0
5758
Газета НГ-Энергия Печатная версия

10.10.2022 17:55:00

Чистая энергетика в экономическом планировании Японии

От послевоенной перестройки до декарбонизации быта граждан

Николай Тебин

Об авторе: Николай Петрович Тебин – журналист-международник.

Тэги: япония, энергетическая политика, декарбонизация, сельское хозяйство, реформы, экономика, экспорт, ввп


япония, энергетическая политика, декарбонизация, сельское хозяйство, реформы, экономика, экспорт, ввп Именно японский премьер-министр Ёсихида Суга провозгласил в своем первом выступлении в парламенте курс на достижение страной нулевых выбросов. Фото Reuters

В октябре 2020 года премьер-министр Японии (на тот момент) Ёсихидэ Суга, выступая в парламенте о будущем энергетической политики страны, объявил о курсе на достижение чистого нуля выбросов парниковых газов в стране к 2050 году. Это стало называться проблемой декарбонизации всех сфер экономики страны и деятельности граждан, что делается для «преодоления глобального климатического кризиса». Возможности и пути достижения чистого нуля выбросов СО2, судя по материалам средств массовой информации Японии, получили в стране широкую и конструктивную поддержку объединений бизнеса, общественных организаций, да и просто граждан.

Свои программы достижения декарбонизации объявляли самые различные структуры экономики и общественные организации. Газета Asahi Shimbun в редакционной статье указывает, что «путь к безуглеродному обществу должны проложить местные энергетические компании». Они уже работают над технологиями по использованию в бытовых приборах топливных элементов на водороде. 10 региональных энергетических компаний (РЭК) Японии также сообщают о планах перехода в качестве топлива на водород и аммиак, в той или иной степени с развитием улавливания СО2, и по достижению углеродной нейтральности к 2050 году (Asahi Shimbun, 05.04.21). Свои направления снижения выбросов СО2 предлагают и внедряют члены ассоциаций черной металлургии, авиаперевозчиков, портов и многих других структур.

На рубеже 1960–1970-х годов в Токио активно действовал Клуб иностранных журналистов. Регулярно проводились встречи с представителями различных политических и деловых кругов. Готовились темы и вопросы для приглашенных, возникали дискуссии, особенно в кулуарах после встреч. Была и тема стремительного послевоенного экономического роста Японии.

Представители средств массовой информации США объясняли это неким японским «железным треугольником», альянсом политиков, бюрократии, бизнеса, сформировавших «ниппин корпорейшн». Термин «железный треугольник» использовался политологами в 1930-х годах при анализе политической борьбы в США между лидерами трех вершин треугольника за возможность закулисно управлять политическими процессами в стране за спиной пусть и демократических органов власти. Фактически – быть «глубинным государством».

Труды российских ученых-японоведов показывают, что в послевоенной Японии сформировалось общество без «железного треугольника», а тем более и «глубинного государства». Построена государственная структура, обеспечившая эффективный путь социально-экономического развития государства. Она позволила Японии при населении 125 млн человек из послевоенной разрухи к началу 1970-х годов стать третьим экономическим центром в мире наряду с США и странами ЕС. При этом бесконфликтно решая социальные проблемы. Работал японский альянс политиков, бюрократии, бизнеса ради государства как сакральной скрепы.

Путь к этому раскрыт в фундаментальных монографиях российских авторов: Я.А. Певзнера («Государство в экономике Японии», 1976), А.И. Сенаторова («Политические партии Японии (1945–1992)», 1995), Н.В. Анисимцева («Исполнительная власть Японии на рубеже веков», 2008). Весьма информативна с широким освещением многих проблем коллективная монография из 6 разделов и 17 глав «Эволюция политической системы Японии», 1995, ее 6-й раздел «Возможности использования политического опыта Японии в процессе демократизации России». Но все эти труды изданы небольшими тиражами. Есть намерение хотя бы кратко, в газетном варианте для широкого круга изложить послевоенный путь Японии к экономическому успеху и решению социальных проблем.

