Когда пропадает голос, а из стула "вырастает" гвоздь

Анна Арбузова читает Анну Ахматову.

ЖЕЛАЮЩИМ стать актером и режиссером в этом году есть из чего выбирать. В Школе-студии МХАТ на режиссерском факультете курс набирает Кама Гинкас. На актерском - Евгений Каменькович, один из лучших педагогов, до сих пор работавший только в ГИТИСе с Петром Фоменко. В Щепкинском училище - Коршунов-старший. В Российской академии театрального искусства (ГИТИСе) на факультете эстрадного искусства актерский курс впервые набирает Геннадий Хазанов.

Три тура - в прошлом. В минувший четверг и пятницу на Таганке, где располагается эстрадный факультет, сорок "счастливчиков" проходили конкурс и коллоквиум. Счастливчиками без кавычек их мешает назвать то обстоятельство, что лишь 20 в итоге станут студентами: 8 "бюджетников" и 12 "платных". Через четыре года, возможно, выпускники составят основу труппы Театра эстрады. О том, что театру такая труппа необходима, Хазанов не раз уже говорил. И уже принял курс Олега Кудряшова из ГИТИСа: осенью, если все сложится удачно, они начнут репетировать мюзикл Кима и Гладкова по "Доходному месту" Островского. Видно, что Театр эстрады для Хазанова - не игрушка. Что для него это - всерьез (надолго или нет, - думаю, пока не знает и он сам, но строит планы на далекую перспективу). Во время коллоквиума Хазанов не раз задавал вопрос, бывали ли будущие артисты эстрады в одноименном театре. Большинство не бывали. Хазанов реагировал бурно, но трудно было понять, то ли он расстраивался, то ли злорадствовал: "Мол, так я и думал!" На очередной отрицательный ответ заметил: "То есть вы идете на эстрадный факультет, чтобы в будущем на этот вопрос все отвечали утвердительно? И называли бы при этом вашу фамилию?"

	Геннадий Хазанов успокаивает абитуриентов: "Все будет хорошо!". Фото Петра Кассина (НГ-фото)

Приход Хазанова - не единственная, хотя и самая, быть может, большая радость эстрадного факультета. Людмила Тихвинская, историк эстрады, автор замечательной монографии, посвященной феномену русского кабаре, с недавнего времени - завкафедрой эстрадного искусства РАТИ, с гордостью сообщает, что на заочное отделение в этом году набирают Стоянов и Олейников. Среди преподавателей факультета - Евгений Петросян и Жванецкий. Михаил Михайлович будет рассказывать студентам о работе актера и режиссера с автором.

В одиннадцать двадцать в большую аудиторию запустили первую "пятерку". За столом, крытым непременной зеленой скатертью, - сам Хазанов, Тихвинская, Борис Мильграм, Михаил Жигалкин, когда-то покоривший Москву в составе театра "Ученая обезьяна", (осенью он будет играть в "Птицах" на сцене Театра эстрады). На коллоквиуме к ним присоединился ректор ГИТИСа Сергей Исаев.

Все, как на обычных приемных экзаменах на обычном актерском факультете - басня, стихотворение, прозаический отрывок. В перерыве Геннадий Викторович говорит: "Вот бы изо всей этой истории сделать телесериал". Снять все как есть с первого экзамена - до выпускного спектакля. Идея замечательная. Но кто возьмется за такой "длинный" проект?!

В коридорах эстрадного факультета можно услышать первые легенды еще не набранного курса. На одном из туров Хазанов попросил абитуриентку войти в комнату и сказать, что она беременна. От него. Девушка вошла, что-то такое сказала. Хазанов стал, натурально, открещиваться. Тогда она подошла к столу, схватила листок бумаги и принялась хлестать его бумажкой по лицу. Потом сама испугалась. "Берем!" - сказал Хазанов.

Репертуар многие будущие эстрадники подобрали самый что ни на есть серьезный.

Девушка предлагает на выбор стихотворение Фета или Есенина. Хазанов: "А проза?" - "Отрывок из романа "Поющие в терновнике". Хазанов: "А басня?" - "Нет басни┘" - "У вас, я смотрю, такой серьезный репертуар┘ Это, конечно, ничего. Но, поступая на эстрадный факультет┘ Говорите чуть громче┘" - "В зобу дыханье сперло┘" - "А говорите, басни нет".

