0
841
Газета События Печатная версия

16.03.2000 00:00:00

Боевики по-прежнему опасны

Тэги: Чечня, Грозный


Каждый день жители Грозного приходят к солдатским полевым кухням.

ТО, ЧТО еще недавно было чеченской столицей, сегодня можно назвать городом с большой долей условности. Если во время предыдущей военной кампании был разрушен лишь центр Грозного, то сегодня в руины превращен весь город, лишь на окраинах, в районах частной застройки, попадаются дома, которые можно восстановить. В целом город кажется почти пустым. Единственное, что оживляет унылый пейзаж, - то и дело попадающиеся хорошо укрепленные блокпосты ОМОНа, напоминающие по внешнему виду микрокрепости. Чтобы хоть как-то развеселить себя, милиционеры выставляют на постах вывески, оставшиеся от прошлой жизни города: "Обмен валюты" или даже "Прием оружия. Возможен бартер". Однако впечатление мертвого города все же обманчиво. Достаточно часто на развалинах домов попадаются надписи-предостережения для мародеров: "Здесь живут люди", "Мы вернулись домой". "На сегодняшний день в Грозном зарегистрированы 11,5 тысяч мирных жителей. Реальное же число людей, по нашим подсчетам, составляет около 17,5 тысяч. Люди живут в подвалах, и найти всех просто невозможно. Поэтому нами разбито несколько полевых кухонь, где кормят всех желающих", - говорит корреспонденту "НГ" сотрудник МЧС России в Грозном Василий Юрчук.

На улицах Грозного российские танки - обыденное явление.
Фото автора

Пункты раздачи пищи - непременный объект "экскурсии" по Чечне, организуемой для журналистов аппаратом помощника и.о. президента России Сергеем Ястржембским. Появление здесь корреспондентов вызывает у местных жителей лишь чувство равнодушия или же откровенного раздражения. "Что вы снимаете здесь? Сколько можно заниматься этой показухой! Фотографировали бы лучше трупы в подвалах домов", - кричат репортерам несколько разъяренных чеченок. Увы, проверить эту информацию нелегко. Журналистам разрешено работать в Чечне лишь в сопровождении военных, которые и решают, что следует смотреть представителям СМИ. Те же, кто нарушает это правило, лишаются аккредитации.

Не слишком рады репортерам и местные русские, которые составляют подавляющее большинство оставшихся в Грозном горожан. Разговорить людей нелегко, они, как правило, отмахиваются от корреспондентов: "Оставьте нас в покое, нам уже все опротивело". Однако если проявить настойчивость, то завязать беседу все же удается. "После того ада, который мы пережили, люди пребывают в какой-то апатии. Вроде бы нам повезло, мы не погибли, но как же жить дальше?! Наши квартиры разрушены, надеяться же на то, что нам дадут жилье в России, просто наивно. Более того, нам не дают даже вывезти из города свои вещи, разрешено брать с собой только то, что можно вынести на себе", - говорит мне бывшая учительница Светлана Белова.

Жизнь в "независимой" Чечне была у местных русских действительно нелегкой. Хотя славян и не выгоняли с работы и к ним, как правило, доброжелательно относились соседи и даже просто горожане, однако процент русских, у которых отобрали квартиру или даже забрали в рабство в горы, все же был значительно выше, чем среди чеченцев. "Мы страдали даже не из-за национальности. Просто в милицию обращаться было бессмысленно, они все равно ничего не могли сделать с бандитами. За каждого же чеченца всегда были готовы заступиться многочисленные и хорошо вооруженные родственники, а кто же будет защищать бедного русского", - говорит мне бывший электрик Василий Павлов. Стоит отметить, что эти случаи все же были не столь распространены, как это представляли российские СМИ. Так, из 15 русских, с которыми говорил корреспондент "НГ", ни один лично не пережил этой трагедии, хотя все они и подтверждали, что такое случалось. Вопрос "когда же все-таки было лучше - при Масхадове или сейчас?" ставит моего собеседника и вовсе в тупик: "Это все равно что выбирать: быть расстрелянным или повешенным!"

Оставаться в Чечне местные русские, как правило, не хотят. Причины две: во-первых, после всего, что они пережили, им хочется забыть все и побыстрее уехать отсюда. Во-вторых, местные славяне опасаются, что результат нынешней чеченской кампании может оказаться таким же, как и у предыдущей. Страхи эти небеспочвенны. Яркий пример тому - Грозный. Все проживающие здесь обязаны иметь пропуска военного коменданта города. Проверка документов осуществляется на блокпостах, которые выставлены через каждые 200-300 метров. Однако все эти меры приносят не слишком впечатляющие результаты. Так, обстрелы российских войск по-прежнему не редкость в "зачищенном" Грозном. Наиболее яркий пример - недавнее нападение боевиков на подмосковных омоновцев.

