0
2513
Газета Печатная версия

25.10.2022 19:05:00

Сети и акторы Бруно Латура. Назначение философа не в том, чтобы предсказывать конец света

Елена Желтова

Об авторе: Елена Леонидовна Желтова – ведущий научный сотрудник Института истории естествознания и техники им. С.И. Вавилова РАН.

Тэги: Бруно Латур, история науки, социология, философия


Бруно Латур, история науки, социология, философия В акторно-сетевой теории Бруно Латур предложил сконцентрировать внимание на прослеживании связей и взаимодействий не только между людьми, но и между акторами любой другой природы. Фото Reuters

В ночь на 9 октября 2022 года скончался самый влиятельный французский социолог и философ науки наших дней Бруно Латур. Ему было 75 лет.

Универсальный гуманитарный ум

В 2013 году Латур был удостоен премии Хольберга, аналога Нобелевской премии, ежегодно вручаемой выдающимся ученым-гуманитариям. Комитет премии отметил, что Бруно Латур «провел масштабный анализ и переосмысление современности», «бросил вызов многим фундаментальным концепциям современной гуманитарной науки», что влияние исследовательских проектов Латура выходит далеко за рамки отдельных дисциплин: истории науки, всеобщей истории, философии, антропологии, географии, теологии, литературы, права.

Бруно Латур родился в 1947 году в городе Боне в Бургундии на востоке Франции? в семье виноделов. Первое образование он получил в области философии, а затем антропологии. С 1982 по 2006 год Латур – профессор Центра социологии и инноваций в Горной школе в Париже, третьей среди наиболее престижных высших инженерных школ Франции. С 2006 по 2017 год он профессорствовал в alma mater политической и дипломатической элиты Франции – Институте политических исследований в Париже. Там с 2007 года до выхода на пенсию в 2017 году Бруно Латур занимал пост вице-президента по науке.

Помимо многих работ по философии, истории, социологии и антропологии науки Латур участвовал в исследованиях в области научной политики и управления научно-исследовательскими проектами, изучал последствия «научных войн», интересовался политической философией в области экологии окружающей среды. Его перу принадлежит более 20 монографий, которые переводились на многие языки мира.

Но при всем широчайшем масштабе интеллектуальной деятельности Бруно Латур прежде всего социолог и историк науки, один из главных теоретиков и защитников акторно-сетевой теории (АСТ).

Официальные представители микробов

Уже в начале 1980-х годов Латур критически отнесся к социологии того времени и вместе с ныне известными социологами Мишелем Каллоном и Джоном Ло начал разработку нового методологического подхода. В нем на равных рассматриваются взаимодействия разнообразных «акторов», или сущностей, которыми могут быть не только люди, но и идеи, понятия, объекты природы, искусственные объекты, etc. Акцент делается не на природу действующего актора, а на том, какое он оказывает воздействие и какие изменения происходят в результате этого воздействия, в том числе и с самим актором.

Латур наглядно продемонстрировал продуктивность нового подхода в книге «Микробы: Война и мир, с приложением «Несводимого» (Les Microbes: guerre et paix, suivi de «Irreductions»), впервые опубликованной в 1984 году.

До исследований Латура господствовал миф о величии гения микробиолога Луи Пастера. Особенно во Франции считалось, что Пастер создал и новую биологию, и новую медицину, и новую гигиену. Латур же описал феномен успеха Пастера через взаимодействие различных сил во французском обществе.

Прежде всего он показал, что еще до Пастера движение гигиенистов развернуло во Франции широкомасштабную, но малоуспешную борьбу с тогда еще неясной силой, именуемой заразой, державшей в страхе не только Францию, но и всю Европу. Латур подчеркивает, что французское общество напряженно ожидало от гигиенистов разоблачения этих смертоносных сил. Поэтому, когда маленькая лаборатория Пастера смогла указать на источник заразы, микробов, и объяснить, как изменяется действие невидимых, смертельно опасных сил в зависимости от условий, в которые они попадают, гигиенисты тут же вступили в выгодный союз с лабораторией Пастера. И сразу же пастерианцы стали, по образному и точному выражению Латура, «официальными представителями» и «эксклюзивными интерпретаторами» микробов.

Латур показал, что социология, замкнутая на взаимодействия только людей и упускающая из виду силу воздействия и власть микробов над событиями, не способна объяснить, откуда, словно по мановению ока, взялась сила воздействия и власть идей Пастера.

Латур также указал и на то, что сам Луи Пастер сделал шаг навстречу гигиенистам. Гигиенисты были убеждены, что болезни надо изучать на месте, а отнюдь не в лабораториях. И Пастер стал имитировать в лабораторных условиях влияние среды. Именно тогда все движение гигиенистов развернулось в сторону маленькой лаборатории на улице Ульм. И сами гигиенисты, выдвигая Пастера в качестве гаранта эффективной борьбы с заразой, обрели гораздо большую силу и влияние в обществе.

Гений Пастера, в оптике Латура, состоял не только в таланте ученого-теоретика, ведущего лабораторные исследования, но и в способности отвечать своими исследованиями интересам общества, вступать в союз с уже сформировавшимися силами самого общества. В исследовании о Пастере Латур впервые предъявил материал, демонстрирующий, что прикладные результаты теоретической науки преобразуют и общество, и саму теоретическую науку.

