, что представляется в Вашингтоне главным: глобального противостояния с Китаем. «Но каким образом посредничество может быть успешным, когда одна сторона убивает переговорщика с другой стороны?» – вопрошал в связи со смертью Хании глава МИД Катара. Вопрос отнюдь не риторический. Действительно, каким образом? Нетаньяху оставляет ХАМАС лишь одну опцию: войну. Есть, конечно, и другой вариант: хамасовцы сложат оружие и сдадутся на милость победителя. Но реалии региона таковы, что это тоже мало что изменит. Уйдет ХАМАС – придут другие, может быть, еще более радикальные, чем единомышленники Синвара и Хании.
Игорь Субботин 