От абсолютизма к демократии

Весной 1945 года стало ясно, что японский милитаристский экспансионистский режим в мировой войне ждет неминуемый крах. Поэтому 14 августа император Японии объявил о капитуляции, «чтобы сберечь нацию», при этом впервые обратившись к народу по радио. Фактически капитулировала армия, управление страной и на местах оставалось в руках действовавшего правительства и местных органов. Оккупация американскими подразделениями началась, но акт о безоговорочной капитуляции был подписан в Токио только 2 сентября.

Полный контроль обстановки в стране перешел к штабу оккупационных войск (ШОВ), который был сформирован США. Вашингтон развернул сеть военных баз по всей Японии, хотя даже ее министерства армии и флота были расформированы только в октябре, после завершения ими демобилизации личного состава. Во многом управление страной сохранялось за японскими довоенными структурами. Но все коренные структурные преобразования в Японии шли под руководством и контролем ШОВ. Их цели и задачи были определены в Вашингтоне, главное в них – демократизация и демилитаризация Японии и неспособность страны возродиться как военный противник США.

В первые послевоенные годы в Японии началась бурная политическая перестройка. В парламенте страны действовало более двух десятков политических партий. Восстанавливались профсоюзы, формировались общественные организации, в том числе и предпринимателей. Многое делалось под прямым руководством американских специалистов. Но, как отмечало большинство экономистов, все действия американцев не вызывали даже простого вербального протеста у японцев, поскольку способствовали экономическому развитию страны.

Например, две реформы сельского хозяйства прошли во многом по лекалам американских специалистов. Начатые в 1946 году, они состояли в выкупе государством сельхозземель у латифундистов и передаче их в аренду тем, кто фактически работал на земле под небольшие арендные выплаты. Государство сохраняло сельское хозяйство. Бывшие латифундисты, получив выплаты, начали вкладывать средства в компании малого и среднего бизнеса. Развивались с нуля многие производства, важные для жизнеобеспечения, восстанавливались довоенные отрасли.

Завершилась послевоенная перестройка политической структуры страны принятием Конституции. Ее написание началось в октябре 1945 года, когда при правительстве страны была сформирована Комиссия по изучению конституционных вопросов, в состав которой входили юристы ШОВ и известные японские правоведы. В феврале 1946 года был составлен проект новой конституции, который учитывал многие моменты японских предложений. Он был передан японскому правительству. В парламенте проект обсуждался три месяца и 7 октября 1946 года с редакционными поправками был принят. 3 ноября был утвержден императором. Через полгода, 3 мая 1947 года, Конституция Японии вступила в силу.

В ней, что часто не бросается в глаза, отражены традиции «островной нации», складывавшейся из разных религий, философских канонов и просто обычаев народов континента. Это и буддизм с его культурно-религиозными ценностями, и конфуцианство с его «пятью добродетелями» и «тремя устоями», определяющими иерархию в коллективах. Все положительное из них заимствовалось японской религией синто, основой которой было божественное происхождение императора.

8-13-2480.jpg
Японский бизнес сразу после подписания
мирного договора с США начал экспансию
по всему миру. Фото Unsplash
Было много попыток пересмотра Конституции, но она действует без поправок до наших дней во многом потому, что в ней, как считают многие японские правоведы, сохраняются вековые традиции японской нации, снизу до вершин власти. Кратко это:

Мне выгодно то, что выгодно семье. Семье выгодно то, что выгодно клану, большой семье. Клану выгодно то, что выгодно сообществу, жителям деревни, города. И так до государства. Это вера в коллектив, а с ней и в коллективные решения и действия, что и закреплено в Конституции.

Очень важно, что и послевоенные организации бизнеса жили и действовали по этим традициям: мне выгодно то, что выгодно государству. Конституция стала основой для всех последующих реформ. Шаг за шагом отрабатывался механизм принятия судьбоносных решений через формирование консультативных советов при подготовке законов с довольно широким демократичным представительством заинтересованных сторон.

После вступления в силу 28 апреля 1952 года Сан-Францисского мирного договора и ликвидации ШОВ влияние Вашингтона на экономическую политику Японии значительно сократилось. Однако сохранялась политическая зависимость, поскольку обеспечение внешней безопасности страны было передано США. Пентагон сохранил и сохраняет сеть своих баз в Японии. Но можно констатировать, что Токио в американо-японском военном союзе добился большой самостоятельности. Япония ограничила свою роль в совместной обороне только «защитой своей территории». При двустороннем союзе с США она не участвовала ни в боевых действиях в Корее, ни во Вьетнаме, ни даже в коллективных американских военных союзах.