Со стороны любой актерский экзамен кажется настоящим издевательством: "А теперь прочтите тот же отрывок так: у вас подруга стоит по другую сторону реки, она никогда не слышала этой истории. Река шумит..." - "А с тем же выражением?" - "Как хотите, главное, чтобы подруга услышала. Давайте... Ксюха! Я не слышу!!!" Или - басню Михалкова "Заяц во хмелю" прочесть, как зайчик. "Как пьяный или как трезвый?" - "Как хотите. Но он всех боится┘" - "В день именин, а может быть, рожденья был заяц приглашен к ежу на угощенье┘" - "От зайчика у вас только руки сложенные, а у него еще есть хвостик, который дрожит, ушки длинные, он прыгает┘"

Молодой человек читает предисловие к "Ремеслу" Довлатова. Его просят прочесть тот же кусок так, как будто у него пропал голос. "И одновременно - гвоздь в стуле", - добавляет кто-то из членов комиссии.

В любой момент могут остановить. И это - не значит, что плохо. И не значит, что - хорошо. "А спеть можете?" - "Могу, - отвечает молодой человек. - Только у меня с танцем┘" - "Ну, ладно". И парень пускается в пляс, напевая при этом: "Крутится, вертится шар голубой┘" Хорошо получается. Хазанов в первый раз смеется.

На следующий день тот же абитуриент подробно рассказывает о Станиславском, про "Мою жизнь в искусстве". "Чем серьезнее эстрадник рассказывает смешные вещи, тем смешнее. Эстрадник общается с публикой через зал". Хазанов спрашивает его про Карцева и Ильченко, которых, выясняется, парень видел только по телевизору: "Как же они?" - "Общались через зрителя, рикошетом".

Девушку в блестящем костюме просят прочесть басню Крылова "Собака и лошадь" от "лица" собаки: "У вас есть собака?" - "Две. Они во дворе живут". - "Ну, вот и прочтите ту же басню от лица собаки". Из прозы девушка читает "Монтера" Зощенко: "А теперь не могли бы вы этим рассказом что-нибудь продать на базаре, не изменяя текста┘ Торгуете давно". "Пускай будет холодно. Очень холодно", - "усложняет" кто-то еще. "Никогда не торговала на базаре┘" - признается абитуриентка. "И почем?" - перебивает Хазанов слова Зощенко. - "Для вас - бесплатно┘ Ой┘" - теряется сбитая с толку абитуриентка.

Некоторые входят в зал и теряются. Можно понять: перед ними - Хазанов. Есть от чего потерять голос или что-то забыть. "А кто написал пьесу?" - "До входа в дверь помнил┘" Все нормально. Арбузова Анна из Александрова читает Ахматову: "Кабы нас с тобой да судьба свела", - каждое ахматовское слово адресуя Хазанову. Затем, указывая на аккордеон, с которым она вошла в зал: "Применить?" - "Давайте", - улыбаются члены комиссии, видимо, уже знакомые с девушкой. "Вам "Мою морячку" или что посерьезней?" Выбор подает на "что посерьезней" и Арбузова поет "Бессаме мучо". Видно, что девушка комиссии понравилась, ее долго не отпускают. Басню "Бумажный змей" просят прочесть сначала как выпуск новостей, обращаясь в камеру, потом - как разговор с подругой после неудачного дня. Посередине басни Хазанов переспрашивает: "А что ж ты ему не сказала?" Девушка не теряется, машет рукой: "А-а-а..."

Другую просят: "Как вы сегодня дома расскажете родителям, что вас не приняли". Выходит слезливо и убедительно. По словам получается, что учеба у Хазанова - смысл жизни девушки: "Жизнь или смерть? Это - мой единственный шанс, жизнь разрушена!!!" - члены комиссии, кажется, верят.

Молодой человек на минуту присаживается, чтобы надеть специальные башмаки и выдает шикарный степ с переворотом через голову в конце!

Из песен абитуриенты почему-то выбирают экзотику. Например, из репертуара цыганской певицы. "Из какого города певица?" - спрашивают. "Ну, если она - цыганка, я думаю, она ведет бродячий образ жизни", - смех в зале. Девушка поправляется: "Я в хорошем смысле".

