Молчание пастырей

Прошедший в субботу 26 мая по государственному российскому телеканалу художественный фильм "Догма" остался абсолютно незамеченным широкими слоями православной, патриотической и патриархийной общественности. Ни пресс-конференций Патриарха, ни демонстраций протеста у Останкино, ни рыдающих женщин с иконами в руках, умоляющих не осквернять святыню, ни казаков с лампасами и нагайками, выкрикивающих нечто антисемитское. И православно-патриотические публицисты не разразились сериями гневных обличительных статей в адрес либерализма, неолиберализма, глобализма, глобализации и "продажных кощунствующих журналистов".

Хотя, наверное, всем памятны волны народного и православного гнева, выплеснувшиеся после показа по НТВ фильма Мартина Скорцезе "Последнее искушение Христа".

Некоторые бывшие активные журналисты, а ныне православные пастыри, даже выпустили в свое время книжку на тему зловредности либералов, навязавших православной России фильм по роману Казандзакиса, разоблачив и проанализировав в ней все СМИ (в том числе и "НГ") на предмет "либеральной заразы".

Ныне же по поводу кощунственного, постмодернистского, богохульного (и еще сотня таких же эпитетов) фильма "Догма", по сравнению с которым творение Скорцезе просто глубоко религиозный (хотя и еретический) фильм, - полная тишина.

Почему?

Прежде чем ответить на этот вопрос, напомним читателям краткое содержание "Догмы".

Одной даме в США является архангел (хохмящий и подшучивающий над собой, над Богом и над ней) и объявляет, что она является последней из рода Иисуса Христа ("Ведь после непорочного рождения Иисуса Мария имела еще кучу детей от Иосифа и других отцов", - утверждает он по ходу фильма). Ее задача - остановить двух падших ангелов, которые двигаются в Нью-Джерси. Они были приговорены в свое время Богом к ссылке в Висконсин за то, что один ангел (тот самый ангел гнева, который убивал младенцев в Египте и уничтожил Содом и Гоморру) послушался другого (а, стало быть, усомнился в праведности Божьего гнева) и где-то кого-то не истребил до конца.

Католический же епископ придумал в целях повышения популярности Римской церкви освятить входную арку храма в Нью-Джерси и объявить, что всякий, кто через нее пройдет, получит отпущение грехов и попадет в рай. Что и задумали сделать два ангела. Если у них это получится, то будет "нарушена воля Господня", и старый порядок в мире исчезнет. Воля Церкви - закон даже для ангелов.

По ходу развития сюжета героиня (и зрители вместе с ней) узнает много нового.

А именно:

Бог - женщина. Она появляется в конце фильма в виде этакой разбитной дамочки, выделывающей сальто-мортале на цветочной клумбе.

Апостолов было 13, и один из них черный. Белые, захватившие власть в Церкви в последующие века, переписали Евангелия, чтобы убрать упоминание об этом.

Бог любит периодически воплощаться в пенсионеров и играть в домино. Если данного пенсионера вывести из строя (лишить разума), но не убить, то Бог, заключенный в его теле, перестает контролировать ситуацию.

Пророки (разбитные полупанки) курят гашиш и признаются друг другу в своих гомосексуальных пристрастиях.

Впрочем, всего и не перечислишь. Даже у самого либерального православного человека волосы встают дыбом от концентрации богохульств, сконцентрированных в "Догме".

Но Патриархия и православная общественность как в рот воды набрали.

А все потому, что фильм прошел по государственному телеканалу, а не по независимому, каким во времена протестов против "кощунств" Скорцезе был телеканал НТВ. А с государством у православной общественности отношения простые, отработанные еще со сталинских времен: что бы оно ни делало, "общественность" всегда за него душой и телом.

Очевидно, что весь сюжет истерической кампании против показа по НТВ "Последнего искушения" теперь надо рассматривать не как искреннюю реакцию на "богохульство", а как циничную акцию политтехнологов, грубо использовавших Церковь и верующих в своих целях.

На настоящее же похуление имени Божьего нашим околопатриархийным ревнителям просто наплевать.

Если, конечно, оно исходит от властей предержащих.