Но устойчивая политическая структура сформировалась в Японии только осенью 1955 года, когда левые и правые социалисты, преодолев разногласия, объединились в октябре в единую Социалистическую партию Японии (СПЯ) с большой перспективой выиграть на предстоящих выборах. А в ноябре руководители Либеральной партии и Демократической партии сформировали Либерально-демократическую партию (ЛДП).

Либерально-демократическая модель

С 15 ноября 1955 года в парламенте Японии на несколько десятилетий сложилась стабильная «полуторапартийная структура» с постоянным большинством у ЛДП и оппонирующей ей СПЯ, второй по численности мандатов партии в нижней ключевой палате парламента. В первых программных документах ЛДП провозглашалась «народной», «сохраняющей правильные традиции и порядок». Многое взято из японских традиций, но скорректированных послевоенными изменениями в обществе со строгим соблюдением положений Конституции и принятых по ней конституционных законов.

При этом в документах ЛДП подчеркивалось отрицание по разным причинам «как социалистической экономики, так и монополистического капитализма». На первое место выдвигалось поддержание здоровой конкуренции на основе демократии во всех сферах. Это было развитие кейнсианства в экономике при большом расширении роли государства с опорой на национальные традиции.

Заработала японская модель сочетания либерализма с демократическими принципами и главная его составляющая – выработка правительствами ЛДП государственных экономических планов.

В «Декларации об учреждении партии» провозглашалось «построение государства благосостояния» на основе «свободного предпринимательства», придания производству «комплексного и планового характера» и одновременного проведения «сильной политики социального обеспечения». Последнее в планах не забывалось.

Первый «Пятилетний план достижения экономической самостоятельности (1956–1960)» был принят уже в декабре 1955 года. Он был выполнен досрочно, и уже в декабре 1957 года был принят новый «Долгосрочный план экономического развития (1958–1962)». Он также был выполнен досрочно, как и последующие подобные планы. Все они составлялись в соответствии с программными документами ЛДП, открыто, с широким обсуждением. В том числе и представителей бизнеса, которые были выросшими с нуля из деловых послевоенных кругов так называемых канэмоти, «денежных мешков», понимавших важность сохранения государства как гаранта строгого соблюдения законов для развития общества.

Строилась и развивалась либерально-демократическая экономика. Отношение государства к сторонам этой пары менялось от размера капитала, от почти полной либеральности внизу, к малому и среднему бизнесу, и демократично законодательно включались ограничения для крупных структур в повышавшихся налогах и других мерах.

Это можно видеть в принятом антимонопольном законодательстве, предусматривающем ограничение объема производства продукции компаний в общем объеме производства в стране. Или при национализации государственной энергетической системы с формированием девяти акционерных региональных энергетических компаний (РЭК) для создания конкурентной структуры при государственном контроле за расценками на электроэнергию и запрете картелей.

Любые попытки представителей бизнеса подкупить политиков или чиновников грозили судебными разбирательствами и крахом карьер последних. Примеров много, от рядовых чиновников до премьер-министра Какуэй Танака.

8-12-02480.jpg
В Японии причудливо переплетаются
новейшие технологии и древние верования.
Фото PxHere
Выбор локомотивов экономики

С момента формирования ЛДП генеральной задачей было провозглашено строительство в стране экспортно ориентированной экономики. В 1955 году Япония вошла в Генеральное соглашение о тарифах и торговле (ГАТТ, сейчас ВТО). При этом Япония добилась предоставления ей «статуса наибольшего благоприятствования», который давался развивающимся странам, чем она часто пользовалась.

Экспортно ориентированность поддерживалась напрямую государством. В 1958 году была создана Организация содействия внешней торговле Японии (ДЖЕТРО) с первоначальным капиталом около 2 млрд иен, из которых почти половина была предоставлена государством. Основной ее задачей был сбор данных об обстановке на зарубежных рынках и консультации японского бизнеса о перспективах на них. Консультации ДЖЕТРО были очень полезны и востребованы бизнесом, она быстро развивалась за счет его взносов.