Примечательно, что, как уже неоднократно сообщали российские СМИ, в тот же день, когда было совершено нападение на подмосковных омоновцев, прорывавшиеся с гор боевики Хаттаба практически полностью уничтожили роту псковских десантников: из 90 человек в живых остались лишь шестеро. Как утверждал в беседах с журналистами и.о. командующего федеральной группировкой Геннадий Трошев, десантники вели бой в течение трех суток, однако за это время российские генералы так и не смогли послать подкрепление державшим оборону псковичам. Выходит, в реальности федералам в Чечне противостоит не "кучка бандитов и чабанов", а хорошо подготовленная профессиональная армия.

В частных беседах с корреспондентом "НГ" многие российские военные высказывали предположения, что, оставив Грозный, большая часть боевиков и не пыталась прорываться в горы, а попросту "растворились" в близлежащих селах под видом мирных жителей. Вряд ли будет преувеличением утверждать, что от исхода нынешних боев в Чечне зависит весь дальнейший ход чеченской кампании. В самой же республике мало кто сомневается: как только на деревьях появится листва, начнется активное партизанское движение. Если федералам сейчас не удастся уничтожить боевиков, то ситуация в Чечне станет приблизительно такой же, как в начале войны.

Правда, по сравнению с предыдущей военной кампанией у Кремля есть два серьезных преимущества.

Сегодня уже далеко не все местные жители готовы воевать с российским войсками до последней капли крови. И дело отнюдь не в том, что чеченцы изменили свое отношение к России. Новые, еще более жестокие бомбежки чеченских сел, уничтожение Грозного лишь укрепили ненависть коренного населения к федералам. Однако сегодня уже многие чеченцы не испытывают и былого пиетета к боевикам. "Когда в 1996 году русские войска ушли из Чечни, мы надеялись, что начнется нормальная мирная жизнь. Увы, один кошмар сменился другим: Чечня оказалась разбита на зоны влияния вооруженных банд, а столь любимый тогда нами Масхадов лишь бессильно наблюдал за разгулом анархии из своей резиденции. Сегодня нам одинаково ненавистны и федералы, без разбору убивающие мирное население, и наши боевики, только и ждавшие, когда начнется новая война", - приблизительно такое мнение приходилось слышать корреспонденту "НГ" от очень многих чеченцев. Но и эта категория "разочаровавшихся" вряд ли согласится сотрудничать с российскими властями, опасаясь мести сепаратистов. Так, например, главой администрации временной республиканской столицы Гудермеса назначена женщина (явление неслыханное для Чечни). Мужчины отказывались занимать эту должность. Новый глава администрации Гудермеса Малика Геземиева сидит в неотапливаемом кабинете под портретом Путина ("Это мой любимый мужчина", - поясняет она). Бывший директор гудермесской школы долго и красиво говорит о налаживании мирной жизни в вверенном ей городе. Увы, верится в это все-таки с трудом. Во время перемещения по городу журналистов охраняли десять омоновцев. И даже в местной больнице, окруженной со всех сторон российскими блокпостами, репортеров строго предупредили: "Ходить только в сопровождении охраны, здесь могут быть ваххабиты".

Российская армия, воюющая сегодня в Чечне, подготовлена гораздо лучше, чем во время предыдущей военной кампании. Военнослужащие одеты в добротную одежду, получают нормальное горячее питание. Если в 1994-1996 годах среди контрактников преобладали случайные люди, которых редко можно было увидеть трезвыми, то сегодня их сменили профессионалы. Однако нынешнее относительное благополучие российской армии в Чечне связано с огромными финансовыми затратами. Солдат, воюющий в Чечне, ежедневно получает 850 рублей. Если военные действия затянутся, то Кремль не сможет нести столь высокие финансовые расходы (в армии уже ходят упорные слухи, что "боевые" перестанут выплачивать сразу после выборов).

Грозный-Гудермес-Москва


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


«Паралакс» последнего рубежа, острое северокорейское блюдо и грезы Белого дома

«Паралакс» последнего рубежа, острое северокорейское блюдо и грезы Белого дома

На выставке-форуме «Армия-2022» впервые представят БМП-3, управлять которой можно взглядом

0
1432
Крым никуда из России не уплывал

Крым никуда из России не уплывал

Александр Широкорад

Никита Хрущев лишь сменил вывеску

0
1225
Новые амазонки большой политики

Новые амазонки большой политики

Аркадий Вырвало

Женская агрессия меняет миропорядок

0
1158
Этот поезд в огне, или «Енисей» в Донбассе

Этот поезд в огне, или «Енисей» в Донбассе

Максим Кустов

Броневые составы трех столетий на запасных путях не прятались

0
1435

Другие новости