0
17099
Газета Идеи и люди Печатная версия

22.01.2014 00:01:00

Главной проблемой развития российского общества является качество человека

Людьё

Сергей Никольский

Об авторе: Сергей Анатольевич Никольский – заместитель директора по научной работе Института философии РАН, доктор философских наук.

Тэги: общество, человек


общество, человек Что тот индивид, что этот... Люди – как атомы. Обезличенные частицы.

«У нас же все решается по большинству, а почти все неграмотные, и выйдет когда-нибудь, что неграмотные постановят отучить грамотных от букв... Тем больше, что отучить редких от грамоты сподручней, чем выучить всех сначала».

Андрей Платонов. Чевенгур

В размышлениях о природе современной российской власти исследователи согласны, что она устраивает большинство населения страны. Однако при ответе на вопрос о происхождении большинства именно такого качества, какое есть в России сегодня, ссылаться лишь на мировой тренд «восстания масс» и трансформационные процессы перехода от традиционного общества к обществу модерна – недостаточно. Не менее значимо и то, что сама власть успешно производит поддерживающее ее большинство.

Вечный Ташкент

Вынесенное в заголовок статьи слово, изобретенное Осипом Мандельштамом, взято здесь для наименования части наших соотечественников, страдающих общим недугом – нежеланием и неспособностью к восприятию культуры, к самостоятельному мышлению. Слово наследует европейско-русскую традицию именования «серой» части социума и продолжает ряд понятий, существовавших в европейской и отечественной истории. Так, Белинский говорил о «филистерах» и «толпе»: разумная «публика есть собрание известного числа (по большей части очень ограниченного) образованных и самостоятельно мыслящих людей», в то время как «толпа есть собрание людей, живущих по преданию и рассуждающих по авторитету, другими словами – из людей, которые «Не могут сметь/ Свое суждение иметь». Такие люди в Германии называются филистерами. У Салтыкова-Щедрина «серые» – это «обыватели», а у Горького – «мещане». Примерно ту же социальную группу Солженицын именовал «образованщиной», а в 90-е годы прошлого века в ходу был термин «совок».

Кроме людья и социальной группы «образованных и самостоятельно мыслящих» есть «жадная толпа, стоящая у трона» (Лермонтов). Это, скажем, верхние «пять процентов». Ответить же на вопрос, сколько в стране нормальных людей, и вовсе невозможно. Норма не фиксируема. А о состоянии общества обычно судят по массовости проявлений в нем добра и зла. К сожалению, о зле мы слышим чаще.

Обращение к тому, что названо людьём, потребовалось потому, что сегодня, как никогда в нашей истории, его производство стало одной из основных задач «толпящихся у трона». Возможно, условием их выживания. Поступая так, верхний слой замечательно модернизирует описанный Салтыковым-Щедриным способ российского государственного управления – «ташкентство». «Как термин отвлеченный, Ташкент есть страна, лежащая всюду, где бьют по зубам и где имеет право гражданственности предание о Макаре, телят не гоняющем. Если вы находитесь в городе, о котором в статистических таблицах сказано: жителей столько-то, приходских церквей столько-то, училищ нет, библиотек нет, богоугодных заведений нет, острог один и т.д., – вы можете сказать без ошибки, что находитесь в самом сердце Ташкента. Наверное, вы найдете тут и просветителей, и просвещаемых, услышите крики: «Ай! Ай!», свидетельствующие о том, что корни учения горьки, а плоды его сладки, и усмотрите того классического, в поте лица снискивающего свою лебеду человека, около которого, вечно его облюбовывая, похаживает вечно несытый, но вечно жрущий ташкентец. Но училищ и библиотек все-таки не найдете».

Сегодня производство людья не требует постоянного битья по зубам (что, конечно, не исключает не только факты битья, но и его угрозу). Но в целом новое «ташкентство» несравненно экономнее и эффективнее. Отчасти это результат материальных оснований, отчасти – самопроизвольного развития, но главным образом – итог государственных усилий. И в последнем случае было бы неточно говорить, что государство целенаправленно увеличивает «толпу», «филистеров», «обывателей» или «мещан». А что оно растит массу людья – как раз впору.

