3
6508
Газета Идеи и люди Печатная версия

12.02.2016 00:01:00

Американская наука с русским акцентом

Как начиналась утечка мозгов из России в США

Татьяна Ульянкина

Об авторе: Татьяна Ивановна Ульянкина – доктор биологических наук, главный научный сотрудник сектора социологии науки Института истории естествознания и техники им. С.И. Вавилова РАН.

Тэги: наука, сша, владимир зворыкин, российская эмиграция, ссср


В составе послеоктябрьской волны в США эмигрировал и блестящий физик, основоположник телевидения Владимир Зворыкин.	Фото РИА Новости
В составе послеоктябрьской волны в США эмигрировал и блестящий физик, основоположник телевидения Владимир Зворыкин. Фото РИА Новости

Как объект изучения историков, демографов и других специалистов, российская эмиграция в США серьезно заявляет о себе только с конца XIX века. Именно в это время здесь формируется уже достаточно большая и разветвленная русская община со своей инфраструктурой эмигрантских общественных учреждений, редакциями газет и журналов, архивами и библиотеками.

Дооктябрьская волна

Так называемая дореволюционная эмиграция русских (дооктябрьская волна) была самой значительной по размерам: с 1819 по 1913 год в США переселилось около 3 млн подданных Российской империи, что составляло примерно 10% от общего числа некоренных жителей США. Только в 80-е годы ХIХ века из западных губерний Российской империи в Америку прибыло 2 102 596 душ, причем все эмигрировавшие были из западных районов России.

Количество русских (великороссов) в этой группе было небольшим и, по данным Службы иммиграции и натурализации США, составляло всего 4%. Тогда другие национальности были представлены таким соотношением: 43% – евреи, 27% – поляки, 9% – литовцы, 8% – финны, 5% – немцы.

В царской России процесс эмиграции не регулировался законодательно. Срок пребывания за границей ограничивался пятью годами, после чего надо было ходатайствовать о продлении срока, в противном случае человек считался потерявшим гражданство, а его имущество переходило в опекунское правление. В случае возвращения в Россию он подлежал ссылке. Исключением стали российские евреи, получившие по «Правилам» от 8 мая 1892 года право официально уезжать из страны без права возвращаться обратно.

После убийства народовольцами в 1881 году Александра II и усиления мер сыска США становятся излюбленным местом проживания русских политэмигрантов. В 1887 году правительства США и России даже были вынуждены подписать договор о взаимной выдаче политических государственных преступников. В 1893 году сенат США ратифицировал этот договор, что стало большим ударом для российских политэмигрантов, и часть из них была вынуждена покинуть Америку. Но большинство предпочло остаться в США. Некоторые из политэмигрантов стали известными людьми в науке, бизнесе, искусстве.

Так, бывший революционер И.А. Гурвич, завершив в США высшее образование, преподавал экономику и статистику в Нью-Йоркском и Чикагском университетах. Его диссертация на степень доктора философии «Экономическое положение русской деревни» (М., 1896) была переведена на русский язык и стала одним из первых серьезных исследований по аграрному вопросу в России. Сам Исаак (Айзек) Гурвич стал известным ученым-библиографом конгресса США.

Другой социал-демократ, Яков Гардман, стал профсоюзным деятелем Коммунистической рабочей партии Америки и литератором. Его перу принадлежат работы «Динамика американского труда в свете послевоенного развития» (1928), «Положение рабочих швейной промышленности в Филадельфии» (1940). В 1950-х годах он участвовал в исследовательском проекте Колумбийского университета «Тенденции в руководстве профсоюзов».

Еще один участник революционного движения 70-х годов ХIХ века в России, В.А. Столешников, стал юристом, а позже – архитектором и участвовал в создании знаменитого Карнеги-холла в Нью-Йорке. Революционер Петр Дементьев также отошел от политической активности, занялся бизнесом, построил во Флориде железную дорогу и заложил там город Санкт-Петербург, а в 1893 году стал видным деятелем Республиканской партии Калифорнии.

