0
1942
Газета Проза, периодика Печатная версия

11.05.2022 20:30:00

Никакого антисемитизма

Тюремный Мопассан, «пятая графа» и бунт в Херсоне времен СССР

Тэги: проза, история, ссср, тюрьма, евреи


проза, история, ссср, тюрьма, евреи Не о мести мечтаешь, а про волю думаешь… Огюст Ренуар. Пшеничное поле. 1879. Музей Тиссен-Борнемиса, Мадрид

…Все-таки зря семидесятые называли застоем. В этом романе как раз наоборот – все стремительно и неизбежно. Порой действие, не успев начаться, тут же заканчивается. Хотя все и давно уже предсказуемо. Например, представьте себе драку на площади возле пивной бочки, с которой начинается роман Михаила Кербеля «Срок для адвоката». Бьют молодого цыгана, в драке мелькает нож, всех словно ветром сдувает, и остается лишь труп. Попили пивка называется.

И что же дальше? Об этом не писали в газетах, но ведь было! «Неуправляемая, ревущая в несколько сот глоток орда, по пути разбивая ларьки и переворачивая одиноко стоявшие машины, заполнила площадь перед обкомом партии». А вы говорите, застойные времена. Роман Кербеля вообще о том, как от нас скрывали буквально все – от количества котлет на ужин генсеку до беспорядков на местах. По сути, рассказ о том, как Херсон пережил абсолютно новое для того времени явление – настоящий бунт горожан против цыган, фактически поддержанный властями. Главный герой, адвокат из золотой десятки по имени Марк Рубин, пробовал было разобраться, даже старых друзей из местной прокуратуры нашел, и что же получилось? Местная власть против воли Москвы не пошла, друг подсунул взятку через цыганку, золото профессии рассыпалось пеплом карьерного краха. И наш юный герой – книгочей и музыкант и примерный семьянин – загремел в кутузку. Зона номер один. Отряд номер шесть. Исправительно-трудовая колонна общего режима.

Далее, конечно, все напоминает «Записки из мертвого дома» и заодно Солженицына с его теорией большой и малой зоны, с которой приходилось жить. Роман вообще сконструирован так, что воспоминания героя перемешаны со сценами из реальной жизни, которая врывается в грезы героя то шумом драки у параши, то лязгом карцерного замка. Впрочем, прошлое тоже не сахар. Казалось бы, счастливое детство в коммуналке, двор без признаков антисемитизма, школьная эйфория и первые звоночки об отсутствии «дружбы народов» и о наличии партийной номенклатуры. А вы зачем к нам поступать приехали, у вас что, на Украине своих вузов нет? А в конце и вовсе тайный формуляр показали, в которой русским по черному написано: евреев и цыган в юридические вузы не принимать. В армии даже национальность предлагали сменить. А в обкоме партии так и сказали – не поступишь. Пятая графа, никакого антисемитизма. Ведь в арабо-израильской войне 1967 года СССР поддерживал арабов, вот и не было на юридическом факультете ни одного еврея.

16-13-11250.jpg
Михаил Кербель. Срок
для адвоката. – М.: АСТ,
2022. – 320 с. (Городская проза).
Зачем пошел, спросите? Во-первых, идеалист, коих тогда было немало. А во-вторых… «Насмотревшись на то, что творится в милиции, прокуратуре и судах, на то, как людей (зачастую невинных) система выдергивала из повседневной жизни и, как сухие поленья, швыряла в горнило тюрем и зон, Марк видел себя юристом только в одной ипостаси: защитника», – сообщает автор. Да и кто из нас, начитавшись книжек про Бима с белым ухом, не кипел яростью и не давился слезами, мечтая сдать в милицию всех негодяев и подлецов. Правда, там документы проверяли, а у нашего героя – «пятая графа» в паспорте, с которой не только в вуз не поступишь. И если в институте герою романа удавалось спасаться самодеятельностью, то в камере, куда он в результате попал – выиграв тем не менее немало трудных дел, – как говорится, по-другому. Хотя как посмотреть. В армии, например, если помните, были «салаги», «черпаки» и «деды», а здесь соответственно – «петухи» и «мужики» с «пацанами». То есть можно сориентироваться. И артистов любят, которые рассказами развлекают, – наш Марк даже целый эротический роман для братвы написал, став взаправдашним тюремным Мопассаном.

Но в душе заключенный Рубин, конечно, оставался графом Монте-Кристо и даже немножко капитаном Немо. Он мечтал не только о встрече с любимой женой – торжествующая справедливость тоже грезилась ему после восьмичасовой каторги. Или нет? Поначалу, когда вкалывал у станка, дрался за пайку и дружил с урками – не особо: лишь бы выжить. А дальше, когда завхозом зоны стал и начальники начали привечать, зная, что сел из-за подставы друга, мысли вошли в профессиональное русло. А после и вовсе в общечеловеческое, где уже не о мести мечтаешь, а про волю думаешь. И если уж речь о застойных временах, то вы должны помнить фильм по Чехову, в котором герой Бурляева, молодой юрист, заключил с банкиром пари, по которому пятнадцать лет просидит в заточении, а если высидит, то получит два миллиона. Невероятное происшествие завершилось, юрист нарочно вышел раньше, познав истину в книгах мудрецов и философов, хоть бизнес у банкира к тому времени и без того развалился. Словно страна, в которой живет герой романа «Срок для адвоката», но до этого момента в книге еще так далеко. Вполне можем успеть ознакомиться.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Историю меняют историки науки и техники, делая обоснованный прогноз

Историю меняют историки науки и техники, делая обоснованный прогноз

Андрей Ваганов

Разнообразие дает возможность управлять своим будущим и судьбой

0
1989
Почему не удалось построить вертикально взлетающий самолет-амфибию

Почему не удалось построить вертикально взлетающий самолет-амфибию

Валерий Агеев

Последний проект «Красного барона»

0
459
Об "отмене" постсоветской России

Об "отмене" постсоветской России

Реанимация пионерии – фактический возврат к государственной идеологии

0
2443
"Нас ведь там так не любят"

"Нас ведь там так не любят"

Ирина Осинцова

Тетя позвонила нам и сказала, что сельсовет запретил ей принимать русских

0
1323

Другие новости