Кто может быть назван людьём? В современном отечестве это уже не крепостные или подданные, но и не граждане; это уже не варвары, но и не цивилизованные люди; не Митрофанушки с начатками знаний, но и не образованные. В силу «серости» определить их качество сложно. Однако главная их особенность, наряду с бескультурьем, – это непросвещенность в кантовском смысле, то есть «неспособность пользоваться своим рассудком без руководства со стороны кого-то другого», недостаток решимости и мужества в силу лени и трусости «пользоваться собственным умом».

Впрочем, и малая степень их культурности, их скверное человеческое качество не являются величинами неизменными. Последнее двадцатилетие по мере роста численности людья его качество непрерывно ухудшается, что неизбежно ведет к деградации общества. К тому же за это время людьё сделалось несравненно агрессивнее.

В той или иной степени неспособностью «пользоваться собственным умом» и связанной с этим упадком культуры затронуты люди разного возраста и профессий. Это могут быть привыкшие выполнять любые, в том числе и противоправные, распоряжения госслужащие; опьяненные безмерной властью и теряющие человеческий облик силовики; до сих пор пользующиеся сталинскими и брежневскими идеологическими клише пенсионеры; попавшие в образовательную яму полуобразованные врачи, учителя и преподаватели вузов, школьники и студенты; зомбированные «ящиком» домохозяйки и безработные. Не стоит забывать и о 12 млн алкоголиков и 8 млн наркоманов, о живущих рядом с ними 30 млн членов их семей. Вряд ли будет ошибкой утверждать, что состояние этих несчастных людей включило в себя культурную деградацию и лишило начатков способности думать.

Процесс деградации

На рубеже XX и XXI столетий с зарождением общества знаний мир вступил в новую стадию развития. Теперь передовые страны конкурируют между собой не столько размерами территорий, запасами природных ресурсов, численностью народонаселения и даже военной мощью (что имеет важное, но вспомогательное значение, пока нет вооруженных конфликтов и войн). Предметом усиливающегося соперничества стало качество жизни и качество человека. Будучи поглощенным заботой о личном благе в условиях трансформационных процессов, наше государство первую часть этой гонки проиграло вчистую. Точнее, даже не сообразило, что происходит. Чего не скажешь об обществе. В условиях бурно идущих негативных процессов эмиграция значительной доли активной, молодой и образованной группы населения из страны оказалась вполне сопоставимой с числом людей, покинувших страну после октябрьской катастрофы. В особенности отчетливо это видно теперь, когда материальные условия жизни несколько улучшились. При этом далеко не последний по значимости мотив отъезжающих – нежелание жить в государстве, непрерывно производящем людьё и все более устраивающем жизнь всего общества по законам, на людьё рассчитанным.

Глубина и масштабы процесса культурной деградации, снижения качества человека очевидны. Однако почему-то эта тема до сих пор не получила своего prime time.

Окружающая нас обстановка – это очень часто что-то вроде индустриальной пустыни. Формированию человека она не способствует. 	Фото Reuters
Окружающая нас обстановка – это очень часто
что-то вроде индустриальной пустыни.
Формированию человека она не способствует.
Фото Reuters

Нельзя винить наше государство в том, что оно не конкурирует с другими странами за качество человека. Прежде всего государственные институции лишены знания о главном – представления о позитивных целях и ценностях. Обстоятельство это категорическое, ведь совсем недавно страна была одной из мировых империй, а историческая память – важнейший элемент национального самосознания. Русские как имперский народ знали, что они – носители определенной Богом миссии. И неважно, было ли это сбережение единственно верного православного христианства или удержание «оплота мирового коммунизма». В США, например, костяк нации живет ради осуществления «американской мечты» и следует императиву «Америка превыше всего». В Китае строят «Великую Поднебесную империю» – завтрашнего мирового лидера. В странах Европы переплавляют граждан разных государств континента в нового человека – «европейца». Ради чего живем и что строим сегодня мы? Ответа на это нет. Более того, власть от него упорно увиливает.

Образовавшийся в общественном сознании вакуум – не вся беда. Думаю, что всеми слоями общества осознается неартикулируемый, но приоритетный mainstream нашей государственной политики – обеспечение роста доходов верхних «пяти процентов». А одним из методов обеспечения устойчивости (пресловутой стабильности) этого процесса избрана элиминация культурных и самостоятельно мыслящих людей с одновременным массовым производством людья. Для этого после распутья недавних 90-х сделаны решающие повороты: от демократии к «управляемой демократии» и далее – к авторитаризму; от ориентации на живущий под верховенством закона Запад – к тем странам Востока, в которых реализуется власть избранных «сильных»; от качественных, в сравнении с современным уровнем, советского образования и культуры – к «образованщине» и попсе.