Но наибольшую роль в экономическом успехе страны сыграла стабильная финансовая система, построенная на собственных ресурсах. Ведущую роль в ней играл и играет Центральный банк Японии (ЦБЯ). После Второй мировой войны банк подчинили Министерству финансов, был учрежден политический совет, отвечающий за кредитно-денежную политику. Позднее это было признано ошибкой, и в 1998 году был принят новый закон о деятельности ЦБЯ, основанный на принципах его полной независимости.

ЦБЯ предоставлено монопольное право денежной эмиссии. Не менее важно то, что он лицензирует и контролирует банковскую деятельность, создание и ликвидацию банков. Фактически ЦБЯ по законам сдерживал деятельность иностранных банков в стране и затруднял возможность иностранных инвестиций. Они по закону 1950 года в японских компаниях не могли превышать 7%, да и то, что важно, в виде поставок оборудования и технологий. За этим следил ЦБЯ, имевший контрольные функции.

Внешние финансовые операции могли осуществлять только два других японских банка – Экспортно-импортный банк и Банк развития. И не удивительно, что при курсе на развитие экспортно ориентированной экономики до начала 1970-х годов ЦБЯ мог стабильно удерживать значительно заниженный курс иены (360 иен за доллар), выгодный экспортерам. При этом регулировать валютные потоки в нужные отрасли.

Внутри страны все финансовые операции осуществляли частные коммерческие банки. Они опирались на широкую сеть кооперативных финансовых учреждений типа рыболовных и сельскохозяйственных кооперативов. Эффективно действовала почтово-сберегательная сеть с более 20 тыс. пунктов. Многие японские семьи со стабильными доходами имели в них небольшие вклады на непредвиденные расходы. Вклады были под небольшие проценты, но начисления делались регулярно за короткие сроки, а снимать с них суммы можно было в любое время. Под матрасами японцы деньги не хранили. Банкротств банков не было.

В 1960-е десятилетие темпы роста ВВП в Японии превышали 10% в год и были самыми высокими в мире. На втором месте с 8% была Германия. Но Германия получала значительные суммы помощи по плану Маршалла для послевоенного восстановления, а Япония опиралась на свои внутренние ресурсы.

В первых экономических планах энергетика была лишь их частью, и не главной. Особое внимание в планах уделялось так называемым «локомотивам» экономики. В 1950-х годах им было определено судостроение. Оно получало большие преференции в виде государственных кредитов и заказов. К концу 1950-х отрасль вышла в мировые лидеры, на нее приходилось более трети мирового судостроения, а в 1960-х годах более половины мировых заказов на суда получали судостроители Японии. Судостроение требовало развития металлургии, других производств. Можно указать, что следующим «локомотивом» стало станкостроение, которое также вышло в мировые лидеры с половиной мирового производства.

Социальная сфера не забывалась. При активном участии ЛДП в Японии сложились, точнее, были выработаны рациональные взаимоотношения «между трудом и капиталом» в соответствии с провозглашенным в программе партии обязательством проведения «сильной политики социального обеспечения». Введена система контрактов пожизненного найма и повышения базовой зарплаты от стажа. Надежная накопительная система пособия при выходе на пенсию. Организация профсоюзов по предприятиям. Участие представителей профсоюзов в органах управления компаний и фирм.

Эти меры позволили избежать характерных для послевоенных профсоюзов капиталистических стран массовых забастовок. Были иногда и забастовки, но «без потери рабочего времени». Ежегодные «весенние наступления трудящихся» страны превращались в переговоры администраций с руководством профсоюзов о размерах повышений зарплат с учетом необходимости развития производства.

Из других мер можно указать принятый в 1960 году закон о медицинском страховании. Оно год от года расширялось по охвату медицинских услуг, в том числе и бесплатных лекарств. Постепенно реформировалось школьное образование – до полного бесплатного в средней школе и расширения государственных мест в высшей.