Альтернативная социология

С середины 1980-х годов Бруно Латур и его коллеги применяли метод акторно‑сетевой теории в исследованиях многих областей: «От технологий до здравоохранения, от рыночных отношений до искусства, от религии до права, от менеджмента до политики», – сказано на одной из страниц сайта Бруно Латура. И хотя у Латура нашлось немало последователей, сам создатель АСТ убеждался, что его теория часто трактуется неверно из-за неправильного понимания термина «социальный». Тогда Латур написал теоретическую работу «Пересборка социального: Введение в акторно-сетевую теорию» (Reassembling the Social – An Introduction to Actor-Network-Theory, 2005). Эта книга стала настоящим вызовом устоявшимся в XX веке представлениям о социальном.

12-15-3480.jpg
Обложка французского издания
книги Бруно Латура
«Пересборка социального».
Французский исследователь в этой работе обратил внимание на то, что социологи обозначают прилагательным «социальный» некое устойчивое состояние, заранее выделенный комплекс связей: под этим словом понимают некую разновидность материала, используют это слово, подобно словам «деревянный», «биологический», «экономический». Латур предпринял попытку заново определить слово «социальный». И с этой задачей он блестяще справился.

В своей альтернативной социологии Бруно Латур предложил сконцентрировать внимание на прослеживании связей и взаимодействий, причем не только между людьми, но и между акторами другой (любой) природы. При таком подходе социальное не обосабливается, не проводится граница между природой, наукой, техникой, обществом. Внимание обращено на пронизывающие эти сферы взаимные связи.

Бруно Латур дал специальное разъяснение в отношении социальной роли технических объектов. Соглашаясь с тем, что социотехнологические системы формируются вследствие взаимодействий между людьми, организациями, институтами, Латур настаивает на добавлении к этому взаимодействию еще и самой техники. Он продемонстрировал на многих примерах, что объекты техники являются активной частью социального.

Латур расширил область социологических исследований науки. Он показал, что не следует ограничивать социологию науки исследованием внешнего социального контекста науки, но что можно и нужно давать социальное объяснение и строгим когнитивным аспектам естественных наук. Отметим, что этот тезис привел к рождению нового исследовательского направления в социологии науки – социальной эпистемологии. При этом Латур подчеркивает и подтверждает примерами, что сами технические изобретения и научные открытия неустанно меняют «социальный контекст».

«Пересборка социального…» имела огромное влияние на мировое научное сообщество, была переведена на многие европейские языки, в том числе и на русский (М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2014).

Завещание внуку Лило

В последующие годы Латур откликался на главные животрепещущие проблемы современности. Он писал о климатических изменениях и политической реакции на них; предложил «перезагрузить» понятия модернизма и модернизации; откликнулся на проблему выхода общества из локдауна после пандемии COVID-19.

В июне 2022 года Бруно Латур дал итоговое двухчасовое видеоинтервью европейскому телеканалу ARTE, в котором он впервые ясно артикулировал общую логику развития своих идей.

В заключение телеведущий спросил Латура: что бы он хотел сказать тем молодым людям, которые только вступают в жизнь? Что бы он хотел сказать своему годовалому внуку Лило о грядущих 40-х годах? И Латур ответил, что ближайшие 20 лет будут трудными из-за той невероятной медлительности, с которой предыдущие поколения реагировали на происходящие в жизни социума изменения. На долю нового поколения выпадут катастрофы, предсказываемые естественными науками, и нужно быть готовыми к этому.

И все же Латур предположил, что после этих первых 20 трудных лет люди, возможно, нагонят упущенное и мир изменится к лучшему. Он выразил надежду, что уроки катастроф будут правильно усвоены – будут найдены политические институты, юридические понятия, естественнонаучные и гуманитарные дисциплины, перестроятся экономические условия, которые позволят справиться с угрозами человечеству.

А помимо этого Бруно Латур подчеркнул, что назначение философа не в том, чтобы предсказывать конец света.

Postscriptum

Я некоторое время переписывалась с Бруно Латуром. Помню, я заметила, что в монографии о Пастере он постоянно цитирует роман «Война и мир» Льва Толстого, и отважно задала Латуру вопрос о том, что же привлекло его в Толстом.

К моему удивлению, Латур ответил хотя и не сразу, но очень вежливо, указав на одну из своих статей:

« полагаю, эта статья объясняет, почему книга Толстого, и особенно ее эпилог, столь важны для моих мыслей (thinking)».

Следующее письмо он писал, словно продолжая беседу:

«Удивительнее всего загадочная дистанция между тем, что Толстой делает в романе, и тем, как он анализирует роман в эпилоге; действующие агенты, множащиеся в романе, исчезают в провиденциальном, работающем, словно часовой механизм, эпилоге, если у вас есть объяснение этому иное, нежели противоречие между гением романиста и его религиозным провиденциализмом, я бы хотел знать».

День или два мы обсуждали Толстого. Я, конечно, обращалась за помощью к филологам. Латур наблюдал, что акторно-сетевая теория в России не очень-то известна, реагировал быстро, разъяснял свою позицию. Он был очень активен, когда речь шла о том, что его волновало.

Бруно Латур был исключительно сильнодействующим, увлекающим в орбиту своих мыслей актором (если выражаться языком его акторно-сетевой теории) – и мне, к счастью, это удалось ощутить непосредственно на себе… 


Читайте также


Воровской язык для Даля

Воровской язык для Даля

Андрей Мартынов

От русской сказки до японской этнографии

0
525
Между надеждой и меланхолией

Между надеждой и меланхолией

Елена Скоробогатова

Разговоры о метамодернизме в «Булгаковском доме»

0
197
Поэт, распятый на кресте прозы

Поэт, распятый на кресте прозы

Елена Клепикова

Домашняя философия и теория творчества Пришвина. К 150-летию со дня рождения

0
3816
Поле текстов и мыслей

Поле текстов и мыслей

Юлия Великанова

В арт-проекте «Бегемот Внутри» выступил Николай Архангельский

0
499

Другие новости