Обирание и принуждение

В задаче производства людья верхний слой делает ставку на расширение его материальной основы. Смысл ее кроется в произнесенной когда-то селекционером Мичуриным крылатой фразе: «Мы не можем ждать милостей от природы, взять их у нее – наша задача». Брать у природы «милости» – блага и вещество – стало нашим главным способом развития. Допускаю, что где-то мы берем, в то же время что-то отдавая взамен. Но, уверен, чаще берем хищнически, природу обкрадывая, просто воруем. И если почти 100% дохода страны формируется от обирания природы, то назвать российскую экономику следовало бы экономикой воровства.

Для «природообирающей» формы жизнедеятельности требуются соответствующие люди, обладающие простыми знаниями, с минимальными творческими способностями, послушные. Им не только не нужны те знания и тот культурный уровень, который, к примеру, еще недавно давала школа в курсах литературы, истории, географии, астрономии. Он, как справедливо уверены производители нового сорта людей, даже вреден. Ведь у образованных вырабатывается чувство собственного достоинства, чести, справедливости, они ориентируются на истину, добро и красоту. И, значит, становятся плохо управляемыми. Напротив, нужно людьё. Прочность цепочки «воровство у природы» – воровство у большинства ради благополучия «пяти процентов» обеспечивается некоторым перераспределением украденного, именуемого коррупцией. И этот «клей» накрепко соединяет всех. По этой причине без кардинальной смены способа жизнедеятельности нации кампании борьбы с коррупцией ни к чему не ведут.

Для производства людья государство далее целенаправленно разрушает содержание и институты культуры. Русская литературная классика оставила нам сокровищницу ценностей подлинного человека и человечности. Проповедь Христа; любовь к ближнему, в особенности к «маленькому человеку»; представление о свободе, чести и достоинстве; об органическом принятии природы – чудесном даре Творца; понимание необходимости строить жизнь так, чтобы смерть была ее естественным, а не ужасным завершением. Это наследство не только не востребуется, но с радостью попирается понятиями и ценностями людья.

Одной из недавних забот государства стало новое переформатирование исторической памяти, целенаправленно оскопляемой со сталинских времен. Сегодня в новом издании своего рода «Краткого курса истории ВКП(б)» ее подравнивают под уровень людья. Не все, однако, идет без неожиданностей. Не так давно в Чечне Рамзан Кадыров открыл мемориальный комплекс памяти погибших в сентябре 1819 года от рук русских колонизаторов жителей села Дадин-Юрт. Это село по приказу Ермолова было полностью сожжено, а все жители, включая женщин, стариков, детей, погибли. По одной из версий девушки со связанными руками бросились в Терек, предпочтя смерть бесчестию. Вряд ли этот пример восстановления исторической правды был с радостью воспринят «пятью процентами» и наверняка не нашел понимания у людья.

Но как быть с реанимацией подобных примеров в будущем? Очевидно, что если государство не изменит своего отношения к самодержавному и советскому имперскому прошлому, не будет давать такого рода фактам истории справедливых оценок и публично каяться, то вскрывать правду начнут сами люди, выставляя государству счет, по которому нет срока давности. И в первую очередь это может происходить не в русских, а в иных по этническому составу регионах, что вряд ли будет способствовать укреплению единства российской нации.

Сегодня общим местом стало признание того, что государственная политика в сфере школьного, профессионального и вузовского образования разрушительна. Именно она в массовом масштабе производит людьё. Делается, кажется, все для того, чтобы убить способность мыслить, тем более самостоятельно. Под маркой реформирования последовательно уничтожаются культурные и научные институции. В условиях «голодного пайка» 1990-х – начала 2000-х мы начали терять научные школы – математические, физические, биологические. С середины прошлого года, с начала ликвидации РАН, этот процесс довершается. Действие вполне рациональное: верхние «пять процентов» учат детей и пользуются практическими результатами науки в развитых странах, а для людья знания вредны.

