Сегодня объявлением имен лауреатов по физиологии и медицине стартует нобелевская неделя. Во вторник мы узнаем лауреатов по химии, в среду – по физике. Не хотелось бы пророчествовать, но и в этом году, кажется, нам нобелевка не светит.
Не будем лукавить – наука перестала быть областью свободного творчества независимой от государства корпорации ученых. Не случайно ежегодное Послание к конгрессу президента США Билла Клинтона в 1998 году называлось «Наука и технологии: формируя XXI столетие». А что формируем мы?
В начале октября на согласование в правительство РФ должна быть передана Стратегия научно-технологического развития России. Документ, больше всего напоминающий «офисную литерасофию». Игру со знаками, звуками, метафорами – «научный фронт», «большие вызовы», «российские центры превосходства», «квалифицированный заказчик»… Если же переводить все это фонетическое словотворчество на язык реальности, то предполагается прежде всего кардинальная реформа системы финансирования науки. Естественно, цель благая – многократное повышение эффективности вложений в российскую науку.
Американцы, кстати, давно уже умеют измерять эту эффективность. Согласно докладу правительства США, в 1988–1992 годах «расходы на фундаментальные НИОКР давали 28% общей «социальной прибыли» против 15–20% дохода на капиталовложения в обрабатывающую промышленность». У нас же очередная реформа проводится даже без серьезного анализа – бюрократические отчеты Федерального агентства научных организаций (ФАНО) о «финансовых итогах первого полугодия» к такому анализу трудно отнести – результатов трехлетнего уже реформирования академической науки. Тогда, летом 2013 года, тоже говорили, что реформа Академии наук увеличит эффективность вложений в науку. Что называется, благими намерениями… Сегодня по показателю удельного веса затрат на науку в ВВП Россия существенно отстает от ведущих стран мира, занимая 34-е место, – 1,13% (данные Института статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ).
Мы с потрясающим и неубывающим энтузиазмом продолжаем биться с «бумажными тиграми». Буквально – с бумажными. Вот и министр образования и науки РФ Ольга Васильева сообщила о намерении ввести новую систему оценки качества труда ученых, в которой публикации в индексируемых зарубежных научных журналах не будут обязательным критерием. В то время как предшественник Васильевой в министерском кресле Дмитрий Ливанов, наоборот, жестко проводил принцип оценки эффективности ученых, основанный на учете международного индекса цитируемости Web of Science (WoS). За что, возможно, и пострадал в итоге. В связи с этим можно напомнить: все Нобелевские премии отечественных ученых были получены, когда дамоклов меч обязательных публикаций в журналах, индексируемых в WoS, над исследователями не висел. Исследователи получали замечательные научные результаты и публиковали их. В том числе и в «престижных международных журналах». Но в начале все-таки был научный результат.
Но и нам не следует отчаиваться. ФАНО – хозяйственная по сути и по закону организация – как раз накануне нобелевской недели предложило утвердить ведомственный знак отличия «За заслуги в развитии науки». Денежного содержания, конечно, за ним – никакого. Зато он будет давать право на присвоение звания «Ветеран труда». «Знак смогут получить служащие ФАНО, работники организаций, подведомственных агентству, и другие граждане РФ за значительный вклад в мировую науку и обеспечение приоритета российских научных организаций в исследованиях и разработках, повышение престижа российской науки, развитие научных организаций, их кадрового потенциала и другие заслуги».
Владимир Полканов 