В составе ученых дореволюционной волны необходимо назвать несколько выдающихся имен наших соотечественников. Соломон Яковлевич Ваксман – микробиолог, член Национальной академии наук США (1942) и Американской академии искусств и наук (1948), основоположник американской школы микробиологов, лауреат Нобелевской премии 1952 года (за открытие антибиотиков); Шмуэль Винер – выдающийся библиофил и библиограф; Моисей Георгиевич Гомберг – химик-органик, профессор химии Мичиганского университета, с 1931 года – президент Американского химического общества, автор крупнейших открытий в области химии (свободных радикалов, трехвалентного водорода, антифриза и др.); Фишель Аронович Левин – крупнейший биохимик с мировым именем, один из авторов открытия групп крови; Дэвид Сарнов – ученый и предприниматель в области радиоэлектроники и телевидения; зоолог-арахнолог Александр Иванович Петрункевич; историк медицины Овсей Темкин; авиаконструктор В.П. Бутузов.

Впервые курс русского языка в США был введен в Гарвардском университете в 1896 году в результате длительных усилий «выдающегося русского еврея», историка литературы, родившегося в Гродно, а в молодости эмигрировавшего в США, Льва (Лео) Винера, сын которого, американский ученый Норберт Винер, признан основоположником кибернетики.

Первой просветительской и культурной организацией русских в США было общество «Наука» (Nauka Society), основанное в 1905 году. Только за первые 40 лет своего существования оно открыло шесть филиалов в Нью-Йорке. Общество занималось спонсированием научных лекций, концертов, общественных мероприятий.

Белая волна

Начавшаяся Первая мировая война на какое-то время приостановила поток иммигрантов из России. Но затем, после октября 1917 года, из России в США пошел новый поток так называемой послереволюционной (белой) волны иммиграции. Верхняя граница этой волны и начало следующей (послевоенной), как правило, датируется 1939–1941 годами. Хотя некоторые исследователи предлагают для этой волны другие временные рамки – 1917–1945 годы.

По разным оценкам, численность данной волны колеблется в пределах 2–3 млн человек: 80% выехало в Европу, большая часть остальных – на Дальний Восток и лишь 2% – в США. По данным официальной статистики, с 1917 по 1923 год в США въехало: в 1917 году – 3711, в 1918-м – 1513, в 1919-м – 1532, в 1920-м – 2378, в 1921-м – 2887, в 1922-м – 2481, в 1923 году – 4346 русских беженцев.

В отличие от предыдущей волны более 70% эмигрировавших составляло русское население, а главное – это другой качественный состав послеоктябрьской волны. Это было интеллектуальное ядро России: наряду с министрами, политическими деятелями, дворянами и генералами эмигрировали известные профессора, медики, видные военные и гражданские специалисты, инженеры, техники, выдающиеся музыканты и литераторы.

Послеоктябрьская волна российской эмиграции в США состояла из нескольких потоков беженцев. В состав первого входили члены дипломатических и торговых миссий за границей, которые, узнав об октябрьском перевороте, отказались признать советскую власть и остались жить в Соединенных Штатах. Еще в 1916 году Россия в связи с Первой мировой войной разместила в США свои военные заказы. Тогда в составе Русско-американской торговой палаты, Российского заготовительного комитета, а позже – Военно-промышленного комитета России в США и, наконец, в составе Чрезвычайной миссии Временного правительства во главе с Б.А. Бахметевым (июнь 1917 года) в Америку прибыло несколько сот военных и гражданских чиновников, среди которых были и ученые. Большинство их после октябрьского переворота осталось в США.

Более крупные группы эмигрантов послеоктябрьской волны стали прибывать за границу в результате эвакуаций – французской из Одессы и Крыма (март-апрель 1919 года), английской из Архангельска (февраль, 1920), новороссийской (март, 1920), крымской (ноябрь, 1920), владивостокской (октябрь, 1922) и отхода северо-западной армии в Эстонию, сибирских войск в Китай и разных групп и одиночек, легально или нелегально покидавших страну с помощью разных организаций, в том числе и международных.

