Слово, принятое веком

Зарубежная поэзия в переводах Вячеслава Куприянова. – М.: Радуга, 2009. – 480 с.

Когда-то мы учились в Инязе в параллельных немецких группах, о Куприянове была стойкая молва, что это «наш поэт», уже тогда его публикации в нашей студенческой многотиражке вызывали интерес и порой удивляли. Как-то он даже победил в полемике маститого профессора, убеждавшего, что Кафка нам «вреден». Поскольку Кафку тогда никто не читал (видимо, и сам профессор), то Куприянов доказал, что Кафка вреден не больше, чем Гоголь.

Стихи и переводы Куприянова много лет присутствуют в нашей литературе, но они часто тонули в коллективных трудах, и только уже в нашем новом веке ему удалось собрать воедино прежде всего своего Рильке, который выдержал в издательстве «Радуга» несколько изданий. Значит, читатель оценил, принял куприяновского Рильке как русского поэта, тем более важный факт сейчас, когда интерес к поэзии заслонили другие, более земные заботы.

И вот появился весомый юбилейный том. Здесь собраны только переводы с немецкого языка, сразу надо заметить, что это прежде всего незаменимое пособие для изучающих немецкую литературу, таких хрестоматий не было давно. А таких, где бы была представлена классика вместе с современностью, кажется, не было у нас вовсе. Переводы даны с параллельными оригинальными текстами, всегда можно сравнить и чаще всего убедиться в полной корректности русской версии.

Удивляешься владению переводчика формами стиха. Здесь и гекзаметр Клопштока, и сонеты Шамиссо, античные строфы Гельдерлина и его гибкий и звонкий свободный стих, какого не было в нашей русской традиции. Газели фон Платена и Гофмансталя, терцины изысканного Георге┘ Как-то по-новому прочитанный Гете, великолепный Герман Гессе (стоит усомниться в расхожем мнении, будто Гессе как поэт слабее Гессе-прозаика). Приведу хотя бы один пример:

Вот мотылек синий,

Легкий халиф на час,

Перламутровый иней,

Вспыхнул, мигнул, погас.

Так же в мгновение ока,

Меня поманив легко,

Счастье пришло издалека

И ушло далеко.

Что касается более близких нам по времени поэтов, многих как раз Куприянов открыл для русского читателя: Эрих Фрид, Роберт Герхард, а это сегодня наиболее чтимые в Германии авторы. Но и из немецкой классики обнаруживаешь новые, доселе не переведенные и не публиковавшиеся стихи. Где найдешь переводы из Якоба Ленца, Фридриха Рюккерта, Конрада Ф.Майера? Для многих достойных поэтов эта книга именно то «грядущее», на которое уповал австрийский классик Грильпарцер:

Пусть нынешний век

мое слово

Не примет, но что

обижаться...

Я вышел из века иного,

В грядущем надеюсь

остаться.

Если обратить внимание на предпочтения Куприянова в выборе поэтов, то мощнее всех представлены самые сложные: Гельдерлин, Рильке, Бобровский. Свой вид в русском языке обрели «непереводимые» Моргенштерн и Яндль.

Во вступлении автор предупреждает: «Эта антология в дозволенных мне пределах представляет поэтов Австрии, Германии и Швейцарии┘» Очень хочется, чтобы эти пределы в дальнейшем были расширены, ибо это безусловный вклад в русскую культуру, обогащающий ее мировым опытом.