Александр Кантор
'Фрейд', автор – аргентинский художник Сократес.
Почтовая открытка
Современная психотерапия – специальная отрасль медицины, отделенная от психиатрии и связанная по преимуществу с нелекарственными, гуманитарными методами исцеления, – все чаще воспринимается как важная часть культуры и мировоззрения. Что неудивительно для времени чрезвычайных стрессовых нагрузок, нарастающей скорости жизненных изменений и даже разрушений смыслов и ценностей. Человек становится в чем-то более свободен, но так же одинок и одновременно более зависим от калейдоскопического мира, его постоянно «размывает».
И хотя официальное признание в современной России психотерапии как отдельной специальности дело всего лишь 20-летней давности, Петербург и Москва в начале прошлого века были авторитетными центрами психотерапии – наряду с Веной Зигмунда Фрейда.
Ранее именно в Вене собирались мировые конгрессы по психотерапии, являясь в определенном смысле высшей лигой профессионалов едва ли не всех ее версий – от академических до народных и древних практик исцеления, вплоть до йоги. Осенью этого года местом встречи стал Буэнос-Айрес. Город, по словам президента Мирового совета психотерапии, профессора Альфреда Притца, бывший всегда плавильным котлом разных людей и культур, прибывших со всех частей света в поисках лучшей жизни. Общее число участников и гостей IV Мирового конгресса психотерапии приближалось к пяти тысячам.
Одним из программных на конгрессе стало выступление президента Общероссийской профессиональной психотерапевтической лиги, вице-президента Мирового совета психотерапии, профессора Виктора Макарова «Миссия психотерапии». По его мнению, мы приближаемся к эре «интропсихических» технологий, способных обеспечить дальнейшее выживание и совершенствование человека. На сегодняшний день таковую роль выполняет психотерапия, собирающая и развивающая различные ментальные практики и психологические технологии. Более того, современная психотерапия претендуют на новую форму светского, духовного мировоззрения, объявляя человека и семью главными ценностями мироздания. В этом смысле психотерапия есть демократическая, по сути, общественная, а не государственная область культуры.
На конгрессе был представлен широчайший спектр ментальных специалистов: в области теории, организации, образования, модальностей (методов), клинических подходов и форм патологий клиентов. Однако очевиден, согласно заявленной теме, культуральный крен мирового форума – вопросы, имеющие социо-клиническое звучание. Немало презентаций затрагивали психотерапевтическую проблематику труда (реабилитация инвалидов, психологический террор на работе; страхи, связанные с субординацией и коллегиальными отношениями), ранней беременности и суррогатного материнства, детоубийства, сексуальных перверсий (геи, лесбиянки, свингеры), психических нарушений у студенчества, уличных тинейджеров, спортсменов, иммигрантов, больных диабетом и онкологическими заболеваниями. Особое рассмотрение получили различные виды травматических расстройств (военные конфликты, террор и т.д.). Нашлось место и собственно гуманитарным аспектам психотерапии: обсуждались клинические интуиции классиков мировой литературы – Кафки, Маркеса и, конечно же, Борхеса – великого земляка гостеприимных буэносайресцев.
Заседания проходили в крупнейшем отеле континента «Панамерикано», сочетающем роскошь так называемого «колониального» стиля, современные удобства конференц-залов и training-rooms, а также в театре «Колисео», Университете экономических и социальных наук и отеле «Колон». Чего только стоят названия аудиторий: салон «Дон Хуан», зал «Амазонас», фойе «Санта Мария»┘ А музыкальные паузы: в коридорах появлялись арфист, кларнетист, пианистка, и публика начинала подпевать и танцевать под знакомые мелодии танго и старинных песен.
Выступления российских психотерапевтов были обращены, что неудивительно, к тяжелым расстройствам личности и групп. Ирина Чобану представила оригинальную версию кинезиологической психотерапии, сочетающей телесно и духовно ориентированные подходы в работе с травматическими пациентами. Она также явилась соавтором интереснейшего доклада с И.Валентик и Н.Епифановой, посвященного психотерапии с так называемыми аутоагрессивными (в том числе суицидальными) пациентами. Валерий Малкин и Людмила Рогалева касались не менее болезненной для нашего общества темы высокой психической тревожности и эмоциональной нестабильности молодого поколения россиян. Выступление Андрея Захаревича, посвященное бисенсорной терапии, связанной с коррекцией органов восприятия, подчеркивало практическое значение материально-энергетических (электромагнитных, химических, гравитационных и др.) факторов психики, влияющих на оценку реальности.
Автор данной статьи изложил собственную версию связи наркотической, алкогольной зависимости и экстремального поведения россиян с травматическими расстройствами. Специальное внимание мною было уделено проблематике так называемого чеченского синдрома (военных неврозов участников конфликта, терактофобий гражданского населения). Моим соавтором была Юлия Аутеншлюс – самая юная, 20-летняя, участница конгресса, студентка психологического факультета. В основу же доклада легли оригинальные отечественные методики Реабилитационного центра социальной медицины, которым руководит психиатр-нарколог Любовь Белкина. Свидетельствую: выступления российских психотерапевтов активно посещались участниками конгресса, о них говорили в кулуарах.
