Екатерина Трифонова В Госдуму группой сенаторов внесен законопроект, предусматривающий обязанность следователей прекращать уголовное преследование в связи с деятельным раскаянием подозреваемого или обвиняемого. Речь идет о преступлениях небольшой и средней тяжести. Авторы документа считают, что таким образом снизится уровень коррупции в следственных органах. Однако эксперты «НГ» полагают, что тогда преступники смогут воспользоваться поблажками в законодательстве и станут чаще уходить от ответственности.
На прошлой неделе в Госдуму был внесен законопроект, обязывающий следователей остановить уголовное преследование в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой тяжести, если он пришел с повинной. Изменения могут быть внесены в ст. 28 Уголовно-процессуального кодекса (УПК). Сегодня следователи сами принимают решение о прекращении уголовного преследования. Что нередко ведет к коррупционной составляющей, уверены авторы проекта – сенаторы Андрей Клишас, Константин Добрынин и Вадим Тюльпанов. В пояснительной записке они подчеркивают, что следователи злоупотребляют своими полномочиями, также «в указанной норме содаржится коррупционная составляющая, позволяющая произвольно применять действующее законодательство, искусственно улучшать статистику направленных уголовных дел в суд». Эксперты «НГ» полагают, что инициатива сенаторов не сильно повлияет на коррупцию, зато сыграет на руку самим преступникам, поскольку следователь даже при желании уже не сможет возбудить дело против злоумышленника, признавшего вину.
Федеральный судья Хостинского районного суда города Сочи Дмитрий Новиков сказал «НГ», что сегодняшнее законодательство дает возможность прекратить уголовное преследование в случае деятельного раскаяния. При этом, подчеркивает собеседник «НГ», следователь должен установить все обстоятельства и детали преступления, вынести свое заключение: «Свое решение он еще должен отстоять перед начальником следственных органов, прокурором и судом, которые могут его обжаловать». Норма, предложенная сенаторами, по словам Новикова, избавляет следственные органы от необходимости расследования: «Теперь если преступник признает вину – значит, можно ее уже и не доказывать. Человек совершил преступление, покаялся в нем следователю – и свободен». Таким образом, подчеркивает собеседник «НГ», у хулиганов, наркодилеров, мошенников появляется хорошая лазейка, чтобы уйти от ответственности – просто признать свою вину. «За небольшими преступлениями скрываются более масштабные, – говорит судья. – И в этом случае если у следователя сегодня есть зацепка, чтобы привлечь к ответственности серьезного преступника хотя бы за мелкое нарушение, то теперь он может лишиться и ее».
Адвокат Теюб Шарифов добавил, что новая мера ущемляет также и права пострадавших. В сегодняшней практике, по его словам, следователи, принимая решения о прекращении уголовного преследования, не только опираются на факты, но и руководствуются позицией потерпевшей стороны: «Пострадавшие порой сами приносят заявление с просьбой закрыть дело, допустим, в связи с примирением двух сторон – и следователи часто идут на уступки. Инициативу сенаторов адвокат назвал однобокой: «Если они действительно хотят обязать следователей прощать преступников за чистосердечное признание, то пусть хотя бы пропишут, что для этого необходимо и согласие пострадавшей стороны».
Источник в Следственном комитете сообщил «НГ», что в 95% случаях явка с повинной не спасает от посадки: «Если очень богатый человек выпил и морду кому-то набил, полицейского ударил – его осуждают. И у него бизнес летит – на этом игра следователя может быть построена. Правда, непонятно, зачем нужен закон – уголовное дело следователь прекращает, но потом оно все равно отправляется в прокуратуру. Вот если бы там вторая часть была. Надо ввести такой же порядок и для прокурора. То есть чтобы он тоже не мог утверждать заключение, если там речь идет о деятельном раскаянии». Правда, заметил собеседник «НГ», этот закон касается не СК, а Следственного департамента МВД: именно там расследуются преступления средней и малой тяжести.
