Трудности переписки

Вчера адвокат Дмитрий Харитонов, представляющий интересы одного из акционеров ЮКОСа Леонида Невзлина, обратился к генпрокурору России Владимиру Устинову с жалобой на действия следствия. Как рассказал корреспонденту «НГ» Харитонов, еще 28 января он отправил следователю, ведущему дело Невзлина, ходатайство с просьбой дать ему возможность ознакомиться с постановлениями о привлечении его подзащитного в качестве обвиняемого и об избрании ему меры пресечения, но ответа из прокуратуры так и не получил. По мнению адвоката, таким образом следствие лишает его клиента права на защиту. «Мы имеем право обжаловать в суде постановления о привлечении Невзлина в качестве обвиняемого и об избрании ему меры пресечения. Но до того момента, пока меня не допустят к делу и пока я не ознакомлюсь с соответствующими документами, я лишен возможности это сделать», – заявил корреспонденту «НГ» Дмитрий Харитонов.

В свою очередь, официальный представитель Генеральной прокуратуры заявил вчера Интерфаксу, что следователи действовали в точном соответствии с действующим законодательством. По его утверждению, следователь, ведущий дело Невзлина, предложил Харитонову предоставить ордер и официально вступить в дело еще 24 января, однако «адвокат оставил данное предложение без внимания, а позже направил по почте все необходимые документы». В Генпрокуратуре документы, отправленные адвокатом Невзлина, получили только 3 февраля. «В тот же день г-ну Харитонову был направлен ответ, в котором определена дата встречи со следователем для выяснения всех процессуальных вопросов», – пояснили в Генпрокуратуре.

Комментируя утверждения представителей следствия, Дмитрий Харитонов заявил «НГ»: «Меня действительно приглашали в прокуратуру 24 января. Это была суббота, и у меня была высокая температура. Я уведомил следователя на автоответчик, что плохо себя чувствую и не могу явиться, и предложил перенести встречу на любой удобный для него день. Ответа не последовало. Потом до 27 января я по нескольку раз в день звонил следователю, но его телефон стоял на автоответчике». Дмитрий Харитонов также утверждает, что не отправлял документы по почте. «У меня есть подтверждение, что документы были сданы дежурному прокурору. Я не исключаю, что они могли дойти до исполнителя только 3 февраля. Как бы там ни было, у следователя были все мои координаты, и он мог связаться со мной в любой момент», – заявил адвокат корреспонденту «НГ».