По большому счету из всех государственных институций для сосуществования верхних «пяти процентов» и людья требуются только институции принуждающие. Суд стал еще более послушным, чем был даже в сталинские времена. Силовики исправно обеспечивают соблюдение законов, все более становящихся инструментом исполнения не культурно значимых общественных задач, а верховной воли по обеспечению status quo.

Но спокойствия и согласия в обществе нет. В только что проведенных Институтом психологии РАН исследованиях отмечается, что с точки зрения грубости, ненависти и агрессии к своему окружению россияне занимают первое место в Европе. Ученые утверждают, что жизнь в России все более наполняется насилием. Так, 150 экспертам было поручено оценить по десятибалльной шкале уровень негативных явлений в поведении россиян в 1981, 1991, 2001 и 2011 годах. Результат получился ужасающим. В начале 80-х уровень таких явлений, как агрессивность, враждебность и склонность к насилию, оценивался в 3–3,5 балла. В 2011 году он повысился до 7–7,4, а способность контролировать свои реакции снизилась с 5,5 до 4,4 балла. Экспертные оценки подтверждаются статистикой. В России на 100 тыс. жителей в год приходится 12 убийств (по другим данным – 22). Даже если взять показатель 12, это больше, чем в других странах Европы и Азии. Похоже, происходит разложение общества.

В качестве прочих государственных структур, обеспечивающих сосуществование верхних «пяти процентов» и людья, надо бы назвать парламент и исполнительную власть. Однако они сколько-нибудь серьезной роли в сравнении с президентской властью не играют, а потому людям и людью справедливо безразличны.

Но что же оппозиция, которая должна критическому положению противиться? К сожалению, таковая существует в основном номинально. Из самых возрастных – та, которая с либеральных позиций рассказывает, как государство и общество устроено «у них», с последующей критикой устройства нашего и учительным наказом «применить», а не искать особый путь. Имена здесь те же, которые были на слуху во времена «дедушки Ельцина».

Из молодых «оппозиций» – хулигански-эпатажная и чиновничье-сервильная. Первая не опасна потому, что высшей целью ставит скандал и пиар, которыми с удовольствием пользуется власть и тешится людьё. Вторая же действует только в тех пределах, которые санкционированы «верхом». Провозгласило, например, государство своей (!) целью строительство гражданского общества – и эта «оппозиция» тут же эту идею берется реализовать. Но не стоит сомневаться, что данное «общественное дело» будет оставлено ровно в ту минуту, как верхи кликнут «оппозиционеров» в ряды чиновничества.

Новое явление последнего времени – оппозиция, избравшая целью принуждение власти быть честной и исправно исполнять свою функцию служения обществу. Однако оппозиционные лидеры этого толка делают лишь первые шаги, и судить об их целях и эффективности пока рано.

* * *

В одном из предновогодних интервью отпущенный на свободу Михаил Ходорковский сказал: «...Само общество не готово к самоуправлению. Ну, не хотят люди принимать на себя ответственность за свою судьбу. Именно это дает возможность президенту Путину опираться на это большинство людей... К счастью, есть люди иного толка, люди, которые хотят бороться за свои права и хотят сами определять свою жизнь. Таких людей сейчас стало больше. Мало, но больше. И я свою роль вижу в том, чтобы помогать обществу... становиться, я бы сказал, более качественным».

Правильные слова.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Сделка «Роснефти» по проекту «Восток Ойл» вдохновила аналитиков

Сделка «Роснефти» по проекту «Восток Ойл» вдохновила аналитиков

Галина Грачева

Успех переговоров с консорциумом нефтетрейдеров приведет к повышению стоимости акций российской компании

0
354
Константин Ремчуков: У Байдена есть виды на Путина через призму Китая

Константин Ремчуков: У Байдена есть виды на Путина через призму Китая

0
1161
Прожиточный минимум больше не гарантирует даже выживания

Прожиточный минимум больше не гарантирует даже выживания

Анатолий Комраков

Новая методика расчетов позволяет занижать реальный уровень бедности в стране

0
1281
Инфляция разогнала цены на овощи и стройматериалы

Инфляция разогнала цены на овощи и стройматериалы

Ольга Соловьева

Синхронное подорожание в странах СНГ Эльвира Набиуллина объяснила российской льготной ипотекой

1
1040

Другие новости

Загрузка...