Вашингтон возвращается?

Фото Reuters

Сирийская война и дипломатический конфликт с Турцией заслонили для российской общественности события в Западном полушарии. Между тем в Латинской Америке меняется политический ландшафт. В Аргентине на президентских выборах 22 ноября победил кандидат от консервативной партии «Республиканское предложение» Маурисио Макри. 2 декабря в Бразилии парламент запустил процедуру импичмента президента Дилмы Руссефф по обвинению в махинации с бюджетными средствами. В Венесуэле на выборах 6 декабря в Национальную ассамблею оппозиционная коалиция «Круглый стол демократического единства» во главе с Энрике Каприлесом и Лилиан Тинтори завоевала конституционное большинство.

Современная политическая ситуация в Латинской Америке сформировалась в кризисной экономической ситуации, под влиянием победы левых сил в начале 2000-х годов, которые пришли на смену правым. В умеренном варианте их выражали правительства Луиса Инасиу Лулы да Сильвы в Бразилии, Нестора и Кристины де Киршнер в Аргентине. В радикальном – правительства Уго Чавеса и Николаса Мадуро в Венесуэле, Эво Моралеса в Боливии и Даниэля Ортеги в Никарагуа. Правые силы находились на обочине политической жизни, сохранив присутствие только в Колумбии и отчасти в Чили.

Теперь ситуация меняется. Возвращение правых в политику означает если не отказ, то как минимум пересмотр концепций нового социализма и левой альтернативы. В политику вернутся идеи приватизации и внешнего финансового заимствования через механизмы МВФ и/или Всемирного банка. Одновременно правые для борьбы с товарным дефицитом могут пойти на частичную либерализацию системы внешней торговли. Не исключено и возвращение транснациональных корпораций (ТНК) к освоению латиноамериканских природных ресурсов. Все это объективно сделает латиноамериканские страны более проницаемыми для американского влияния, даже если лидеры оппозиции не предполагают резко улучшить отношения с Вашингтоном. У американской дипломатии могут появиться новые возможности в Южной Америке.

На протяжении последних 15 лет левые правительства старательно выстраивали интеграционные блоки в Латинской Америке. Еще в 2004 году Общий рынок южного конуса (МЕРКОСУР) и Андское сообщество создали Союз южноамериканских наций (УНАСУР). Попытки Уго Чавеса и Эво Моралеса выстроить «Боливарианскую инициативу» оказались неудачными. Постепенно они также взяли курс на сближение с УНАСУР. В феврале 2010 года в Канкуне (Мексика) состоялся саммит лидеров стран УНАСУР и Карибского сообщества (КАРИКОМ). Его участники решили создать Сообщество латиноамериканских и карибских государств (СЕЛАК). Официально создание СЕЛАК было провозглашено на саммите в Венесуэле 3 декабря 2011 года, хотя блок находится в стадии формирования.

Тревогу в Вашингтоне вызывало обозначившееся в уходящем году стремление СЕЛАК развивать контакты с внешними, неамериканскими партнерами. 10–11 июня в Брюсселе под руководством председателя Еврокомиссии Дональда Туска состоялся саммит СЕЛАК–ЕС. 29 сентября на полях очередной Генеральной Ассамблеи ООН состоялась встреча министра иностранных дел России Сергея Лаврова с министрами иностранных дел стран Сообщества, по итогам которой было заявлено о создании диалогового механизма «Россия–СЕЛАК». 7–8 декабря в Пекине прошел региональный форум «Китай–СЕЛАК». В Вашингтоне все эти события интерпретировали как нарочитый вызов «доктрине Монро», в рамках которой Соединенные Штаты еще в 1823 году объявили Западное полушарие закрытым для экспансии неамериканских держав.

Левые правительства блокировали попытки США возродить панамериканизм. Еще в 2003 году Бразилия и Аргентина ликвидировали американский план ассоциированного членства латиноамериканских стран в НАФТА. Страны Латинской Америки также предупредили шаги администрации Барака Обамы по укреплению позиций Организации американских государств (ОАГ). Белый дом еще в апреле 2009 года попытался вернуться к проекту администрации У. Клинтона: создание зоны свободной торговли в рамках ОАГ. Но создание СЕЛАК сделало невозможным реализацию этого проекта. Администрации Барака Обамы оставалось довольствоваться символическими успехами вроде посредничества ОАГ во время переворота в Гондурасе и боливийско-колумбийского конфликта.

Едва ли новые правые правительства в Южной Америке отменят интеграционные достижения последних 15 лет. Трудно представить и крах сложившегося в конце 1990-х годов бразильско-аргентинского партнерства. При любой социально-экономической политике в Вашингтоне будут с недоверием относиться к Бразилии и Аргентине как преобладающим державам Южной Америки. Даже при самых правых правительствах в Белом доме никогда не одобрят бразильско-аргентинского партнерства, коль скоро оно служит основой для создания интеграционных блоков без участия США.

Но правые силы смогут скорректировать характер интеграции в Латинской Америке. Из явно антиамериканских проектов СЕЛАК и УНАСУР могут стать проектами, которые в той или иной форме взаимодействуют с ОАГ. И это будет означать косвенное усиление роли США в Латинской Америке.

Первоочередные задачи США в Латинской Америке (независимо от партийной принадлежности конкретной администрации) будут, видимо, включать в себя четыре комплекса мер. Во-первых, американская дипломатия попытается навязать Латинской Америке усиление ОАГ: подтвердить, что панамериканские проекты интеграции не мертвы. Во-вторых, США будут пытаться реализовать идею соглашения о партнерстве СЕЛАК с ОАГ или в идеале НАФТА. В-третьих, Соединенные Штаты попытаются вернуть роль ТНК в экономической системе стран Латинской Америки. В-четвертых, США, вероятно, попытаются уменьшить роль России и КНР на рынке латиноамериканских государств. Речь прежде всего идет о военно-техническом сотрудничестве и общих проектах в области освоения космоса, которые в США рассматривают сквозь призму распространения ракетных технологий.

Для России в таком варианте есть неприятные моменты. Конечно, даже самые либеральные правительства Латинской Америки не откажутся от партнерства с Москвой и Пекином – хотя бы из необходимости поискать противовес США. Но дипломатическое и техническое взаимодействие может снизиться. Прежде Россия имела почти автоматическую поддержку стран Латинской Америки в противостоянии с Западом. Теперь за нее предстоит побороться. Сложнее будет совершать дипломатический маневр, находя поддержку у латиноамериканских стран по чувствительным для национальных интересов моментам (как, например, это было во время объявления Россией продуктового эмбарго для США и стран ЕС, когда государства Латинской Америки сразу выразили готовность начать поставки на российский рынок).

Оппозиция Латинской Америки снижала ресурсы США. Американцы наступали или интриговали в других регионах, оглядываясь на Западное полушарие. В Белом доме, например, опасались, что Китай «подкармливает» режим Уго Чавеса, чтобы построить станцию радиолокационного наблюдения вблизи от США. Не меньшие тревоги в Вашингтоне вызывало сотрудничество России с латиноамериканскими странами в области освоения космоса. Россия, полагала администрация Обамы, может помочь Бразилии и Аргентине совершить рывок в области создания баллистических ракет. Зато более лояльная Латинская Америка позволит американцам высвободить ресурсы для активной политики на постсоветском пространстве или в Восточной Азии. Москве и Пекину станет сложнее «симметрично» отвечать США в чувствительном для них регионе.