Элина Билевская
Александр Коновалов готов подумать о создании спецтюрем для террористов.
Фото Александра Шалгина (НГ-фото)
Северокавказские правозащитники предлагают создать специальные тюрьмы для перевоспитания отечественных террористов. Содержаться в них будут уже осужденные преступники. Омбудсмен Ингушетии Джамбулат Оздоев считает необходимым разделить такого типа колонии на два вида: для тех, с кем можно вести диалог, и для безнадежных террористов. Эксперты сомневаются в действенности этого метода.
Инициатива создания специальных исправительных учреждений для осужденных террористов на Северном Кавказе прозвучала вчера на совещании министра юстиции Александра Коновалова с региональными уполномоченными по правам человека. Омбудсмен Ингушетии Джамбулат Оздоев заявил, что ее автором является президент Ингушетии Юнус-Бек Евкуров.
Правозащитник предложил такого вида колонии разделить на два типа: «Для тех, с кем трудно вести диалог, и тех, кого не поздно еще вразумить». Коновалов на это заметил: «Вопрос непростой, его надо изучать».
В пресс-службе Федеральной службы исполнения наказаний оценить инициативу северокавказского правозащитника отказались, сославшись на то, что руководство ведомства, уполномоченное давать комментарии прессе, находится в командировке.
Глава думского комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Павел Крашенинников в беседе с «НГ» назвал иллюзией утверждения о том, что террористов можно перевоспитать: «У нас уголовно-исполнительная система, а не исправительная, как это было в Советском Союзе. Это иллюзия». Правда, в число противников инициативы создания специальных тюрем для террористов на Северном Кавказе парламентарий записываться не стал: «Отдельные тюрьмы, наверное, делать нужно».
Между тем заместитель гендиректора Центра политических технологий Алексей Макаркин считает, что в инициативе ингушских правозащитников есть рациональное звено. По его словам, осужденные террористы, содержащиеся в тюрьмах с другими преступниками, могут заниматься идеологической обработкой и вербовать сторонников из числа недовольных российской властью: «После выхода на свободу они могут примкнуть к террористическим группам».
Правда, создавать отдельные исправительные учреждения для неисправимых и раскаявшихся террористов политолог не советует. Главное препятствие этому, на его взгляд, – высокий уровень коррупции, поэтому нет никаких гарантий, что неисправимые террористы не будут содержаться в тюрьмах с льготными условиями. Выход Макаркин видит в том, чтобы создавать в специализированных учреждениях отдельные камеры для неисправимых террористов. Или определять, в какое учреждение направлять террористов решением суда. К примеру, раскаявшихся террористов – в тюрьму строгого режима, а нераскаявшихся – в зоны особо строгого режима.
Руководитель секции правоохранительных органов экспертного совета при уполномоченном по правам человека в РФ Валерий Борщев рассказал, что видел тюрьмы в Северной Ирландии, где по отдельности содержатся раскаявшиеся и неисправимые террористы. Правозащитник считает, что опыт Великобритании вполне можно перенести на российскую почву. «А создание отдельной тюрьмы для неисправимых террористов приведет к тому, что мы получим американский вариант Гуантанамо, а это ничего хорошего не предвещает».
Напомним, тюрьма для террористов в кубинском заливе Гуантанамо действует с 2002 года. В разные годы в ней содержалось до 750 заключенных, захваченных американскими войсками в ходе операций на территории Афганистана и Ирака. К ним применялись пытки, санкционированные правительством США. Президент США Барак Обама во второй день своего президентства обещал закрыть тюрьму, однако пока так и не смог этого сделать из-за финансовых сложностей.
Замдиректора Института социальных систем Дмитрий Бадовский замечает: «Одно дело, когда речь идет о секретных тюрьмах, где люди содержатся без вынесения приговора и с ними проводят оперативные мероприятия. Я думаю, что об этом речь не идет и идти не может. Странно, если бы об этом говорилось на встрече с уполномоченными по правам человека». И совсем другой вопрос, на взгляд политолога, содержание террористов, уже осужденных по статье «терроризм»: «Думаю, что они могут содержаться отдельно в каких-то специализированных учреждениях исполнения наказания».
Дарья Гармоненко 
