Василий Иванович, показать тебе Келдыша?

Один из дружины легендарных преподавателей Литературного института, увы, ныне покойный историк литературы Евгений Николаевич Лебедев придерживался той точки зрения, что советская цивилизация держится на трех китах–столпах–камнях, да-да, и на трех источниках: лозунге (социальное учение), анонимке (философия) и взятке (политическая экономия). Спорить с этим проникновенным суждением не приходилось, ибо в нем предельно сжато и вседоступно был дан конкретно-исторический комментарий к основополагающему в известном смысле сочинению Ленина. Можно разве что только прибавить-обобщить: сама она, эта взрастившая всех нас цивилизация на трех источниках и с тремя составными частями наиболее полно и точно запечатлена в анекдотах соответствующего времени и места.

Извольте, сразу подтверждения. Анекдот о лозунге (один из многих).

«Лозунг шахтеров: «Место каждого коммуниста – под землей!»

Анекдот об анонимке… Впрочем, примеры этого явления неисчислимы, а после телефильма «Большая перемена» со знаменитым признанием Пети Тимохина (в исполнении Савелия Крамарова – не путать с примелькавшимся его фейком на нынешних полит-сток-шоу): «Это я анонимку написал о том, что ты – тунеядка!» – добавлять в целом нечего, но все же...

«– Как правильно писать: «анонимка» или «онанимка»?

– Данос».

И маленький анекдот про взятку.

«Сын приносит отцу-гаишнику дневник. Тот открывает, видит там купюру и облегченно вздыхает:

– Ну, хоть дома все в порядке!»

Миша Мельниченко. Советский анекдот (Указатель сюжетов). – М.: Новое литературное обозрение, 2014. – 1104 с.

Теперь мы наконец обрели фундаментальное собрание этого богатства в рамках нашего самосознания. Да, рубрики для кой-каких анекдотов были у нас и в советское подцензурное время (например, в «Крокодиле»), они доныне гнездятся в разных медиа, появляются и брошюрки с анекдотами (впрочем, такое издается по всему свободному миру). И хотя всем понятно, что читать анекдоты подряд – все равно что выпить одним духом бутылку рижского бальзама, спросом такие подборки пользуются.

Другое дело – исследование феномена анекдота, тем более политического, на основе академически подготовленного свода его сюжетов (по сути, самих анекдотов). В книгу молодого историка Михаила Анатольевича Мельниченко (р. 1983), вероятно, потому переформатировавшего себя в Мишу, включены и научно обработаны более 5500 сюжетов, извлеченных из дневников современников, доносов и сводок о настроениях населения, немецких и советских агитационных материалов… Захватывающее чтение. И очень поучительное. Тем более что наряду с историей нашей непредсказуемой политики там есть и про квартирный вопрос, армию, конечно, про Чапаева, искусство и про отношения полов. Словом, вся наша жизнь.

Впрочем, прочитав в книге и такой анекдот: «– Что такое слухи? – То, что передано по Би-би-си, опровергнуто «Правдой» и потом подтвердилось», – надо заметить: ведь наряду с анекдотами слухи также занимали важнейшее место в общественной жизни СССР, успешно соперничая с тогдашними массмедиа. О них написал прозорливую песню Владимир Высоцкий, их еще в 1970-е годы собирал под видом фольклорной практики кинодраматург-андерграундник Владимир Карев…

Так что и здесь хотелось бы обрести соответствующее собрание, а что касается анекдотов, то и теперь, в эпоху развивающегося посткоммунизма, этот жанр еще рановато относить к ретро.

Анекдот времен Продовольственной программы СССР – начало 1980-х: «Вышло очередное издание «Книги о вкусной и здоровой пище» с новыми рецептами: «Отвари потихоньку калитку…»

Как-то русский анекдот откликнется на нынешние санкции и наши контры против таковых?!