Григорий Заславский Не знаю, сильно ли расстроился русский поэт Юрий Кублановский, когда в прошлом году в очередной раз не получил Государственную премию. Два года подряд его выдвигали, допускали к открытому обсуждению и дважды – не давали. Думается, переживал. Сейчас у него, да и у всех других, есть повод вздохнуть спокойно и задним числом поблагодарить Бога за то, что обошли.
Оглядев список номинантов, которых уважаемая Комиссия по государственным премиям по литературе и искусству предлагает широко обсудить, я впервые подумал: а ведь правы те, которые давно уже предлагают упразднить это, по их глубокому убеждению, давно отжившее государственное вспомоществование.
Первое ощущение не меняется при внимательном чтении списка: хаотичный набор случайных имен. Совершенное отсутствие каких-либо внятных – будь то государственных или каких других, этических или эстетических – критериев, временных рамок, позволяющих судить, почему именно эти, а не другие авторы и их достижения в той или другой области выдвинуты на премию за отчетный, 2003 год. Совсем уже невероятным кажется сближение, когда одна секция выдвигает прозаика Василия Белова и поэтов Андрея Дементьева и Михаила Синельникова, а другая – искусствоведа Михаила Соколова за книгу «Мистерия соседства. К метаморфологии искусства Возрождения».
Я намеренно не обсуждаю достоинства ранней прозы Василия Белова и недостатки нынешней, относящейся к зрелому периоду его творчества, или саму возможность художественной оценки эстрадного творчества Андрея Дементьева.
В разделе изобразительного искусства – художники Валерий Кошляков и Михаил Рогинский. Это – здорово, можно лишь радоваться тому, что парижский изгнанник Рогинский теперь государственно признан. Но между их фамилиями – еще несколько, и в частности живописец N., выдвинутый Вологодским региональным отделением Союза художников России за серию полотен на «местные» темы (цикл называется «Мое Отечество. Традиции и люди»). Поразительная широта вкусов!
В кино и в театре рядом со знаменитостями – безвестные актеры и их роли, замеченные областным министерством культуры. К примеру, три артиста выдвинуты за роли в спектакле Саратовского ТЮЗа имени Киселева «Брак по-итальянски».
Неужели для Государственной премии достаточно одной удачной роли в итальянской комедии, о которой – ко всем прочим обстоятельствам – ни в Москве, ни в Петербурге (спрашивал у своих коллег) никто ничего не слышал? А ведь театральная земля слухами полнится: поставил Николай Песегов в Минусинске хороший спектакль, и все уже знают об этом, видеть не видели, но слышали уже.
Но, пожалуй, впервые в нынешнем списке бросается в глаза число покойных, недавно и давно ушедших, которых вдруг решили помянуть не просто добрым словом, а государственной и материально выраженной благодарностью: Ярослав Голованов выдвинут за цикл телепрограмм «Тайны забытых побед», Виктор Астафьев – за спектакль «Пролетный гусь» во МХАТе имени Чехова, Евгений Колобов – за создание театра «Новая опера», а Олег Ефремов – «за многолетнее научное исследование и публикацию наследия основателей Художественного театра и его выдающихся деятелей». Наверное, мало кого удивит, что во всех четырех случаях выдающийся, но уже покойный музыкант или режиссер, журналист или писатель выдвигается не в единственном числе и рядом с ним на премию претендует еще некоторое количество живых и здоровых наследников и соратников. Причем и тут возникают закономерные вопросы: рядом с Ефремовым – Ирина Виноградская, Инна Соловьева и Анатолий Смелянский. Почему нет в этом списке Ольги Радищевой, одного из самых известных исследователей истории Художественного театра, автора нескольких книг об истории творческого сотрудничества Станиславского и Немировича-Данченко?
Спектакль «Пролетный гусь» – один из лучших в сегодняшней афише МХАТа имени Чехова. Но Астафьев – автор одноименного рассказа – может претендовать (собственно, он уже ни на что не претендует, и прошу простить, что вынужден всуе трепать его имя) на премию за спектакль в той же степени, в какой и Чехов – за любое новое обращение к его пьесам, будь то «Три сестры» в Малом или «Вишневый сад» в Молодежном театрах.
Впервые я обратил внимание на такую команду, во главе которой обозначен был такой вот тяжеловес-«паровоз», год или два назад, когда Булата Окуджаву попытались «привязать» к списку тех, кто не щадя живота своего потрудился над сочинением спектакля «Путешествие дилетантов». Не писал Окуджава такой пьесы, зато, разумеется, мог помочь на пути к заветной награде. Увы, похожие мысли рождаются и теперь, в связи с нынешним списком.
Грех смеяться. А все-таки: почему бы Министерству культуры или кому другому не взять на себя смелость и не выдвинуть на Госпремию (в конце-то концов!) Станиславского с Немировичем-Данченко за создание Московского Художественного театра? А к ним, разумеется, добавить и позднейшего исследователя творчества того и другого. Чего мелочиться?