8-12-2480.jpg
Авария на атомной станции «Фукусима»
побудила многие страны пересмотреть
отношение к ядерной энергетике.
Фото Reuters
Переход к умеренным темпам роста ВВП

Япония к концу 1960-х годов по ВВП стала третьим мировым экономическим центром. Но обеспечение высоких темпов экономического роста имеет и оборотную сторону – ухудшение среды обитания от загрязнений отходами производства. Законодательно проблема была решена. Очень быстро, за одну сессию парламента Японии было принято более 15 законов по защите экологии. Они устанавливали нормы природопользования, что требовало значительных капиталовложений. Стали меняться и цели экономических планов. В отходе от повышения ВВП к «поддержанию высоких темпов экономического роста», «устранению диспропорций, вызванных ростом», «обеспечению стабильного роста», «поддержанию оптимального роста». Но энергетика продолжала оставаться в тени экономики. Основой ее были ТЭС.

На рубеже 1960–1970-х годов экономика Японии уже вышла на глобальный уровень, и к внутренним факторам добавились более опасные внешние составляющие. Первым был крах Бреттон-Вудской системы, а за ним два так называемых нефтяных кризиса. Япония вынужденно перешла к решению проблем глобализации. Но при этом в экономических планах акцент перешел прежде всего на решение социальных проблем. Экономика позволяла.

В 1967 году был принят «План экономического и социального развития», в 1970 году «Новый план экономического и социального развития», в 1973 году «Базовый план экономического и социального развития» уже с основной задачей – «повышение общественного благосостояния, стабилизации товарных цен, содействие международному сотрудничеству».

Стабильность работы финансовой системы Японии обеспечивалась вхождением ее в Бреттон-Вудскую систему. После поражения в войне курс иены с 15 иен за доллар в августе 1946 года был искусственно занижен до 50 иен, затем до 270 иен и стабильно установлен в 360 иен за доллар с 25 апреля 1949 года. Это давало большие возможности развития экспортно ориентированной экономики Японии.

Но в послевоенные годы многие страны, среди них Германия, Япония и Франция, имели большой профицит в торговле с США. Первой получить его не в долларах, а в золоте потребовала Франция. Золотого запаса в США было недостаточно для покрытия дефицита. В результате в 1971 году президент США отказался от «золотого стандарта». Все успешные участники Бреттон-Вудской системы были вынуждены пойти на ревальвацию своих валют. В том числе и Япония – с 360 до 308 иен за доллар, но сохранила профицит в торговле с США.

С этого времени правительством Японии был принят стратегический курс «умеренного роста экономики». Два нефтяных кризиса побудили руководство страны принять в долгосрочной перспективе курс на развитие атомной энергетики. Задачей было поставлено довести долю АЭС в энергетическом балансе страны до 50% к 2050 году.

Но строительство АЭС весьма дорогостоящий и продолжительный процесс. Поэтому уже с первого нефтяного кризиса 1973 года в Японии была развернута кампания энергосбережения во всех сферах, от бытового сектора до промышленности. В металлургии началось свертывание энергоемкого доменного производства и закупка чугуна за рубежом. Шла модернизация сталелитейного сектора, замена мартеновских печей конверторами и электропечами. Во всех секторах шел переход на выпуск качественной продукции с высокой добавленной стоимостью. Главное – начался перенос энергоемкого производства за рубеж.

В целом по стране потребление нефти снижалось. В 1970 году на 1 доллар ВВП в Японии потреблялась 1 т нефти, в 1979 году – 0,26 т, а в 1989-м – 0,079 т. Для сравнения, в США они были 0,67 т, 0,34 т и 0,16 т соответственно.

В экономике опасна потеря цели

В Японии 1980-е годы прошли с умеренным ростом экономики, стабильно в социальной сфере. Проводившиеся в те годы опросы общественного мнения показывали, что более 90% граждан страны относили себя к среднему классу по пяти позициям: богатые, высшие средние, средние, низшие средние, бедные. При этом «высшие средние» имели полный набор бытовых показателей – квартира со всеми удобствами, автомашина, счет в банке. «Низшие средние» чего-то не имели, но не очень расстраивались от этого. Например, квартиру снимали.

