Виктория Кручинина Около трех недель назад Роза Мальсагова и трое ее детей уехали из России. Причиной отъезда стали несколько заведенных на нее уголовных дел. Самым серьезным обвинением можно считать статью 282 УК (организация экстремистской деятельности).
Напомним: 6 июня Кунцевский районный суд Москвы удовлетворил иск прокурора Ингушетии о прекращении деятельности данного СМИ, признав сайт "Ингушетия.ру" экстремистским.
По словам адвоката сайта Калоя Ахильгова, в Европе главред будет подавать ходатайство на получение политического убежища. Защитник отметил: «По закону просить убежище надо в той стране, через какую человек попал в Европу. Очевидно, что Роза обратится либо в Германию, либо в Бельгию. Я, к сожалению, точно не знаю, куда она направилась в первую очередь». По мнению адвоката, это ходатайство Европой, скорее всего, будет удовлетворено: все материалы для возбуждения уголовных дел в России, по его словам, «высосаны из пальца». Если убежище Мальсаговой предоставлено не будет, она, как сказал ее защитник, все равно пробудет в Европе до тех пор, пока не истечет срок действия визы.
В Ингушетии редактор сайта не раз подвергалась преследованиям. Адвокат «Ингушетия.ру» сообщил «НГ», что однажды «ночью к Розе в квартиру ворвались двое неизвестных и несколько раз ударили ее по лицу». С тех пор правозащитница покинула Ингушетию и переехала в Москву.
В столице Мальсагова жила открыто, она сразу по приезде сообщила МВД Ингушетии адрес временной московской регистрации. Адвокат рассказал, что на днях был в квартире у опального редактора. В почтовом ящике ее дожидались повестки от Ингушской и Московской прокуратур с просьбой явиться на допрос.
Корреспондент «НГ» поинтересовался у адвоката: не боится ли Мальсагова, что по возвращении на родину (если она вернется) ей предъявят обвинение помимо всего прочего в том, что она скрывается? По его словам, ни о каком побеге речь не идет: «Она не давала подписку о невыезде и никаких постановлений об аресте или задержании не было». Адвокат уточнил: формально она – лишь свидетель. «Но в тот момент, когда ее переведут в ранг обвиняемых, ей уж точно вменят то, что она скрывалась».
