Путин побил рекорды, Навальный ушел в тень, у бойкота Госдумы мало перспектив

Центризбирком утвердил окончательные итоги голосования 18 марта, победителем которого назван президент Владимир Путин. Он получил поддержку 56,4 млн россиян. Председатель ЦИКа Элла Памфилова, сказав, что «выборы прошли конкурентно, свободно и прозрачно», особое внимание обратила на впервые примененную систему свободного прикрепления граждан к избирательным участкам. Этим механизмом в результате воспользовались без малого 6 млн человек.

Памфилова также указала на беспрецедентную активность так называемых зарубежных избирателей, которых в этот раз оказалось более 470 тыс. человек. 85% из них отдали свой голос Путину. Многие заграничные участки находились под пристальным наблюдением западных СМИ и представителей оппозиции, заметила глава ЦИКа, а между тем результат на них оказался сопоставимым с общим результатом президента в 76,7%.

Сам глава государства после решения Центризбиркома выступил с телеобращением. Он поблагодарил и тех людей, которые поддержали его, и тех, кто отдал предпочтение другим претендентам. Путин призвал всех работать на благо России, кратко перечислив прорывные задачи, которые стоят перед страной. Это выступление президента уже получило такое определение – хештеги к Посланию.

Экс-кандидаты от оппозиции на минувшей неделе выступали с другими заявлениями. И хотя ни один из них победу Путина под сомнение не поставил, КПРФ, скажем, не признала итоги по ряду регионов, а «Яблоко» назвало выборы переназначением. Свои претензии были у ЛДПР и «Коммунистов России». А вот Ксения Собчак со своими 1,7% с ходу переключилась на партстроительство и борьбу с подмосковными свалками.

На прошлой неделе ожидался и «выстрел» от Алексея Навального, ранее объявившего о проведении «забастовки избирателей» – агитации за бойкот выборов и организации массового наблюдения. Бойкот провалился, а наблюдатели от штабов Навального каких-то «убойных» фактов представить не смогли. Не выдвинулись навальнисты и на улицы с протестами против таких «нечестных» выборов.

Похоже, Навальный теперь вообще намерен уклоняться от участия в тех событиях, которые предполагают наличие других активных сторон. Например, он пока так и не вмешался в протесты в Подмосковье. Почти никак не реагирует Навальный и на пресловутый «думский харассмент». Хотя на прошедшей неделе эта история из сексуального скандала стала превращаться в политический – пока в форме журналистского «бойкота» нижней палаты. Впрочем, перспектив у него явно нет – ведь государственные медиа в любом случае не оставят ГД без внимания.

Однако уже около десятка СМИ и интернет-ресурсов объявили о прекращении сотрудничества с Госдумой, руководство которой, дескать, не захотело наказать депутата Леонида Слуцкого. Журналистки ряда изданий, напомним, обвинили его в попытках назойливо или даже непристойно ухаживать за ними. Поводом для нового ужесточения антидумской риторики стало заседание комиссии ГД по вопросам этики. Оно в принципе было закрытым, но запись разговора тут же оказалась в Сети.

И из нее выяснилось, что заявители о «харассменте» оказались к разбирательству плохо подготовлены. Например, аудиофайл, доказывающий «приставания» Слуцкого, так и не был представлен, а его распечатку комиссия принимать на веру отказалась. При этом жалобщики заявили, что, оказывается, они требуют лишить Слуцкого мандата, а вовсе не вынесения ему назидания. Для журналистов, работающих в Госдуме или с ее депутатами, это было явно не слишком профессионально. Досрочное прекращение полномочий парламентария – это четко оговоренная юридическая процедура, предполагающая наличие объективных фактов.

Комиссия ГД и порекомендовала журналисткам обращаться в правоохранительные органы, которые, если доказательства будут, тогда, мол, и выйдут к Госдуме с представлением. Однако, похоже, дело теперь уже не столько в Слуцком или жалующихся на него дамах, сколько в некой политической кампании против всей нижней палаты. Об этом говорят и список СМИ, заявивших о бойкоте, и личные нападки на спикера Госдумы Вячеслава Володина. В ответ он уже заявил, что видит во всей этой истории «элементы травли», а в предложении ему своей волей отнять у Слуцкого мандат – «выход из правового поля», на что он, конечно, никогда не пойдет.