0
865
Газета Печатное дело Печатная версия

14.09.2021 15:41:00

Непостижимое житие далай-ламы

Чтобы понять Тензина Гьяцо, надо понять Тибет

Алексей Белов

Об авторе: Алексей Анатольевич Белов – религиовед.

Тэги: буддизм, тензин гьяцо, далайлама, история, традиции, индия, тибет, китай, мао цзедун


16-12-3480.jpg
Александр Норман.
Далай-лама – необыкновенная
жизнь. – М.: Фонд «Сохраним
Тибет», 2021.
Александр Норман помогал далай-ламе XIV в работе над книгами «Свобода в изгнании», «Этика для нового тысячелетия», «Больше, чем религия: этика для всего мира». А теперь сам написал книгу – своего рода итог 30-летней дружбы с духовным лидером буддистов.

Норман размышляет, с чего бы ему начать повествование: например, с первой субботы июля 1935 года по григорианскому календарю, когда и родился сам Тензин Гьяцо, нынешний далай-лама. «Но тогда мы оставим без внимания сам контекст этого рождения». Быть может, «правильнее начать рассказ с вечера 17 декабря 1933 года и связанных с ним обстоятельств, когда великий тринадцатый далай-лама, как принято говорить в буддийской традиции, «удалился в рай Тушита». Ведь «смерть предыдущего далай-ламы ведет к рождению следующего, даже если, как в нашем случае, между этими двумя событиями проходит больше девяти месяцев. Или даже с рождения первого далай-ламы, «поскольку считается, что каждое воплощение – так или иначе один поток сознания. Однако такой подход проблематичен, и не только потому, что нужен длительный экскурс в историю».

Не будет преувеличением назвать это сочинение мини-энциклопедией тибетского буддизма или даже ликбезом по истории Азии XX века. Но даже искушенный читатель может почерпнуть в книге много нового.

Например, узнает, что задолго до событий 1959 года, бегства Тензина Гьяцо от китайцев, Америка была готова помочь Тибету и лично далай-ламе, когда он посещал Индию по приглашению премьер-министра Джавахарлала Неру, но религиозный деятель решил вернуться на родину. Даже надеялся подружиться с главным китайским коммунистом и своим гонителем Мао Цзэдуном, написал молитву в его честь. Ведь «далай-лама полагал, что, если он хочет возглавить свой народ, ему надо сначала заслужить уважение в качестве ламы, а самое подходящее для этого место – Тибет».

Весной 1959 года китайцы не то чтобы дали зеленый свет потенциальному бунтовщику, но и препятствий особо не чинили – в казематы не запирали, взводом солдат не охраняли. «Председатель Мао распорядился: если далай-лама «со своими пособниками» попытается уехать, «удерживать его мы не будем... Пусть едут, куда бы они ни направлялись». Правда, в день, когда далай-лама отправился в путь, состоялось собрание Политбюро, несколько членов которого как раз вернулись из Уханя, где в то время находился Мао, и было принято другое решение, возможно, по указанию председателя КНР. Генерал Тань получил инструкции «сделать все возможное, чтобы предотвратить отъезд далай-ламы», но в дополнение было сказано, что если ему все же удастся скрыться, то «так тому и быть».

Авторская подача другой истории не может не вызвать недоумения у иного читателя. Речь об участии тибетских коммандос в индо-пакистанской войне 1971 года. Автор не скупится на эмоции и витиеватые рассуждения о тяжелейшей нравственной (а возможно, и религиозной) дилемме и последовавшей за ней травле далай-ламы. Ведь тому потребовалось ни много ни мало благословить тибетских воинов на смертоубийство! Норман «выгораживает» Тензина Гьяцо, и так страдающего от чувства вины, но вынужденного пойти на этот шаг ради тибетской диаспоры в изгнании: «Далай-лама снова оказался в двусмысленном положении: он восхищался энтузиазмом новобранцев, был благодарен индийцам (и, разумеется, американцам) за поддержку этого начинания, но не мог не видеть, что это противоречит принципу ненасилия Ганди, с которым он все больше себя отождествлял».

Экзотические практики почитания духовных лидеров в Тибете, включая поедание мощей и фекалий высоких лам и учителей, шокируют «непросветленных», но видятся вполне органичными в рамках тибетской реальности. «Эта практика называется «кьедюн друбпа», буквально «достижение семи рождений». На первый взгляд она шокирует, но важно помнить, что теофагия – причащение «телом» бога – лежит в основе христианских обрядов. Католики считают, что во время причастия они тоже, по сути, едят плоть и пьют кровь Иисуса, внешне облеченные в форму хлеба и вина. Волосы встают дыбом от одного случая, описанного в книге: некоторые из пришедших так жаждали духовной пищи, что буквально вцепились зубами в плоть недавно умершего высокого наставника», – пишет Норман.

Или обычай рангом помельче: российский бурят Гомбожап Цыбиков, посетив Лхасу, столицу Тибета, на рубеже XIX и XX столетий, писал о плате, взимаемой с паломников за размещение их изображений рядом с Джово. Эта легендарная статуя Будды, по преданию, привезена в Тибет в VII веке китайской принцессой, которая вышла замуж за тибетского царя Сонгцена Гампо. «Местные монахи продавали мышей, которые, объевшись ячменем, оставленным в качестве подношения, умерли возле статуи. Считалось, что их мясо особенно полезно для беременных женщин, которым предстоят нелегкие роды».

Не стесняется Норман и упоминания некоторых пикантных сторон монастырской жизни: «Традиционная тибетская культура не признает гомосексуализм ни как отличительную черту человека, ни как часть человеческой природы. Обсуждаются лишь гомосексуальные акты… В том, что старшие монахи брали себе в сексуальные партнеры более молодых монахов, не было совершенно ничего необычного».

Многих смущает сдержанная реакция далай-ламы XIV на самосожжения тибетских монахов в знак протеста против политики китайских властей. «Когда китайцы предлагают далай-ламе осудить самосожжения, он не делает этого напрямую, хотя и не поощряет подобную практику», – пишет Норман. И объясняет: дескать, самопожертвование – «признанный элемент буддийской традиции, упомянутый в писаниях, например в джатаках или «Лотосовой сутре».

Норман утверждает, что для правильного понимания поступков Тензина Гьяцо необходимо учитывать весь контекст тысячелетней культуры, который сформировал и сам институт далай-лам, и их мировоззрение. «Мне важно показать, что побудило далай-ламу действовать так, как он действовал, – ведь его мотивы определяются его пониманием тибетской традиции», – заключает автор.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.

Читайте также


Пополнится ли кладбище империй

Пополнится ли кладбище империй

Александр Храмчихин

Китай может заполнить вакуум в Афганистане

0
363
Разведчик кундузского полка

Разведчик кундузского полка

Сергей Васильев

История героя, живущего среди нас

0
433
Покушение любой ценой

Покушение любой ценой

Борис Хавкин

Генерал фон Тресков против Гитлера

0
477
Вашингтон втягивает Канберру в новую холодную войну

Вашингтон втягивает Канберру в новую холодную войну

Владимир Скосырев

Данила Моисеев

Антикитайский блок США, Британии и Австралии не обещает РФ ничего хорошего

0
1040

Другие новости

Загрузка...