По переписи населения, проведенной в 1920 году, в США было официально зарегистрировано 731 949 лиц, считавших своим родным языком русский, а себя – русскими (из них 392 049 родились за рубежом, а 339 900 – в США), причем оба или один из родителей был русским. Распределение русских по городам Америки было неоднородным; так, по данным Д.Х. Симпсона (1946), в 1939 году в Нью-Йорке проживало 6 тыс. послереволюционных русских беженцев, в Сан-Франциско – 4,2 тыс., в Лос-Анджелесе – 3 тыс., в Сиэтле – 2,5 тыс., в Бриджпорте и его округе – 1 тыс. Многие сотни русских поселились в Чикаго, Бостоне, Филадельфии и других городах.

Третий поток послеоктябрьской волны – это российские беженцы, первоначально попавшие в страны Западной, Центральной и Восточной Европы (Париж, Прагу, Берлин, Белград, Софию и др.), а затем (в предвоенные годы) переселившиеся в США, преимущественно в города Восточного побережья: Вашингтон, Нью-Йорк и Бостон. В 1930-е годы с этим потоком в США переехали экономист В.В. Леонтьев, кораблестроитель В.И. Юркевич, астроном С.И. Гапошкин, физико-химик Г.Б. Кистяковский, социолог Н.С. Тимашев и др. Этот поток особенно усилился после оккупации Европы нацистами.

Организованное студенчество

Соединенные Штаты привлекали к себе повышенное внимание и русской студенческой молодежи, находившейся в изгнании (в Турции, на Балканах, Китае и др.), поскольку Америка к началу ХХ века имела огромную и разветвленную сеть университетов и колледжей. Вот что писало правление Общества русских эмигрантских студенческих организаций (ОРЭСО) в своем «Информационном бюллетене» в 1923 году: «Ознакомление с условиями жизни в Америке для студентов сейчас приобретает большой интерес, так как Америка привлекает все большее внимание эмиграции... Исторические пути Америки отличны от европейских... Науке здесь была предоставлена самая широкая свобода, и не только каждый штат, но и каждый университет сам избрал для себя наилучший способ осуществления своих целей. В 1636 году Гарвард создал в Массачусетсе первый университет, имя которого стало хорошо известно науке. Путем сбора пожертвований, на средства меценатов и правительства штатов стали создаваться одно за другим высшие учебные заведения. Самостоятельно родившись, каждое продолжает сохранять свою независимость, и центральные органы почти не вмешиваются в дело управления ими. Удивительный факт: образованнейшая страна не нуждается в министерстве народного просвещения».

В 1913 году Бюро по образованию США (создано в 1867 году) зарегистрировало в стране тысячу учебных заведений, из которых 596 были признаны высшими учебными заведениями. В их числе: содержащихся на средства штатов – 74, на средства Церквей – 416, остальные заведения содержались на частные средства. При этом более 50% бюджета высших учебных заведений составляли частные средства и пожертвования, в значительной степени собираемые самими студентами.

В справке об Америке правление ОРЭСО сообщало: «Что касается русских, то условия американской жизни им более благоприятствуют, чем в большинстве других стран. Здесь никого не удивляет, что студент во время каникул превращается в рабочего и зарабатывает средства на продолжение образования... В Калифорнии работают на лесопилках, в Вествуде и Сузан-Вилле, многие на огромных электрических установках в Биг-Крике, в  Беркли на кожевенных и железнодорожных заводах, наконец, многие работают на фермах, где летом, особенно во время сбора фруктов, имеется гораздо больший спрос на рабочие руки. В Окланде и Аламеде много русских студентов работают на кораблестроительных заводах и железных дорогах. Заработок колеблется около 4 долл., но в больших городах, как Сан-Франциско, жизнь дорога, и студенты жалуются на невозможность скопить деньги».

