Николай Плотников КАК И СЛЕДОВАЛО ожидать, после введения Советом Безопасности ООН дополнительных санкций против афганского движения "Талибан" обострилась обстановка не только в самом Афганистане, но и на таджикско-афганской границе. Речь идет в первую очередь о беженцах, скопившихся в островной зоне реки Пяндж. Там уже в течение нескольких месяцев находится около десяти тысяч человек. В основном это жители провинций Кундуз и Тахор, вынужденные покинуть родные места после начала осеннего наступления талибов.
Управление верховного комиссара ООН по делам беженцев неоднократно обращалось к руководству Таджикистана с просьбой принять несколько тысяч беженцев. С аналогичными просьбами к официальному Душанбе обратился и ряд других международных организаций, считающих, что Таджикистан должен "соблюдать свои международные правовые обязательства".
Руководство Таджикистана после длительного молчания наконец-то устами начальника департамента информации МИД страны г-на Саттарова объяснило, почему оно в этот раз пока воздерживается от пропуска на свою территорию афганских беженцев. В Душанбе опасаются, что это обострит и без того сложное экономическое положение в республике, приведет к ухудшению санитарно-эпидемиологической ситуации, активизации контрабанды наркотических веществ, оживлению экстремистских радикальных религиозных и террористических бандформирований на территории страны.
Для таких опасений есть все основания. По данным таджикских спецслужб, в островной зоне наряду с женщинами, детьми и стариками находятся и несколько сотен вооруженных людей. Маловероятно, что они согласятся сдать оружие. В понятии афганцев это означает капитуляцию. Гарантий того, что эти люди в любой момент могут поддержать кого-то из непримиримых полевых командиров таджикской оппозиции, нет ни у кого.
Несмотря на вроде бы внешне стабилизировавшуюся внутриполитическую обстановку в Таджикистане, страна по-прежнему расколота по политическим пристрастиям, кланам и группировкам. Достаточно активно действуют экстремисты из партии "Хезб-ут-тахрир". Не расстались с планами реванша отдельные непримиримые полевые командиры таджикской оппозиции. Поэтому достаточно будет одной из сторон разыграть карту с беженцами, чтобы разрушить хрупкое равновесие. Осуждать руководство Таджикистана за то, что оно делает все возможное, чтобы не ввергнуть страну в очередную гражданскую войну, нельзя.
Проблема с беженцами действительно есть, и решать ее, безусловно, надо. Безвыходных положений не бывает. Но решать без выкручивания рук и ультиматумов. Правительство Таджикистана предоставило возможность доступа в районы размещения афганских беженцев всем международным гуманитарным организациям и отдельным государствам, пожелавшим оказать беженцам необходимую помощь. Но пока реальную гуманитарную помощь оказал только Иран.
Видимо, есть смысл представителям соответствующих структур ООН выйти непосредственно на талибов и потребовать от них на первых порах прекращения обстрелов лагерей беженцев в островной зоне р. Пяндж и поиска в том числе ими путей решения проблем своих соотечественников. Для того чтобы они выполнили это, целесообразно создать международный трибунал по типу Гаагского для расследования преступлений, связанных с этническими чистками в Афганистане. Фактов в отношении талибов предостаточно.
На днях в районах, отбитых отрядами Ахмада Масуда у талибов, обнаружены три массовых захоронения. По рассказам очевидцев, там захоронены казненные талибами до 70 мирных афганцев. Среди них много женщин и детей. Еще об одном недавнем факте этнических чисток сообщила пресс-секретарь представительства координатора ООН по оказанию помощи Афганистану Стефани Банкер. По ее данным, в начале января после захвата города Якаваланг талибы казнили там до ста хазарейцев-шиитов, сторонников антиталибской партии "Хезб-е-вахдат". Среди руководства движения "Талибан" есть немало людей, которые после такого решения мирового сообщества прекрасно поймут, чем для них может обернуться дальнейшее участие в геноциде собственного народа.
