Григорий Заславский В понедельник поздно вечером на Арбате, в бывшем доходном доме, в бывшем здании Министерства культуры СССР, открылся новый сезон Центрального дома актера имени Яблочкиной.
Пришли, как говорят в таких случаях, все. В эпизодических ролях капустника, который устроили по этому поводу, приняли участие народные артисты России и даже СССР – Владимир Зельдин, Эльдар Рязанов и Александр Ширвиндт, например, изображали птицу-тройку, а народные артистки Людмила Максакова и Светлана Немоляева – двух жен городничего (наверное, сейчас надо пояснять, что это были жены разных городничих). Ну и в зале – народные, заслуженные и просто очень известные актеры и люди театра.
Почему пришли? Не могли не прийти. Открытие сезона в Доме актера – вообще такой праздник, когда собираются все. Но в данном случае никакого открытия могло ведь и не произойти, поскольку весь прошлый год прошел в позиционных боях. Здание – как слишком большое для актерского дома – передали Россвязьохранкультуре, Дому актера из доброго отношения оставили зал. Но актеры сдаваться не стали и, как говорится, пошли письма. В результате накануне выборов кандидат в президенты Дмитрий Медведев не об экономических своих взглядах и не о политической программе докладывал, а обещал не оставить актеров в беде. Кажется, в Челябинске пообещал: не отнимут. А после выборов Россвязьохранкультуру расформировали, все претензии неожиданно рассосались и – вот она, победа.
На капустниках и вообще на актерских вечерах редко когда читают правительственные телеграммы, но тут директор Дома актера Маргарита Эскина не удержалась и прочла письмо от Эльвиры Набиуллиной. Кое-кто наверняка успел удивиться, но потом, прислушавшись, поняли и они, что это – не дежурное послание, а вполне, прошу прощения, осмысленное и личное. И еще было понятно, что читается это письмо, конечно, для всех, но отдельно – зашедшему на огонек министру культуры Александру Авдееву. Он, впрочем, в долгу не остался и в финале поздравил с открытием и сказал, что у Дома актера всё будет в порядке. Спасибо, Александр Алексеевич!
Но я хотел сказать еще вот о чем. Дом актера всегда был, если угодно, барометром общественных настроений. И здесь, и в некоторых других таких же творческих домах клубилась «невольная свобода», этакие островки свободомыслия, даже диссидентства – в известных, разумеется, границах. К Дому актера, который тогда располагался на Тверской, в полутора километрах от Кремля, ближе всех остальных, это относилось даже больше, чем к остальным. Здесь встречались с теми, кого в других местах, да и здесь, официально принимать не разрешалось, здесь ближе к полуночи устраивались капустники, на которых шутили опасно. Весело, но опасно. Вот одна из хрестоматийных шуток – песенка на мотив бетховенского «Сурка»: «По разным странам я бродил и мой сурок со мною...», – вместо «сурка» известный народный артист со значением стучал несколько раз о дерево:
«Из края в край вперед иду,
(тук-тук) всегда со мною,
Под вечер кров себе найду,
(тук-тук) всегда со мною...» И сегодня все еще смешно.
В понедельник шутили «по Гоголю», юбилей которого отметят в следующем году. Уже упомянутые Зельдин, Рязанов и Ширвиндт изображали птицу-тройку, Сергей Шустицкий вышел в шинели и в парике самого Николая Васильевича, Эдуард Радзюкевич и Александр Жигалкин – с диалогом дамы просто приятной и дамы приятной во всех отношениях... Нонна Гришаева выбирала женихов, как Агафья Тихоновна в «Женитьбе»: если бы к зданию Марка Ленкомовича да прибавить гастроли Петра Фоменковича... Ну, это всё, скажете вы, внутритеатральные шуточки. Были и внешнеполитические. Были и внутриполитические. Дамы, те, что просто приятная и приятная во всех отношениях, пошутили перед выходом невесты, что, мол, речь не о наших выборах: «Ну, это несерьезно!..» Мол, тут выбор из нескольких женихов, а на тех – выбирать приходилось из одного. А когда из одного... Со сцены, конечно, всё это выглядело и прозвучало намного смешнее. А в зале – тишина. На политику – не смеялись. Юмор – смешил, сатира, когда она вдруг случалась, – нет.
Как будто люди, пришедшие, если можно так сказать, на один митинг (по случаю счастливого разрешения истории с Домом актера), не хотели участвовать в другом. И даже с некоторой опаской реагировали на предложения просто посмеяться над чем-то или кем-то еще. Что же, еще один аргумент в пользу того, что людей проще всего объединить вокруг конкретного дела. А абстрактные понятия – даже если речь о демократии, выборах и им подобных – как цементирующая сила, к сожалению или к счастью (для кого – как), сегодня не работают.