Большой вклад в дело помощи российским студентам в эмиграции внес Михаил Михайлович Федоров – руководитель Комитета по обеспечению высшим образованием русской молодежи за границей (Федоровский комитет, Франция, сентябрь 1922 года). Комитет действовал семь лет и имел отделения во многих странах.

Поначалу к переезду русских студентов в Новый Свет большинство российских беженских организаций относились отрицательно. Слишком дорогим и рискованным казался и сам переезд в США – удаленность Америки и отсутствие у большинства русских студентов необходимых средств на обучение могли поставить их в затруднительную ситуацию.

Тем не менее летом 1923 года Федоровский комитет через А.С. Ломшакова, совершавшего деловую поездку в США, обратился к правительству США и крупнейшим благотворительным организациям этой страны в сфере высшего образования с петицией о помощи русскому студенчеству. В ответ Бостонская группа (полное ее название – Американский комитет по образованию русской молодежи в изгнании – American Committee for the Education of Russian Yourth in Exile), организованная американским археологом, профессором Томасом Уиттемором, пожертвовала 1500 тыс. франков на стипендии русским студентам. На помощь пришли и некоторые известные филантропические фонды Америки.

Чрезвычайные меры вскоре сменились регулярной финансовой поддержкой российских профессоров и студентов в эмиграции через Русский студенческий фонд (Russian Student Fund) и Всемирную федерацию христианских студентов (ИМКА) (YMCA – Young Men's Christian Association). Помощь студентам в Советской России шла через Фонд студенческой взаимопомощи (Student Friendship Fund). Помимо прямого финансирования этой организации шла выплата стипендий молодым ученым, в том числе эмигрантам.

Для оказания помощи российским студентам в штате Калифорния был создан Русский национальный студенческий союз Калифорнийского университета (Russian National Student's Association. University of California), правление которого размещалось в Беркли, а в местах наибольшей концентрации студентов – Вествуде и Лос-Анджелесе были открыты его отделы.

Вот что писал Норберт Винер об устройстве русских студентов в Америке: «Всех приехавших усиленно учат английскому языку и нашли им физический труд, чтобы они себя сами прокармливали. Вообще вся система помощи тут иная, чем в Праге, так как студент если и получает поддержку, то только частично, дабы все же он мог заниматься, к тому же эта поддержка является займом, который в будущем ему придется отдать... Тут безработицы нет и при настойчивости и выносливости всегда можно найти работу. Но американцы и выжимают из вас все... Нужно отметить полную неосведомленность о русских студентах в американском обществе, которых подозревают или в наркомании, или в большевизме. Группы студентов и беженцев из Китая прибывают с каждым пароходом. Их размещают временно по 10 человек в каждой комнате в доме Общества (имеется в виду ОРЭСО. – Т.У.). Многим выдают ссуды».

Путь в невозвращенцы

В составе послеоктябрьской волны в США эмигрировала блестящая плеяда ученых бывшей Российской империи. Среди них: физик, основоположник телевидения В.К. Зворыкин, химик И.И. Остромысленский, историки и археологи А.А. Васильев, М.И. Ростовцев и Г.В. Вернадский, механик-теоретик С.П. Тимошенко и его коллега Л.М. Тихвинский, социолог П.А. Сорокин, астрономы Н.Ф. Бобровников, А.Н. Высотский, О. Струве, генетик Ф.Г. Добржанский, гистолог А.А. Максимов, физиолог В.Н. Болдырев, ихтиолог и экономист Н.А. Бородин, математики Я.Д. Тамаркин, Я.В. Успенский, Я.О. Шохат, кораблестроители Н.Н. Сечкин и В.А. Юркевич... Их вклад в культуру, искусство и науку Америки не имеет себе равных в истории русского зарубежья.