Одна поет куплет из японской песни, другая - из африканской. Ее просят на ту же мелодию спеть своими словами о тяжкой доле работницы на плантации. Получается. Девушка поступала на продюсерский, а Сергей Исаев, увидев ее, сказал: "Идите к Хазанову". Сейчас она не видит, что Исаев сидит за столом. Чем тут же воспользовался Хазанов: "Сам Исаев?! А какой он из себя?" - "Молодой человек, лет 30, в очках". Все довольны, девушка потом сталкивается в коридоре с ректором театральной академии, пугается, но ее утешают: вот это как раз не страшно.

Девушка читает отрывок из "Маленького принца". Ее останавливают: "Можете прочесть, как пионер-герой... В плену?" - "Попробую". Начинает читать. "Руки связаны!" - девушка покорно прячет руки за спиной. "Ноги тоже", - усложняет задачу другой член комиссии. И девушка падает на колени. На авансцену, где проходит экзамен, поднимается молодой человек. В прошлый раз, на один из туров, он пришел с приятелем, с которым познакомился в поезде, оба ехали поступать к Хазанову. Оба - из Ельца. Теперь он - один.

- А почему Сергеев не приехал?

- Упал с моста, сломал руку.

- Если упал с моста, может быть, он будет уже сразу президентом России... Ну, хорошо. Что у вас из прозы?

- Пришвин.

- Можете прочесть Пришвина, как будто вы его с трудом вспоминаете?

- О, это мне будет легко.

На коллоквиуме выясняется, что девушка 14 раз смотрела в Театре имени Моссовета мюзикл "Иисус Христос┘" Но в принципе ходить в театр не любит: "Мне больно, что они там, на сцене, а я тут┘ Лучше посмотрю дома канал "Культура". Молодой человек среди понравившихся называет спектакль "Современника" "Три товарища". Особенно, говорит, понравилась Чулпан Хаматова.

Из списка литературы девушка прочитала книгу об Алексееве, знаменитом когда-то конферансье. "Расскажите о нем", - просит кто-то из членов комиссии. "Алексеев был сначала амплуа, потом - конферансье". - "Что такое амплуа?" - "Первоначальная стадия". - "Это вы с эмбрионом путаете┘" - успокаивает ее Геннадий Хазанов. "А когда Алексеев отказался от монокля?" - "Со временем", - не теряется абитуриентка. "А что случилось не с Алексеевым, а в России в 17-м году?" - (после долгой паузы) "Боюсь ошибиться..."

Другая девушка, из Набережных Челнов, убеждает, что ей ничего не страшно: "Я могу на хлебе и воде┘ Я уже месяц так жила". - "А если воду отключат?"

На вопрос "как вы оказались на эстрадном факультете?" кто-то из абитуриентов рассказывает: "Мне в Школе-студии МХАТ Каменькович на втором туре сказал: "Девушка, что вы тут сидите? Идите к Хазанову". Эта история - повод потом спрашивать у других, не Каменькович ли их прислал в ГИТИС. Кто-то на тот же вопрос отвечает: "Я понял, что для меня слово очень важно. Стоять на сцене и общаться со зрителем напрямую, как А.И. Райкин".

Красавица Марина Дианова говорит: "Меня привлекает разговорный жанр. Мне все говорят: "Марина, ты в будущем станешь Кларой Новиковой". У меня, мне кажется, призвание смешить людей". - "Неужели вам не хочется, чтобы вами восхищались?" - "Нет". - "Хочется, чтобы над вами смеялись?" - "Да".

Хазанов всех строго предупреждает, что пропуски общеобразовательных дисциплин будет приравнивать к пропускам занятий по мастерству и будет отчислять нещадно. Но напоследок большинству желает писать сочинение простыми предложениями, без ошибок.

"Надо во всем находить радость. Это же твоя профессия", - говорит кто-то из абитуриентов про "соль" эстрадного жанра. Хазанов в таких случаях провоцировал абитуриентов, охлаждая их пафос: "А если вы в ресторане выступаете или в ночном клубе, такая ли уж радость общаться со зрителем напрямую?" Но такими вопросами пока что поставить в тупик не удается. Все побеждает оптимизм. В тупик проще было поставить вопросами по "программе", по прочитанным книгам. Вот еще один эпизод: "Я прочитала книгу по эстраде, - рассказывает очередная подающая надежды прелестница. - Название не помню. Там написано, что в эстраде главное - зрелищность, сгущенность всего, минимум психологизма". Хазанов тут же парирует: "И наоборот в театре - максимум психологизма и минимум зрелищности".

delo.open.ru