Екатерина Трифонова
Огласив решение, суд должен его аргументировать письменно в установленный законом срок.
Фото со страницы Суздальского районного суда в «ВКонтакте»
Верховный суд (ВС) РФ подтвердил, что задержка с изготовлением мотивированного решения – это достаточное основание для дисциплинарной ответственности судьи. Даже в том случае, если длительное отсутствие данного документа не повлекло прямого ущерба и жалоб участников процесса. Эксперты «НГ» подтвердили, что это системная проблема российского правосудия – слишком большой временной разрыв между оглашением в суде резолютивной части решения и возможностью обжаловать его полный текст. И поэтому важно, что ВС дает сигнал на места: подобные ситуации больше нельзя списывать на перегруженность делами.
Поводом для обращения ВС к одной из самых застарелых острых проблем отечественной Фемиды стала жалоба судьи из Костромской области. Она задержалась с изготовлением мотивированного решения на два месяца после объявления в суде его резолютивной части. Региональная квалификационная коллегия судей объявила ей предупреждение, но она попыталась оспорить такое взыскание. При этом правовая позиция наказанной за волокиту судьи состояла в том, что якобы сам по себе пропуск формальных сроков не способен подорвать авторитета правосудия.
Однако ВС с этим не согласился и признал дисциплинарное наказание законным. Главный вывод определения ВС сводится к тому, что двухмесячная задержка – это уже не мелочь. Даже если никто не пожаловался на нее, и ни для кого не возникло прямого ущерба, такое нарушение само по себе своим фактом как раз и подрывает доверие к суду. Раз участники процесса не могут вовремя получить полное решение, то, значит, затрудняется и реализация их права на обжалование. Поэтому, по логике ВС, доказывать в этом деле наличие или отсутствие каких-то дополнительных последствий и не нужно. Высшая инстанция при этом настойчиво повторила: длительное нарушение срока подготовки мотивировочной части решения автоматически считается достаточным основанием для дисциплинарной ответственности судьи.
Как сказал «НГ» управляющий партнер AVG Legal Алексей Гавришев, речь в данном случае идет не просто о нарушении процессуального срока, а о более глубокой системной проблеме российского правосудия. Это существенный временной разрыв между объявленным судебным решением и моментом, когда стороны наконец получают его мотивированное обоснование. Формально может показаться, что задержка с изготовлением решения является чисто техническим вопросом. Однако в реальности именно с момента получения мотивированного текста начинается полноценная реализация права на обжалование. Позиция ВС, по словам адвоката, представляется полностью обоснованной. Если судья изготавливает мотивированное решение спустя два месяца после оглашения резолютивной части, то это уже нельзя считать незначительным дисциплинарным проступком. Такие задержки действительно напрямую затрагивают права участников процесса и на самом деле подрывают доверие к судебной системе. Так что ВС «фактически дал сигнал, что подобная практика не должна восприниматься как допустимая часть судебной рутины».
При этом, по мнению Гавришева, было бы ошибкой сводить проблему исключительно к личной вине конкретных судей. В большинстве регионов суды по-настоящему работают в условиях колоссальной нагрузки. Один судья может одновременно рассматривать сотни материалов, объем же документооборота постоянно нарастает. И поэтому значительная часть подобных нарушений обусловлена объективными причинами: кадровым дефицитом, перегруженностью аппаратов судов и недостаточной цифровизацией отдельных процессов. Но нельзя, конечно, отрицать и наличие субъективного фактора. Иногда затягивание подготовки мотивированного решения становится следствием организационной небрежности либо отсутствия должного контроля. А в отдельных случаях стороны процесса воспринимают такие задержки как способ выиграть время или снизить эффективность последующего обжалования.
«Как адвокат могу сказать, что проблема носит далеко не единичный характер. На практике защитники и представители регулярно сталкиваются с задержками изготовления судебных актов, протоколов судебных заседаний и материалов дел», – подчеркнул Гавришев. И заметил, что особенно чувствительно это для уголовных процессов, где любое промедление может повлиять на сроки обжалования мер пресечения, приговоров или иных процессуальных решений. Для граждан последствия таких действий могут быть весьма серьезными. Скажем, что пока мотивированное решение не изготовлено, человек зачастую действительно не может полноценно подготовить апелляционную жалобу, оценить перспективы спора и реализовать свое право на судебную защиту. А для адвокатов это означает потерю времени, необходимость подачи дополнительных ходатайств и постоянный контроль за движением дела.
Однако наиболее показательным Гавришев считает тот факт, что ВС в конкретном деле фактически поставил вопрос не столько о формальном соблюдении сроков, сколько об авторитете правосудия. Когда мотивированное решение появляется через несколько месяцев после его оглашения, у участников процесса неизбежно возникает вопрос о качестве судебной работы и уважении к их правам. Поэтому «данное решение можно рассматривать как попытку высшей судебной инстанции обозначить более жесткий стандарт процессуальной дисциплины для всей системы», – пояснил «НГ» адвокат.
Управляющий партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Алексей Добрынин, согласившись, что проблема с нарушением сроков изготовления мотивированного судебного решения реально существует, указал «НГ», что это не единственный пример волокиты в судопроизводстве. Злоупотребления процессуальными сроками встречаются также при составлении протокола судебного заседания в рамках уголовного судопроизводства. Вместо установленных законом трех суток на практике данный документ могут готовить до полугода и более. Причины таких нарушений, как объясняют сами судьи, все те же – высокая нагрузка, кадровый дефицит в аппаратах судов, большой поток дел.
Добрынин подтвердил, что особенно чувствительно нарушение процессуальных сроков в уголовных делах. Чем дольше суд готовит приговор, тем дольше осужденный остается в состоянии правовой неопределенности и без полноценного инструмента для дальнейшей защиты своих прав. «Неизготовление в установленный законом срок судебного решения или протокола судебного заседания фактически блокирует защите подачу мотивированной апелляционной жалобы», – настаивает адвокат. По его словам, позиция ВС, признавшего двухмесячную задержку уже значительным нарушением, которое подрывает авторитет судебной власти и ограничивает доступ к правосудию, действительно логична и последовательна. При этом сам Добрынин уверен, что дисциплинарная ответственность судьи не может быть единственным и самодостаточным инструментом для решения существующей проблемы. Учитывая, что процессуальные нарушения носят системный характер, необходимо как минимум рекомендовать пересмотреть судебную нагрузку, доукомплектовать кадровый состав, автоматизировать судебный документооборот. Если, конечно, проблемы действительно именно в этом. «А иначе меры дисциплинарной ответственности будут работать точечно и не устранят первопричину волокиты», – подчеркнул адвокат.