Из России в США переехало большое число представителей российской авиационной науки и техники: И.И. Сикорский, Б.В. Сергиевский, Г.А. Ботезат, М.Е. и С.Е. Глухаревы, Я.Д. Акерман, Н.Н. Александер, И.А. Сикорский, А.М. Никольский, В.В. Утгоф, А.Н. Прокофьев-Северский, М.Л. Григорашвили, А.М. Картвели, Б.В. Корвин-Круковский, М. Струков, К.Л. Захарченко, И.И. Ислямов, М. Грегор, Н. Гладкевич, В.Р. Качинский, Р.В. Рыльский, И.И. Диль, В. Иванов, В. Кудрявцев, Л. Лапин, Б. Лабенский, Н. Соловьев и др.

По данным проф. М.М. Новикова (1935), в начале 1930-х годов в университетах и научных учреждениях США уже работало более 200 российских ученых.

В 1930-е годы в связи с запретом Москвы на свободный выезд своих граждан приток в Америку иммигрантов непосредственно из России практически прекратился. Исключение – отдельные лица, выезжавшие в научные командировки и не вернувшиеся в СССР – так называемые невозвращенцы.

В июне 1930 года химик, академик В.Н. Ипатьев был командирован в Берлин для участия в Международном энергетическом конгрессе; в июне–августе он побывал во Франции и Англии, а в сентябре выехал в Нью-Йорк, затем в Чикаго, где вскоре стал преподавать в Чикагском университете и приступил к работе в фирме Universal Oil Products Co.

В 1933 году физик, член-корреспондент Российской академии наук Г.А. Гамов был делегирован Наркомпросом на Сольвеевский конгресс. Из этой поездки в Россию он уже не вернулся. Поработав короткое время в крупных центрах Европы (Париже, Кембридже и Копенгагене), в 1934 году Г.А. Гамов переехал в Соединенные Штаты, где получил должность профессора в университете Дж. Вашингтона.

Клеймо невозвращенца в советской России получил и генетик Ф.Г. Добржанский, приехавший в США в 1927 году в научную командировку по стипендии Рокфеллеровского фонда с целью стажировки во всемирно известной лаборатории Т.Г. Моргана. В связи с резко негативными политическими событиями в советской России он решил навсегда остаться в США.

В 1933 году советское правительство добилось от США признания СССР и предоставило бывшим российским гражданам, выехавшим из страны в США до 1917 года, право ходатайствовать о признании за ними гражданства СССР. Но уже в 1937 году выдача разрешений на въезд в СССР этой категории лиц была прекращена.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(3)


Владимир Степанов 11:33 12.02.2016

Поучительная история, но странно, что автор не поднимает проблему "исхода" ученых и специалистов в наше время. Ливановы с фурсенками и ковальчуками лишают Россию ее мозгов, уничтожили науку, ФАНО довершает это черное дело. В старые времена за такое вредительство " в лагерную пыль", а нынче все прекрасно. Высокую цену платит Россия за такой "гуманизм".

George Onsamii Владимир Степанов 21:18 12.02.2016

Владимир, вы же прекрасно знаете и понимаете, что Ливанов-Фурсенко-Ковальчук ни при чём...

Владимир Степанов George Onsamii 19:37 13.02.2016

Нет, я этого не знаю и не понимаю, и более того уверен, что накажи как следует этих, то и другим не повадно будет. Еще более уверен, что разрушение российской науки не останется безнаказанным и что все кто приложил к этому руку не уйдут от возмездия. Также уверен, что Россия возродится, преодолев любые козни.


Читайте также


Что изменилось за три года во внешней политике России

Что изменилось за три года во внешней политике России

Существующие военно-политические союзы не способны противодействовать всему спектру современных угроз

0
632
Все американские разведки помогают Пентагону

Все американские разведки помогают Пентагону

Владимир Иванов

В профильном комитете палаты представителей оценили работу спецслужб

0
424
Что дальше после "хуже некуда"

Что дальше после "хуже некуда"

Леонид Медведко

Гибриды на "шахматной доске" геополитики

0
1935
Трехлинейка на двоих и танки без снарядов

Трехлинейка на двоих и танки без снарядов

Геннадий Лукьянов

Мобилизационная подготовка как фундамент боевой готовности

0
3092

Другие новости

24smi.org