Чем слаба еврозона

Нынешние серьезные финансовые проблемы Греции являются подтверждением недопустимости избыточного укрепления, завышения курса национальной валюты. Как известно, несмотря на единый номинальный курс общей европейской валюты по отношению к другим мировым валютам, все страны еврозоны имеют разные курсы паритетов покупательной способности (ППС). То есть в их экономиках различается структура внутренних цен и уровни конкурентоспособности национальной продукции.

Это прямым образом влияет на состояние национальных внешнеторговых и платежных балансов, на общее состояние суверенных финансов. Если для Германии с ее высококонкурентоспособной экономикой единый номинальный курс евро вполне комфортен, то для Греции этот курс является завышенным (относительно курса паритета покупательной способности Греции). Соотношение между ППС и рыночным курсом для Греции должно быть существенно больше, чем это было все последние годы. Проблемы, накопленные Грецией в эпоху чрезмерно сильного евро, не позволяют этой стране преодолеть накопленный груз внешнеторговых и финансовых проблем. Дефицит внешнеторгового баланса Греции еще недавно достигал почти 9% ВВП. Единый для всех стран еврозоны курс евро чрезмерно высок и для некоторых других стран еврозоны.

Когда вводилась европейская валюта, много говорилось о сокращении транзакционных издержек, торговых преимуществах и т.д., но почему-то забыли о необходимости выравнивания уровней экономического развития отдельных стран еврозоны, повышении конкурентоспособности экономик региона, переориентации и увеличении объемов взаимных прямых инвестиций. А только это было главным условием успешного и обоснованного введения единой валюты.

Еврозона, к сожалению, как была, так и осталась конгломератом практически автономных производственных комплексов различного уровня эффективности. И ни о каком «едином экономическом пространстве» в еврозоне до сих пор говорить невозможно, несмотря на общую валюту.

Это ведет к тому, что при неизменности экономической, промышленной и инвестиционной политики негативный результат для наиболее слабых экономик еврозоны может воспроизводиться. В единой Европе имеются и другие слабые зоны, способные испытывать дополнительные экономические трудности при высоком курсе евро.

Кроме того, очевидно, что избыточное «затягивание финансовых поясов», чрезмерное ужесточение финансовой и кредитно-денежной политики в соответствии с неизменными рецептами МВФ способно ограничить суверенный экономический рост. Финансовые излишества для недостаточно сильных экономик недопустимы (а они в Греции также имеются), но избыточное усиление финансового пресса, давящего на экономику на всех этапах производства добавленной стоимости, ограничение инвестиционного и потребительского спроса деструктивно влияют на развитие, делают стратегическую задачу повышения национальной конкурентоспособности трудновыполнимой. Что актуально не только для Греции, но и других стран.

При всей сложности положения полагаем, что ситуация вокруг Греции, ее возможного выхода из еврозоны чрезмерно политизирована и драматизирована. С нашей точки зрения, нет трагедии во временном возврате отдельных государств еврозоны к более слабой, чем евро, национальной валюте. Это простая экономическая необходимость. Если евро нужен, то он все равно будет существовать, даже если в еврозоне останется всего несколько государств (самых сильных). В конце концов, имеются и прекрасно живут государства, входящие в ЕС, но имеющие собственные валюты. Обоснованная девальвация помогает этим государствам переживать временные трудности.

Решение проблемы, на наш взгляд, – в создании надежного механизма бескризисного и временного выхода отдельных стран из сферы обращения евро (временного их возврата к другой национальной валюте). И напротив, если такой механизм не будет создан, то, возможно, долговой кризис в еврозоне будет воспроизводиться и ложиться тяжелым грузом на все страны еврозоны, препятствуя дальнейшему развитию наднациональной кредитно-финансовой системы и необходимой экономической интеграции европейских стран. А это способно принести Европе значительно больше стратегических потерь.