КАРТ-БЛАНШ. Путин сказал…

Фото Reuters

Визит президента России Владимира Путина в Армению готовился долго. В отношениях стратегических партнеров возникла проблема – Ереван, не получая от Москвы запрашиваемой помощи, шел на подписание соглашения об ассоциации с ЕС. Если бы это произошло, то, очевидно, сегодня можно было бы рассуждать о геополитических изменениях на Южном Кавказе, связанных с изменением внешнеполитической линии РФ. Но в ходе визита в Москву в ноябре с.г. президент Армении Серж Саргсян объявил о желании присоединиться к Таможенному союзу (ТС). Тогда стало ясно, что визит Путина в Армению состоится, – разногласия между союзниками устранены. Также стало понятно, что Еревану за отказ от соглашения с ЕС Москвой обещана компенсация. Выяснилось, что она оказалась весомой.

Владимир Путин объявил о том, что будет способствовать максимально эффективной интеграции Армении в Таможенный союз. «Дорожную карту» по присоединению к ТС обнародуют в конце месяца, предположительно 24 декабря. Армения будет получать российский природный газ по ценам, привязанным к внутрироссийским. Армения сможет покупать у РФ вооружение тоже по внутрироссийским ценам. Помимо этого стороны активизируют сотрудничество в сфере ядерной энергетики, будет реализован ряд проектов экономического характера. Углубятся взаимоотношения в военной сфере и сфере безопасности, в связи с чем армянская сторона уже выделила 102-й военной базе РФ в безвозмездное пользование дополнительные территории. Главный посыл Владимира Путина: Россия никуда из Закавказья не собирается, а, наоборот, намерена и будет усиливать присутствие и влияние в регионе.

Под последним стоит понимать то, что в реализации плана Москва намерена опираться на Ереван. Это не архисложный вывод. С Азербайджаном, несмотря на декларируемое взаимопонимание, России не удалось договориться по вопросу продления аренды Габалинской РЛС. С Грузией отношения едва перестали походить на враждебные, но добрососедскими не стали – дипломатические отношения не восстановлены.

Другая региональная опора России – Абхазия и Южная Осетия. Взяв на себя миссию гаранта мира и стабильности в бывших грузинских автономиях, Россия обосновала свое заметное военное присутствие. И можно почти не сомневаться в том, что усиливать его в абсолютно зависимых от нее Абхазии и Южной Осетии Москва будет до того предела, который сочтет необходимым. Такое же положение могло сложиться в третьем непризнанном субъекте региона – Нагорном Карабахе. Однако желание сохранить добрые отношения с Азербайджаном перевешивает подобный соблазн. Не случайно Владимир Путин выступил по Карабаху со специальным замечанием в духе того, что кровь больше проливаться не должна, а президенты Армении и Азербайджана должны продолжать прямой диалог.

Карабахский узел лишает как Армению, так и Азербайджан пространства политического маневра в отношениях с Россией. С Ереваном  все понятно. Что же касается Баку, то при отсутствии интереса в усилении влияния Москвы в регионе он может оказать лишь пассивное сопротивление этому или постараться уравновесить его попытками усиления позиций Анкары. В этом случае, очевидно, стоит держать в уме то, что Москва интенсифицирует связи с Тегераном. При новых властях Ирана, более последовательной и внятной линии Рухани, а также послаблении наложенных на Иран международных санкций сделать это будет легче, чем некоторое время назад. Сформированная геополитическая ось Север–Юг может принять вид Россия–Армения–Иран с вероятным выходом на Сирию.

В стороне от описанных «крестиков-ноликов», похоже, остается Грузия. В усилении российского влияния и укреплении ее позиций в регионе она, конечно, не заинтересована. Активно противостоять этим планам она, наученная горьким опытом, вряд ли рискнет. Надежды на собственную безопасность Тбилиси откровенно связывает с парафированным на Вильнюсском саммите «Восточного партнерства» соглашением – и местные, и европейские политики успели выразить уверенность в том, что отныне по грузинской земле чужие танки ездить не будут. Понятно, кто и что подразумевается под этим.

Находясь в Армении, президент РФ не оставил без внимания события в Украине, назвав их тщательно подготовленными к «президентской кампании 2015 года», а также мало связанными с отношениями с ЕС и «напоминающими не революцию, но погром». Сказанное можно расценивать как намек не только  организаторам и участникам митинга в Ереване против вступления Армении в ТС (которые для Москвы, да уже и для Еревана мало что значат), но и, возможно, куда более заметным силам и фигурам, стоящим перед выбором между ТС и ЕС.