12.09.2013 00:01:00
Привет Навальному от Валенсы
Дарья Борисова Премьера картины состоялась на 70-м Венецианском кинофестивале, который закончился несколько дней назад. Шли мы на показ, ведомые почтением к 87-летнему классику. А фильм оказался ничуть не тронутым усталостью, наоборот, полным энергии, азарта и куража. С героем ленты – легендарным политиком Лехом Валенсой Вайду связывают дружеские отношения (экс-президент Польши даже прилетел в Венецию на премьеру), но от этого экранный Валенса ничуть не покрылся бронзой. Напротив, моментами ирония режиссера по отношению к герою носит характер весьма саркастический. Никакой идеализации. Фильм Вайды – про человека из толпы, который совершенно не помышлял о политике, но был вытолкнут на трибуну стихийной силой момента. В его действиях и речах нет лоска и гладкости, он делает ляпы, ошибается. На ходу учится искусству политического торга, обкатывает формулировки. Но назад ему дороги нет. Мужик закусил удила: готов сесть в тюрьму на годы, только не сотрудничать с режимом. Как пишут в титрах, все совпадения случайны, но российскими глазами «Валенса» смотрится сегодня по-особому… Электрик Гданьского судоремонтного завода Валенса, конечно, не чета столичному юристу Навальному. Простоват, неучен. Ездит не на машине, а в трамвае. Но траектория судьбы навевает сравнения. Правда, Валенса для противостояния режиму создал независимый профсоюз «Солидарность», а Навальный – обличительный проект «РосПил».
К режиму и у Вайды свои счеты, он их сводит методично. «Катынь» была реквиемом по поколению отца, «Валенса» – хроника лично пережитых событий. Мало кто из действующих ныне режиссеров так достоверно и беспощадно воссоздаст застой, как это сделал Вайда. Даже в смысле фактур «Валенса» – более чем достойный образец исторического кино, но еще важнее то, как передана уникальная атмосфера социалистического заповедника. Ущемленное национальное достоинство, раздражение и – до поры – страх. Еще Польска не сгинела, но советские танки уже прошлись по Венгрии, Чехословакии – и на Польшу наедут, если что. На Гданьском судоремонтном заводе проводятся партсобрания, растянуты кумачовые транспаранты, а на почетном месте в актовом зале красуется гипсовый Ленин. Работяги орудуют сваркой без масок, дома жены пытаются сотворить обед из ничего. В магазинах – шаром покати. Электрику Валенсе знакомая продавщица выкатывает с заднего крыльца дефицитную коляску – в рабочей семье ждут первенца. Потом эта коляска пригодится следующим детям (к концу фильма их уже шесть!), в ней же папаша будет развозить листовки, пока его не прихватят за этим занятием милиционеры. Он встрял в протестную деятельность как-то случайно, заступился за товарища и крикнул в сердцах, что официальный профсоюз занимается только распределением путевок, а не охраной прав трудящихся. Так родилась «Солидарность» и началась новая жизнь Валенсы.
Актер Роберт Венцкевич не имеет портретного сходства с колоритным паном Валенсой. Просто он такой же крупный, внушительный. Знаменитые усы «сидят» на актере хорошо, и хитреца в глазах поблескивает, как у прототипа. Получился настоящий, большой Характер, какие редко сегодня увидишь на экране. Венцкевич воплотил всю гамму черт этой противоречивой натуры – прежде всего, конечно, благодаря тому, что эта гамма давно и хорошо известна Вайде. Экранный Валенса – мужик, хитрован, эгоистичный петух, но он же и обладатель отваги, чутья. В нем сильна простецкая нетерпимость к «больно умным» – интеллектуалов он считает бездельниками и рохлями. Но! «Так и быть, пригласите интеллектуалов. Без них нельзя…» – эта реплика оппозиционера Валенсы вызвала дружный хохот в многонациональном фестивальном зале. Вайда не ретуширует своего героя. Но констатирует: человеческая харизма – решающий фактор истории. А Лех Валенса (который практически до самого своего президентства книжек вообще не читал) – одна сплошная харизма. Недаром фильм заканчивается хроникальными кадрами: новоиспеченный президент независимой Польши Валенса произносит с трибуны Конгресса США речь о свободе. И конгрессмены самой свободной страны аплодируют ему стоя. Кстати, на лацкане у Валенсы с первого до последнего кадра красуется нашивка с ликом Богоматери (с ней же он явился неделю назад на премьеру фильма о себе самом). Он подчеркивает свою принадлежность Католической церкви – будучи электриком, диссидентом и президентом.
Комментарии для элемента не найдены.
Читайте также
Во Франции закатывается политическая звезда Марин Ле Пен
Судебный вердикт практически лишил лидера ультраправых возможности баллотироваться в президенты
