Гульнара Краснова Приемная компания по набору иностранных студентов в 2022 году станет беспрецедентно сложной. Санкции, прекращение авиасообщения, отключение от системы банковских переводов SWIFT, невозможность использовать некоторые социальные сети для рекламы образовательных программ и т.д. – список длинный, бессмысленно его продолжать.
В сложившихся условиях основная надежда была на абитуриентов из стран СНГ, которые традиционно составляют большую часть иностранного контингента студентов российских вузов. Но и здесь ситуация драматически изменилась в связи с заявлениями официальных лиц о выходе России из Болонского процесса.
Дело в том, что семь стран Содружества помимо России присоединились к Болонской декларации: Азербайджан (2005), Армения (2005), Казахстан (2010), Молдова (2005), Украина (2005), Беларусь (2015). В этих странах национальные системы высшего и послевузовского образования в течение короткого времени были выстроены в европейских рамках. Это нашло отражение в национальных образовательных законодательствах, а также в трудовых. Последнее, кстати, даже еще важнее.
В других странах Содружества, не вошедших в Болонский процесс, развитие высшего и послевузовского образования также находится под влиянием европейских тенденций, хотя реформы идут медленнее. Но в целом европейские реформы высшего образования уже сейчас имеют приоритетное значение в образовательной политике стран СНГ. При этом приходится констатировать отсутствие каких-либо значимых инициатив в рамках интеграционных процессов в области образования в Содружестве.
Исключением стал Сетевой университет СНГ, в который вошли 39 ведущих вузов стран Содружества из девяти стран. В основе его успешного функционирования лежали болонские принципы – признание дипломов и периодов обучения по совместным образовательным программам. Выдержит ли Сетевой университет СНГ новую реформу образования в России – большой вопрос.
В случае выхода России из Болонского процесса не только снизится число абитуриентов из стран СНГ. Вузы стран Содружества, Прибалтики станут еще и конкурентами российских вузов для студентов из стран Африки, Азии, Южной Америки, поскольку все они используют трехуровневую систему образования и болонские принципы.
К тому же увеличение длительности обучения может стать критическим фактором выбора не в пользу обучения в России еще и по экономическим соображениям. И раньше-то бакалавры и магистры в России учились на год больше, чем в европейских странах. Но увеличение длительности еще на год будет неподъемным для абитуриентов и их семей.
Здесь уместно напомнить, что Болонская система не навязывала странам-участницам длительность обучения, содержание образования, оценку знаний исключительно в виде тестирования – это мифы и заблуждения, не имеющие никаких оснований в реальности.
В советское время иностранцы обучались в Советском Союзе на четырехгодичных, пятилетних и шестилетних программах специалитета. Но обучались и содержались они полностью за счет государственного бюджета СССР в рамках политики «мягкой силы». В этом смысле длительность обучения не была таким значимым для иностранных студентов фактором.
Большому риску подвергается сложившаяся система признания иностранного образования на основе заключенных соглашений о взаимном признании. Эти соглашения основываются на признании уровней в соответствии с общепринятыми распространенными в мире названиями – бакалавр, магистр. Более 20 договоров о взаимном признании заключены в новом столетии, когда Россия присоединилась к Болонской системе. Каждое соглашение готовилось в среднем 1–2 года, а то и больше. И в нем важны каждый термин, каждое слово, потому что эти документы становятся объектами международного образовательного права.
Хочется верить, что создание новой уникальной системы образования в России не является поспешным в угоду сиюминутной политической ситуации. И в дальнейшем начнется последовательная разработка стратегии реформирования, исходя прежде всего из педагогических, а не политических на современном этапе целей обучения, которые имеют отношение к непосредственной деятельности вузов.
