Национализация элит, видимо, не состоялась

В России почти полтора года действует закон о запрете должностным лицам иметь счета и активы за границей и пользоваться «иностранными финансовыми инструментами». И вот теперь оказалось, что последнее понятие нигде не определено. Минфин считает, что это произошло из-за объективных трудностей.

Закон «О запрете отдельным категориям лиц открывать и иметь счета (вклады), хранить наличные денежные средства и ценности в иностранных банках, расположенных за пределами территории РФ, владеть и (или) пользоваться иностранными финансовыми инструментами» действует в нашей стране с мая прошлого года. Напомним, что он получил название «Закон о национализации элиты». По инициативе президента Владимира Путина парламент в ускоренном порядке принял решение о том, что чиновники, силовики, депутаты, сенаторы, судьи, губернаторы, руководители госкорпораций и прочие не могут иметь за рубежом ничего, кроме жилья.

Заграничную недвижимость отдельные горячие головы в Госдуме, впрочем, тоже предлагали запретить, но им с самого верху ответственно объяснили, что это в концепцию законодательного акта не входит. Дескать, его цель – оградить руководящий слой нашего государства от возможного давления со стороны иностранных держав, а дома и квартиры здесь ни при чем. Кроме того, финансовые активы вызывают насчет того или иного должностного лица подозрение, что он работает в интересах не своей страны, а чужой, а недвижимость ему, мол, могла достаться по наследству.

В общем, кроме денег и любых ценностей в «Закон о национализации элиты» были записаны и некие иностранные финансовые инструменты, в том числе находящиеся в доверительном управлении. Еще тогда – весной 2013 года – в ГД звучали вопросы, а что все это точно означает. И ответы давались такого рода: все подробности смотрите в законодательстве о ценных бумагах, в постановлениях правительства и решениях Центрального банка РФ.

И вот спустя почти полтора года после подписания Путиным закона вдруг выяснилось, что на самом деле там и читать нечего. На официальном интернет-портале, предназначенном для общественного обсуждения проектов нормативных актов, появилось предложение Минфина определиться с понятием «иностранный финансовый инструмент». Проблема оказалась в том, что российские законы обращают внимание на эти инструменты лишь в том случае, если они используются на нашем рынке. Кроме того, призналось ведомство Антона Силуанова, в практике и законодательстве других государств трактовки термина «финансовый инструмент» различны и с российской не совпадают.

Получается, что все время – а отказаться от «вредной» собственности должностные лица РФ обязаны были до осени 2013-го – принятый с таким шумом закон, по сути, не действовал. Причем в самой его главной части – ведь не секрет, что именно через различные ценные бумаги и происходит вкладывание нашими чиновниками доходов от своей «властной ренты» в экономику государств, которые публично они нередко кроют последними словами. Минфин, кстати, постарался сделать необходимое для «национализации элиты» уточнение как можно незаметнее. Так, официально поправки предлагаются именно в закон о рынке ценных бумаг – видимо, исходя из расчета на то, что никто, кроме узких специалистов, их и не прочтет.

И конечно, сам по себе замечателен предлагаемый этим ведомством подход. Иностранными финансовыми инструментами, скажем, будут считаться бумаги, которые разрешены к размещению или обращению в России. Трудно предположить, что большая часть чиновников покупала именно их или по крайней мере делала это здесь через биржевых брокеров. А не будут считаться иностранными инструментами даже те, которые пусть и выпущены в какой угодно стране, но базовым активом имеют ценные бумаги российских эмитентов.

И самым интересным в предложениях Минфина является ссылка на многочисленные расхождения российских и иноземных законов и в связи с этим необходимость дать дополнительные полномочия по «национализации элиты» Центробанку РФ. Именно структуре Эльвиры Набиуллиной и предстоит «более детально квалифицировать иностранные финансовые инструменты, в том числе с учетом международного подхода». ЦБ РФ получит полномочие решать, нарушил ли что-нибудь тот или иной чиновник. А кто будет контролировать руководство самого этого ведомства, которому, кстати, тоже запрещено иметь за границей какие-либо активы?