Однако формировался финансовый кризис. Государство утрачивало контроль за развитием финансовых процессов в стране. В банках процентные ставки на выдаваемые кредиты постепенно снижались, как и требования к заемщикам и залогам. Финансовый пузырь раздувался. В финансовых активах компаний доля акций и облигаций с 1980 по 1989 год увеличилась почти в 2,5 раза, превысив 49,0%. Наиболее опасно, что спекуляции на фондовом рынке отвлекали руководство компаний от производственной деятельности.

1990-е годы японские экономисты и политики называют «потерянным десятилетием». Четких экономических программ правительство не выдвигало. Решить проблемы «потерянного десятилетия» съезд ЛДП доверил молодому политику Дзюнъитиро Коидзуми (премьер-министр в 2001–2006 годах).

Многое нужно было сделать для оживления экономики. В 2001 году Коидзуми сформировал Совет по экономической и фискальной политике, который подготовил руководящий документ «Основные направления реформы экономического и финансового управления». Ряд мер Коидзуми были спорными, но в конечном счете они восстановили былую роль государства в развитии экономики страны, и прежде всего перспективную плановость.

Здесь следует указать принятый в 2002 году закон «Об основах энергетической политики». По нему должны составляться Базовые энергетические планы (БЭП), обновляемые по мере необходимости. Первый БЭП был принят в 2003 году на основе доклада заранее специально сформированной группы специалистов. Главным посылом очередного БЭП-2007 было обоснование целей развития отрасли. Все указанные цели БЭП-2007 выполнялись. Были сообщения о формировании и работе группы специалистов по подготовке нового БЭП.

Фактически это было возрождение экономических планов 1950–1960-х годов, но если в тех преобладали как цели темпы роста ВВП, то уже в первых БЭП целями ставилось удовлетворение энергетических потребностей страны с учетом выполнения экологических глобальных проблем.

Годы слабого правительства

Реформатор Коидзуми передал пост председателя ЛДП Синдзо Абэ. Но последний, сославшись на здоровье, ушел в отставку. В руководстве ЛДП не было единства. Давались противоречивые оценки реформ Коидзуми, что тормозило их выполнение. ЛДП утрачивала свой электорат, особенно у представителей малого и среднего бизнеса. В результате на выборах в конце августа 2009 года в нижнюю ключевую палату парламента ЛДП проиграла Демократической партии Японии (ДПЯ), и 13 сентября ДПЯ избрала своего председателя Юкио Хатояма премьер-министром.

Перед выборами ДПЯ привлекла избирателей обещаниями в социальной сфере. Но во внешней и особенно внутренней политике сразу было много ошибочных и плохо обоснованных шагов, приводивших к смене лидеров партии. Многие из обещаний ДПЯ были схожи с заметными, проводимыми совсем недавно практическими мерами ЛДП. Сравнение было далеко не в пользу демократов.

С началом очередной сессии парламента в январе 2011 года политические обозреватели считали, что ЛДП был нужен только повод, чтобы объявить вотум недоверия правительству ДПЯ и провести новые выборы в нижнюю палату парламента. Таким поводом наиболее вероятно был бы срыв приема парламентом бюджета на очередной 2011 год, который в Японии начинается 1 апреля. Но природа внесла коррективы в это предсказание, она продлила нахождение ДПЯ во власти до декабря 2012 года.

11 марта 2011 года землетрясение в Тихом океане вызвало мощную волну цунами высотой до 20 метров на протяжении более 200 км берега, ударившего по северо-восточному побережью о. Хонсю. Пострадала вся инфраструктура побережья в полосе 20–30 км от уреза воды. В том числе и АЭС «Фукусима 1». Страшны трагические кадры последствий цунами.

Через 10 лет после трагедии, оценивая обстановку, обозреватели отмечают, что местные власти действовали достаточно эффективно, организовывали помощь пострадавшим, эвакуацию в места временного размещения граждан, формирование групп медицинской помощи и многое другое. Критикуется центральное правительство ДПЯ и руководство РЭК TEPCO.

Положительно расценивается решение руководства ЛДП как оппозиции отказаться от выдвижения вотума недоверия правительству ДПЯ. Отложить в сторону политическую борьбу и сосредоточиться на решении проблем, вызванных катастрофой.

В результате был принят бюджет на очередной, 2011 финансовый год. Затем в апреле приняты два дополнительных бюджета по «экстренным мерам по восстановлению инфраструктуры» и по «оказанию помощи пострадавшим и предприятиям жизнеобеспечения». Позднее был принят и третий, дополнительный бюджет.

Многое пришлось предпринимать в экстренном порядке, в том числе и в планах энергетики, например выводить из консервации работавшие на угле тепловые электростанции (ТЭС). Отказаться от доведения мощностей АЭС в энергетическом балансе страны до 50% к 2050 году. О базовых энергетических планах в СМИ вообще не вспоминали.

Вполне ожидаемо на первых же выборах в нижнюю ключевую палату парламента в декабре 2012 года ЛДП успешно победила, а председатель ЛДП Синдзо Абэ был избран премьер-министром.

Восстановление предсказуемости

Синдзо Абэ как премьер-министр сразу начал продолжать экономическую политику ЛДП, но уже с учетом опыта «Фукусимы 1». После катастрофы на «Фукусиме 1» внимание СМИ было сконцентрировано на ходе ликвидации ее последствий. Тем не менее на сайте Министерства внешней торговли и промышленности Японии было сообщение о принятии 4-го, 5-го и 6-го Стратегических энергетических планов (СЭП). Последний был утвержден кабинетом министров 26 ноября 2021 года. Эти документы приняты в соответствии с законом 2002 года «Об основах энергетической политики», то есть это прежние Базовые энергетические планы (БЭП). Но они расширены и переименованы в Стратегические энергетические планы.

В СЭП-6 2021 года фактически законодательно закреплена энергетическая политика ЛДП, которая была объявлена в октябре 2020 года премьер-министром Японии Ёсихидэ Суга с курсом на декарбонизацию всех сфер экономики страны и даже быта граждан в перспективе до 2030-х и 2050-х финансовых годов. Об этом закреплении указывается уже в преамбуле документа, где рассматриваются необходимые политические меры для выполнения.

СЭП-6 2021 года – довольно объемный документ. В нем дается оценка каждого источника энергии на основе современных технологий, основные точки зрения на энергетическую политику на период до 2030 года. Конкретно выделяются проблемы, связанные со структурой видов энергии, их спроса и предложений, неразрывно связанные с этим меры противодействия факторам, ведущим к изменениям климата. Отдельным разделом рассматриваются пути и меры достижения углеродной нейтральности к 2050 году.

Уверенность в поддержке выполнения положений СЭП-6 правительством дал текущий премьер-министр Японии Фумио Кисида, который 19 мая 2022 года присутствовал и выступил на совещании инициативной группы представителей бизнеса по выработке конкретных направлений развития «зеленой энергетики». В выступлении, как пишет газета Asahi Shimbun (20.05.22), он заявил, что правительство намерено довести общий объем инвестиций в нее государственного и частного сектора до 150 трлн иен в течение следующих 10 лет. Для этого уже рассматривается возможность выпуска государством целевых «зеленых облигаций».

Энергетика стала главным фактором в долгосрочном экономическом планировании Японии. При этом она неразрывно связывается с общемировой тенденцией учета важности борьбы с глобальным потеплением. 


Читайте также


«Завод автономных источников тока» упорно ведут к банкротству

«Завод автономных источников тока» упорно ведут к банкротству

Денис Писарев

Кому выгодны проблемы в работе основного производителя щелочных аккумуляторов и аккумуляторных батарей в России

0
693
Ответ России на «ценовой потолок» может оказаться ниже плинтуса

Ответ России на «ценовой потолок» может оказаться ниже плинтуса

Елена Крапчатова

Защитит ли РФ запрет на поставки нефти по санкционным правилам

0
1772
Потребительским настроениям предсказали откат

Потребительским настроениям предсказали откат

Анастасия Башкатова

В условиях двузначной инфляции покупатели начинают год экономно

0
1761
Парламентарии советуют правительству ускорить финансирование спецоперации

Парламентарии советуют правительству ускорить финансирование спецоперации

Ольга Соловьева

Валентина Матвиенко подключилась к требованиям отменить старый порядок госзакупок

0
2053

Другие новости